Украинский журналист: «Происходящее в Минске естественный процесс интернационализации украинского бунта».

Минувший март был излишне богат социально-политическими событиями по меркам спокойной Беларуси. Начало весны запомнилось народными социальными протестами, громкими уголовными делами (белорусы узнали о существовании вооруженного националистического подполья), превентивными задержаниями лидеров оппозиции, тревожными слухами о попытках прорыва на территорию страны боевиков из соседней Украины, а также брутальным разгоном «Дня воли» в Минске.

Наблюдая за всем этим, многие испытали дежавю, вспомнили Украину 2014 года. Поэтому прокомментировать эти тревожные события редакция «Телескоп» попросила опытного украинского журналиста и общественного деятеля Виктора Шестакова.

Виктор Феофанович, 2017 год на дворе, а на улицах неспокойно, как и сто лет назад. Запрос на смену курса в народе сейчас высок, об этом свидетельствуют недавние протесты в Беларуси, России и Киргизии. Не так давно лихорадило Казахстан. Это не говоря уже о вашей (нашей общей) многострадальной Украине, ситуация в которой сейчас, на мой взгляд, похожа на ту, что была во времена Петлюры.

Как по-вашему, это шутка истории? Спустя время снова пришли к тому, с чего начали?

– На самом деле аналогий с 1917 годом предостаточно, кое-что происходит буквально день в день, но через столетие. Например, 29 марта некие «киевляне» потребовали переименовать Байковое кладбище по причине «излишней русскости в названии», а сто лет назад в этот день в рамках «деимпериализации» украинские власти переименовали ряд пароходов, что ходили по Днепру. «Император Николай II» стал «Ломоносовым», «Император Александр III» – «Кременчугом», «Императрица Мария» – «Катеринославом», «Царевич Алексей» – «Киевом».

Да и персонажей идентичных полным-полно. Увы, сегодня в Киеве уроки того времени подзабыли, а надо бы помнить, как тогдашняя Европа отнеслась и к Центральной Раде, и к Директории. Нужно помнить «махновщину», которая сегодня становится доминантной в общественно-политических отношениях. Субъективные взгляды на тогдашнюю историю и попытки перенесения их в современность – это удел определенной группы людей, вроде Вятровича (украинский историк – прим.ред.), которые медленно, но уверенно лепят свой исторический замок из песка. Их цель совершенно понятна – максимальный разрыв с Россией и русскостью через декоммунизацию, латентную русофобию, школьные программы, создание собственного пантеона.

Хотя очевидно, что раздутую подготовку празднования 100-летия «Украинской революции» несколько дезавуировали – революционная тема для властей опасна. Как говорится, не буди лихо, пока оно тихо. Да и деньги традиционно воруют, а их все меньше.

Хотелось бы поговорить с вами о Беларуси. А конкретнее – об украинском следе, который, по информации белорусских силовиков, должен был иметь место на митинге 25 марта по случаю «Дня воли». Поясню, что в этот день националистически настроенная часть общества нашей страны традиционно устраивает митинг по случаю годовщины образования так называемой Белорусской Народной Республики (БНР) в 1918 году.

Накануне 25 марта белорусские силовики сообщили о попытке прорыва через белорусско-украинскую границу джипа с оружием, которое, по их мнению, предназначалось для митинга в Минске. Затем уже Президент Александр Лукашенко сообщил журналистам о том, что по стране задержаны 29 боевиков организации «Белый легион», у которых было изъято оружие, в том числе огнестрельное. При этом Лукашенко намекнул, что лагеря подготовки экстремистов были на Украине, а также «в Литве или Польше». Одновременно с этой информацией в Интернете появились скриншоты переписки замглавы МИД Украины Сергея Кислицына с народным депутатом Алексеем Гончаренко. В неподтвержденной пока переписке говорилось о возможности переброски в Брест боевиков из числа ультраправых националистов Украины через пограничные пункты Литвы и Польши. В диалоге депутат Гончаренко говорит о том, что в Беларусь поедут радикалы от «Правого сектора», «Азова», белорусского подразделения в составе сил АТО – «Погоня». 6 марта по центральному белорусскому телеканалу вышел репортаж «Звонок другу», в котором говорилось о том, что белорусские оппозиционеры пытаются устроить государственный переворот в стране при помощи украинских бизнесменов.

Какая, на ваш взгляд, истинная роль украинского истеблишмента в подготовке минувших акций протеста в Беларуси? Действительно ли Украина как-то заинтересована в расшатывании ситуации в Беларуси? Если да, тогда зачем ей это? Чтобы вместе «дружить» против России?

– Происходящее – естественный процесс интернационализации бунта. Цель майдана или готовящейся «картофельной революции» очевидна – Россия. Тем более что внутри нее проходят довольно активные процессы. Потому перемещение пассионарных граждан в рамках относительно мягкого режима пересечения границ вполне естественно. Белорусская эмиграция была активна на майдане, в АТО создана «Тактическая группа – Беларусь», в Киеве периодически замечен Игорь Щекаревич и его «Новая Европа». Было бы удивительно, если б в сегодняшнем положении киевского режима украинская сторона не использовала «белорусский фактор».

Потому на Украине уютно окопались эмигранты, потому здесь раскручивают клуб «Ваяр» (военнизированное подразделение организации «Молодой фронт» – прим. ред.), потому радикалы украинские готовы «пошатать бацьку».

Опять же нельзя утверждать, что дестабилизации Минска хочет аморфный истеблишмент Украины. В ней заинтересованы определенные группы с четким пониманием того, зачем им это надо и чего они собираются достигнуть. Они есть, и КГБ Беларуси это доказало.

Вы просмотрели кадры разгона демонстрации в Минске. По мнению многих, методы разгона митинга были слишком «брутальными». Под руку ОМОНа попали женщины, журналисты и просто прохожие. 26 марта над многими из задержанных (всего более 700 человек) состоялись суды. По информации СМИ, штрафов или административных арестов не избежал никто из подсудимых. По словам присутствовавших на заседаниях журналистов, сторона обвинения не сильно заботилась о доказательствах того, участвовал ли человек в митинге или просто был «зевакой». Свидетелями по делам выступали сотрудники ОМОНа, которые говорили примерно одно и то же: «задержанный ругался матом», «сопротивлялся» и даже «немного неправильно себя вел».

После таких новостей в обществе остался неприятный осадок. Многие считают применение силы излишним, а решения судов несправедливыми. А как по-вашему, оправдывает ли себя примененная в минувшие выходные сила? И адекватно ли наказание содеянному?

– Ряд нынешних украинских политиков (довольно значительная часть) отстаивают государственную монополию на применение силы. Это было особенно заметно в период блокадной самодеятельности Парасюка-Семенченко. Потому Киев, как мне кажется, довольно сдержано отнесся к минским событиям, возмущались организованно лишь те, кому это положено.

Что касается самого разгона, он явно был радикальнее российской версии, хотя признаем, что протест белорусской оппозиции выглядел куда организованнее. Белорусская правоохранительная система уже обросла легендами, однако жесткий прессинг и для Европы или США – вещь естественная. Уличная акция такого характера предполагает силовые форс-мажоры, это знают и организаторы, и власти. Это должны понимать и участники. Степень решительности властей, как правило, не предполагает никто. «Тяньаньмэньцы» (участники студенческих беспорядков в Китае в 1989 году – прим. ред.), начиная погромы, не ожидали, что по ним проедут танками. Жесткость властей не оправдывается, но у нее есть своя логика. И все же в случае с журналистами и дамами в Минске были явные перегибы.

Разгону демонстрации предшествовал месяц митингов против закона о так называемых «тунеядцах», которые прокатились по всей стране. Люди протестовали против безработицы, увеличения пенсионного возраста, свертывания политики социального государства, излишних налоговых поборов. Катализатором к этому стал Декрет №3 «О предупреждении социального иждивенчества». Говоря кратко, не работаешь официально – плати налог. В условиях острого экономического кризиса и безработицы даже социально малоактивные белорусы стали выходить на улицы своих городов и требовать смены курса. Уже после первых акций протеста президент Лукашенко заявил, что местная оппозиция пытается использовать людей для дестабилизации ситуации в стране. То есть фактически он объявил эти акции вне закона. Как в такой ситуации быть обычным гражданам Беларуси? Как им легально бороться за свои права, используя свое право на свободу собраний? Ведь мы живем в такое время, когда в каждой толпе обычных работяг обязательно появятся засланные казачки, у которых уже заготовлены однотипные для каждой страны лозунги и плакаты? Здесь интересно ваше мнение как общественного деятеля, а также как гражданина Украины, страны, в которой на протяжении 27 лет эти самые митинги, по-моему, ни на день не прекращались.

– Действительно, внутренняя ситуация длительно стабильной Беларуси ныне напряглась, что абсолютно объективно. Лукашенко пытается отстоять свою самостоятельность, что в условиях современности и белорусских реалий напоминает зайца, который игнорирует предложения проплывающих мимо «мазаев». Эпоха многовекторных возможностей, которые активно «доил» тот же Кучма, уже ушла. Мир не стоит на месте. Кризис должен был заглянуть и в Беларусь, что и случилось. В первую очередь к этому должен был приготовиться официальный Минск.

«Бацька» реагирует на вызовы по-своему, с изяществом трактора «Беларусь», и его экспромты натыкаются на экспромты общественного восприятия действительности, которые оппозиция пытается совокупить со своими заготовками. Если общество готово к длительному конфликту, вероятно, оно может достичь перелома. Только вот цели общества и цели оппозиции, как свидетельствует опыт Украины – вещи разные. Ну свергнут Лукашенко, и что дальше? Украина ничему не научила? Европа воротит носик, Штатам главное –напряженность в российском подбрюшье, а не развитие страны, элиты оказались «элитками», да еще и импотентными.

Майданизация Беларуси объективно обернется для государства и населения куда более серьезными проблемами, чем на Украине. Хотя и закончится быстрее, ибо главным товаром Минска является его геополитическое расположение. Покупатели, вроде, есть, но сейчас им не до Минска. Значит, начнется такое по-белорусски тихое гниение.

Что касается правовой защиты среднестатистических граждан Беларуси, то однозначно сидеть сложа руки нельзя. Не знаком с деталями возможностей легального протеста, но, вероятно, необходимо понимание: как, что и для чего. Национал-оппозиция это демонстрирует, при всей узости их понимания проблематики. Нужен, как это ни банально, общественный диалог, где необходимо пережевать все – от ситуации внутри ЕАЭС до взаимоотношений с каким-нибудь Гондурасом. Необходимо понимание будущего. Общего.

Беседовал Сергей Смирнов

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ