В Беларуси за последний год экономическое положение почти 60% предприятий малого и среднего бизнеса ухудшилось, 70% – ощутили негативные тенденции в условиях ведения предпринимательской деятельности, в т.ч. из-за коррупции. Эти и другие результаты были получены по итогам опроса для Исследовательского центра ИПМ в апреле–мае 2017 г.

Всего было опрошено 404 частных предприятия численностью от 1 до 250 человек из всех регионов республики, занятых в разных сферах деятельности, в т.ч. в торговле – 24%, промышленности – 29,4%, строительстве – 17,6%, транспорте и связи – 6,8%, гостинично-ресторанном бизнесе – 3,4%, финансы и недвижимость – 9,7%. Треть респондентов была основана в 2010– 2016 гг.

Бизнес ко всему привыкает

Оценки экономического положения своих предприятий у руководителей и собственников по сравнению с предыдущим опросом изменились очень своеобразно. Так, доля тех, кто считает его «ни плохим, ни хорошим», снизилась за год с 51,5 до 50,1%, «скорее плохим» – с 18,4 до 17,6%, «очень плохим» – с 5,4 до 2,3%, видящих его «скорее хорошим» – увеличилась с 23,2 до 28,3%, а «очень хорошим» – с 1,5 до 1,7%. При этом если год назад о неизменности своего экономического положения заявляли 32,8% респондентов, то сейчас – 38,6%. Но если в 2016-м о некотором ухудшении говорили 38,6%, а улучшении – 8,4%, то теперь первых набралось 32,8%, а вторых – 20,3%. Еще больше разрыв в крайних оценках.
Экономическое положение значительно улучшилось лишь у 1,5% предприятий, а значительно ухудшилось – только у 6,7% (годом ранее – у 1,9 и 18,3% соответственно).

Если в прошлом опросе 11,8% субъектов хозяйствования заявляли об увеличении объемов продаж, то теперь – 22,9%, причем 1,7% – значительно (в 2016-м – только 0,5%). Сократился объем продаж у 48,8% респондентов, в т.ч. у 11% – значительно (годом ранее – 69,6% и 22%). О росте кредиторской задолженности сообщили 16,5% респондентов, дебиторской – 19,9% (в предыдущем году – 20,7% и 26,8%), об их сокращении – 19,9% и 15,9% (годом ранее – 16,5 и 13,4% соответственно). Увеличить инвестиции смогли 16,7% (годом ранее – 13,9%), а сократились они у 35,1%, причем у 10,6% – значительно (в 2016-м – у 27,8% и 9%). Увеличить число сотрудников смогли 17,8% компаний, а сократить их пришлось 41,6% (год назад – 16,8 и 39,3%). У 49,6% респондентов сократилась прибыль (в т.ч. у 12,2% – значительно), а увеличилась она только у 24,5%, причем значительно лишь у 2% из них.

Такие оценки свидетельствуют, что все больше компаний малого и среднего бизнеса вполне адаптировались к экономической ситуации. Одним удается извлекать из нее определенную выгоду, другие просто пересмотрели свое понимание «хорошего» и «плохого». Об этом красноречиво говорят ответы на вопрос: «На выполнении каких задач вы сконцентрированы в данный момент?» Оказалось, что, несмотря на рост позитивных оценок своего положения, расширяться собираются лишь 22,5% респондентов (год назад – 24%), сохранить его на достигнутом уровне – 62% (64,3% в 2016-м), а на сокращении бизнеса «сконцентрированы» 15,5%, хотя годом ранее – только 11,7%.

Между тем возможностей стало несколько больше. Например, если в прошлом году только 21,8% респондентов благополучно сумели получить кредиты, то сейчас – 24,7%. Правда, немного выросла и доля «отказников»: с 9,1% до 9,8%. Но это вдохновило не всех: если в прошлом году 69% даже не пытались обращаться в банки за кредитом, то сейчас таких 65,5%. Иными словами, почти 2/3 опрошенных не нуждаются в заемных ресурсах или не надеются их получить. При этом среди них 60% заявили, что кредит им ни к чему, примерно по 20% пугают трудности с залогом и высокие ставки рублевых кредитов, а 10% – высокие ставки в валюте (допускалось несколько вариантов ответа).

Перестановка барьеров

По мнению 44,5% опрошенных, условия ведения предпринимательской деятельности за прошедший год не изменились. Годом ранее такую «стабильность» ощущали только 23,1%. Среди остальных мнения разделились. Удельный вес тех, кто отмечает улучшение, выросло с 8,4 до 12,6%, а тех, кто видит только ухудшение, – с 2/3 до 42,8%. При этом действия правительства по созданию бизнес-климата оцениваются пред­принимателями тоже по-разному. На­пример, усилия властей по созданию равных условий ведения бизнеса и обеспечению развития добросовестной конкуренции 23,8% респондентов оценили отрицательно, а 26,5% – положительно (год назад – 32,3 и 25,7%), меры по развитию частной собственности и ее защите – 19,3 и 31,7% (год назад – 25,1 и 24,8%) соответственно, по ликвидации излишних административных барьеров – 16,3 и 36,1% (24,1 и 35,9%).

Попытки придать налоговому законодательству характера, стимулирующего добросовестное исполнение налоговых обязательств и деловую инициативу, положительно оценили 33,9%, отрицательно – 19,5% (26,8 и 27,2% годом ранее), а контрольной (надзорной) деятельности – предупредительно-профилактический характер – 38,5 и 16,7% соответственно (34 и 29,7%). Борьбу за качество правового регулирования позитивно оценили 36,5%, а негативно – 19,3% (год назад – 28,1%, 28,2%). Получается, что 40–50% никакого влияния властей на эти процессы из года в год вообще не замечают. Но сдвиги все же имеются. Например, доля тех, кто ощущает неравенство частного и государственного сектора в отношении контролирующих органов, снизилось за год с 51,9 до 47,4%, в установлении арендных ставок – с 47,4 до 32%, в условиях лицензирования – с 36,2 до 35,1%, в госзакупках – с 21,9 до 20,1%, в доступе к кредитным ресурсам – с 28,9 до 25,8%. В то же время предвзятость судебных органов замечают 16,7% против 14,5% год назад, а дискриминацию при установлении цен на сырье – 35,2% против прошлогодних 28,7%. Равными условия считают всего 12,9% респондентов – тревожный сиг­нал для властей и общества.

Основные внешние барьеры, мешающие развитию отечественного бизнеса, представлены на диаграмме.




Интересно, что за год доля респондентов, озабоченных налоговым бременем, выросла с 49,8 до 52,1%, коррупцией – с 19,9 до 28,8%, процентными ставками – с 44,8 до 48,2%, регулированием цен – с 17,1 до 24,9%, неразвитостью фондового рынка – с 9 до 11%. При этом удельный вес оптимистов, верящих в то, барьеры преодолимы, если найти более эффективные модели и перспективные рынки, выросло с 60,8 до 68,5%. Соответственно доля респондентов, считающих барьеры непреодолимыми и ведущими к сворачиванию бизнеса, сократилась с 39,2 до 31,5%.

Между тем малый бизнес продолжает ощущать последствия экономического кризиса. Так, 47,1% столкнулись с серьезным падением спроса на товары и услуги, около 1/3 – с трудностями получения финансирования через обычные каналы, 1/4 – с получением промежуточных продуктов от обычных поставщиков, почти половина – с неплатежами. В таких условиях 23,9% респондентов сокращают производство, 56,1% – издержки (в т.ч. связанные с трудовыми ресурсами), 47,6% снижали цены, но 22,6% оставляли их неизменными.

Есть о чем поговорить

Интересные изменения произошли в разделе исследования, посвященном предпринимательскому движению. Во-­первых, доля членов бизнес-союзов среди респондентов выросла с 12 до 20,9%. Не отмечается особых сдвигов в отношении предпринимателей к Национальной платформе бизнеса. Несмотря на активную агитацию, доля участников опроса, которые о ней слышали, даже чуть-чуть сократилась: с 28 до 27,3%. Из них половина по-прежнему весьма равнодушно относится к ее идеям, а 2/3 сомневаются, что платформа способна сыграть заметную роль в консолидации делового сообщества и улуч­шении бизнес-климата. Вероятно, соз­дателям платформы стоит учесть эти тенденции и задуматься о качестве и ценности своего проекта.

В то же время 39% опрошенных оценивают эффективность диалога бизнеса и власти на 1–2 балла (годом ранее – 19%), тогда как на 4 и 5 баллов – уже 35,6% – почти вдвое больше, чем год назад. Это вполне обнадеживающий результат.

Экономическая газета

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ