История Беларуси парадоксальна. С одной стороны, в ней практически нет белых пятен, с другой – стоит коснуться любой темы, как вопросы, которые возникают вполне логично, заставляют специалистов по теме краснеть, лепетать общие слова, в худшем случае – затыкать вам рот или переводить стрелки. Ибо страна до сих пор не выработала отношение к собственной истории даже на официальном уровне. Речь идет не об отдельных фрагментах и фактах, а о всей полноте и непрерывности. По многим проблемам ни белорусской науке, ни белорусским идеологам просто нечего сказать – они сами не знают, хорошо это для Беларуси, плохо, так себе или вовсе не имеет к ней отношения.

Одной из таких скользких, а потому стабильно замалчиваемых в стране тем является укрупнение БССР, происходившее на протяжении 1920-х гг. Да что там – само по себе создание БССР крайне редко вспоминают в деталях и подробностях. Почему? А потому что Советская Социалистическая Республика Белоруссия появилась 1 января 1919 года как автономия в составе Советской России. И существовала в этом качестве не день, не два, а целый месяц. Дальше была федерация с Советской Литвой (Литбел, 27 февраля 1919 – 31 июля 1920) и вторичное провозглашение независимости 31 июля 1920 г., после которого республика, уже как БССР, существовала как самостоятельное государство до 30 декабря 1922 года – даты образования СССР. Тоже крайне любопытный период, и тоже – что мы знаем о нем? Ведь фактически это первая стадия настоящей, долговременной белорусской государственности! Вторая половина 1920-го, весь 1921 и 1922-й – интереснейшее время!.. В странах Прибалтики такое именуется периодом Первой республики, а после 1991-го – Второй. Так почему в истории Беларуси до сих пор нет своей Первой республики 1920-22 годов?.. Загадка.

Но дальше еще интереснее. В марте 1924 и декабре 1926 годов территория БССР, раньше весьма скромная после польского грабежа 1920 года (тогда Беларусь отдала Польше 4 миллиона жителей и 108 тысяч квадратных километров), резко увеличивается. Россия передает в состав Беларуси: от Витебской губернии – Витебский, Полоцкий, Сенненский, Суражский, Городокский, Дрисенский, Лепельский и Оршанский уезды, в составе РСФСР остались: Себетский, Невельский, Величиский уезды; от Гомельской губернии – Климовичский, Рогачевский, Быховский, Могилевский, Чериковский, Чаусский уезды, в составе РСФСР остались Гомельский и Речецкий уезды; от Смоленской губернии – 18 волостей Горецкого и Мстиславского уездов. В итоге территория БССР достигла 110,5 тысяч квадратных километров, а ее население — 4,2 миллионов человек. Но это было еще не все. В декабре 1926 года Президиум ВЦИК издал постановление о передаче БССР Гомельского и Речицкого уездов, которые были переименованы в округа, а Гомельская губерния была ликвидирована. Теперь территория БССР составляла 125,8 тыс. кв. км., а население – 5 миллионов человек. Следующее укрупнение произойдет в 1939-м, когда воссоединятся восточная и западная части республики…

Принято думать, что укрупнение было предпринято в первую очередь затем, чтобы поддержать молодую советскую республику, находящуюся на переднем крае грядущего фронта битвы с мировой буржуазией, и сделать из нее более-менее сопоставимый противовес Польше. Для этого в декабре 1923 года Президиум ЦИК СССР создал специальную комиссию, которая рассматривала конкретные материалы по каждому уезду о целесообразности его вхождения в состав Беларуси, руководствуясь прежде всего принципом преобладания белорусского населения в том или ином уезде. В начале февраля 1924 года Президиум ВЦИК РСФСР утвердил решение комиссии об изменении границ, а в марте 1924 года принял постановление об объединении в составе БССР всех территорий с большинством белорусского населения.

Однако любой человек, более-менее интересовавшийся советской историей, знает – «лирика» там всегда была на втором, если не на десятом плане. Во всех действиях Советской власти всегда господствовала жесткая прагматика, пусть и закамуфлированная самой что ни на есть ласковой риторикой. Вот в 1948-м в Москве собирается большое совещание представителей всех православных поместных церквей мира. Что, товарищ Сталин вспомнил семинарскую юность и пустил умиленную слезу?.. Да нет, конечно – просто в планах создание этакого православного Ватикана, который подомнет под себя всех православных Европы, а следовательно, укрепит позиции СССР в Болгарии, Югославии, Румынии и Греции. Не сработало – и в том же 1948-м Церковь резко перестает быть нужной, на нее опять начинаются гонения. Или в 1967-м на самом высоком уровне рассматривается вопрос о визите в СССР престарелого Александра Федоровича Керенского. Что, Советская власть настолько либеральна и толерантна, что простила старого врага? Да Бога ради, просто Александр Федорович должен выступить с публичным заявлением о том, что Октябрьская революция была неизбежной, а сам он восхищен достижениями СССР… И таких примеров, и мелких, и крупных – не счесть.

Так и с укрупнением Беларуси. Конечно, можно верить серьезным заявлениям Советской власти о том, что все белорусы должны жить вместе, а потому все земли с белорусским населением мы цементируем в одну – и в этом и состоит цель всей затеи. А можно быть реалистами и увидеть во всем чисто экономическую и политическую подоплеку. Еще летом 1921 года, когда БССР была независимым государством, Совнарком РСФСР обсуждал вопрос о создании некоего единого экономического района, куда вошли бы Витебская, Гомельская, Смоленская, Брянская губернии России и вся БССР. Столицей этого объединения должен был выступить Смоленск. Ну и где здесь забота о том, чтобы белорусы жили вместе?.. На первом плане – экономические выгоды. И не зря столица из Минска сдвигается много восточнее, в русский Смоленск – а вдруг поляки опять полезут (во время советско-польской войны 1919-20 гг. Минск брали дважды)? И уж естественно, никакая «лирика», никакие интересы местных жителей здесь никем не учитывались. Этот фактор в советское время вообще никогда всерьез не рассматривался, достаточно вспомнить, как кромсались в 1920-30-х границы среднеазиатских республик, а Ташкент чуть было не стал столицей Казахстана.

Вполне возможно, что проект новой республики, заявленный в 1921-м в Москве, был бы осуществлен – и будущее Беларуси (вернее, какого-нибудь Росбела или Белроса) в таком случае могло бы сложиться иначе. Во всяком случае, вермахт не захватил бы ее столицу на шестой день войны. Но против этого проекта восстал Совнарком БССР, предложивший расширить свою территорию именно по этническому принципу. Госплан РСФСР и Совет Труда и Обороны приняли этот план к рассмотрению, но явно не торопились, потому что его непосредственная разработка началась лишь после того как БССР вошла в состав СССР и передала ряд своих полномочий союзному центру. Да и то после того как Минск несколько раз «настоятельно потребовал» новые территории…

Нет слов, понятно, почему в современной Беларуси эти перипетии особо не вспоминают — ведь расширение границ республики произошло лишь потому, что это позволила в 1924 и 1926 годах Москва, и понятно, что никакими всенародными референдумами в то время не пахло. Понятно также, что границы между республиками СССР были чистой условностью, и никто не задумывался о том, что они могут измениться. Однако в современной политической реальности каждый факт политического волюнтаризма в умелых руках может стать настоящей «бомбой». Поэтому нет сомнения, что в Беларуси очень значительный для республики факт укрупнении 1920-х еще долгое время будет находиться на периферии исторической памяти.

Игорь Орлович

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ