Первоначальной целью блокады, по заявлениям «активистов», было освобождение пленных. Но с политической точки зрения блокада Донбасса выглядела идеальным инструментом давления на президента Порошенко; по слухам, за организацией блокады стоял олигарх Коломойский, лишенный незадолго до того «ПриватБанка», крупнейшего финучреждения страны, перешедшего в руки государства.

Правда, Петр Алексеевич сумел найти асимметричный ответ для своих оппонентов, легитимизировав блокаду решением Совбеза в марте 2017 года.

Игорь Коломойский

Впрочем, дефицит угля может быть перекрыт увеличением нагрузки на АЭС и использованием резервных газомазутных блоков ТЭС (по сравнению с предыдущим отопительным сезоном, в подземные хранилища газа закачано на 2,2 млрд кубометров газа больше — 16,8 млрд «кубов»), хотя по техническим и финансовым причинам это не лучшее решение.

В наиболее экстремальном случае, а именно при новом «блэкауте», украинской энергосистеме придется «прикуриваться» от России.

Широкий резонанс вызвали поставки на Украину пенсильванского антрацита, договоренности о закупках которого были достигнуты на первой встрече Порошенко и Трампа в июне 2017 года; контракт с компанией Xcoal Energy and Resources был заключен на поставку 700 тыс. тонн. В данном случае просматриваются и политические причины: киевским «верхам», «топившим» Трампа в ходе предвыборной кампании, необходимо было исправить свою ошибку.

Петр Порошенко и Дональд Трамп в июне 2017 года

Пенсильванский уголь достается госкомпании «Центрэнерго» (3 ТЭС, обеспечивающие 20% тепловой генерации) по базовой цене в 113 долларов за тонну, в то время как «ДТЭК» Рината Ахметова (10 ТЭС, 75% тепловой генерации) законтрактовала уголь из ЮАР по базовой цене в 84 доллара, а из собственных шахт в Ростовской области — по 95 долларов за тонну с учетом логистики (хотя, по оценкам ряда экспертов, даже эти цены являются сознательно завышенными ради дальнейшего роста тарифов).

Ринат Ахметов

Угольные фьючерсы на бирже в Роттердаме на момент заключения сделки с американцами торговались по 81–83 доллара за тонну. Стоимость же донбасского угля оценивается в 60 долларов за тонну.

Однако и углем газовой группы Украина не обеспечивает себя в полной мере. Добыча во Львовско-Волынском бассейне продолжает падать: государство отказалось в последние годы дотировать угледобычу, потому ввиду высокой себестоимости добычи (около 100 долларов за тонну) большинство шахт региона планируется к закрытию либо к продаже.

Правда пока реальной заинтересованности в таком активе не проявляют ни внутренние, ни внешние игроки энергорынка.

Интересно, что, на фоне увеличения импорта из дальнего зарубежья, уголь из Донбасса, помимо России, по «серым» схемам поставляется в Польшу (правда, в СМИ попала информация всего об 11 тыс. тонн) и Турцию. «ДТЭК», Минэнергоугля и МИД Украины пытаются блокировать дальнейшие поставки донбасского угля в третьи страны, но далеко не факт, что их усилия окажутся результативными.

В целом через призму энергетической отрасли легко просматриваются все деструктивные тенденции, ставшие базисной составляющей украинской экономики, политики и социальной сферы после Евромайдана. Управленческий непрофессионализм, заполитизированность и конъюнктурность (сюда же — реверсный газ и увеличение закупок тепловыделяющих сборок Westinghouse), отсутствие внятного плана развития отрасли — разгребать «авгиевы конюшни», оставленные после себя «командой реформаторов» в сфере энергетики, придется долго.

Денис Гаевский

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ