Смысл, цели и принципы «Восточного партнерства» до сих пор не ясны, а перспективы сомнительны. Об этом пишет хорватский журналист Ведран Обучина (Vedran Obućina) в своей статье «Хронические проблемы «Восточного партнерства» (Kroničan neuspjeh Istočnog partnerstva) для издания «Advance».

24 ноября в Брюсселе прошло заседание группы в рамках проекта европейского «Восточного партнерства». На этой встрече планировалось согласовать реформу сотрудничества с соседями из Восточной Европы для укрепления европейской политики добрососедства. Также планировалось прояснить смысл, цели и принципы этого инструмента европейской внешней политики.

Хорошо известно, что смысл, цели и принципы «Восточного партнерства» как минимум не очень ясны. Некоторые пессимисты считают, что их просто не существовало с самого начала этого проекта, родившегося восемь лет назад — тогда сразу стали возникать разногласия и заблуждения.

Восточное партнерство было основано в 2009 году, став общей инициативой Европейского Союза и его восточных соседей: Армении, Азербайджана, Беларуси, Грузии, Молдовы и Украины. Их общей целью было укрепление регионального сотрудничества, проведение политических и экономических реформ в шести странах при финансовой и технической помощи и поддержке Евросоюза. Вместе с тем ЕС обещал этим странам перспективу вступления в союз. С тем, чтобы у них был стимул для проведения реформ, ЕС основывал сотрудничество на принципах дифференциации и обусловленности в духе «Больше — за большее, и меньше — за меньшее». Руководствуясь этой идеей, Брюссель предложил шестерке восточных соседей договорные отношения, всеобъемлющие соглашения о свободной торговле и возможность либерализации визового режима — все это при условии успешного проведения политических и финансовых реформ.

Однако политическая реальность показала, что страны региона неверно поняли систему стимулирования и просто ее проигнорировали. Необходимые реформы проводятся медленно, если идут вообще, и регион продолжает страдать от нестабильности, связанной с напряженностью в отношениях с соседями, с нарушениями прав человека, с закоренелой коррупцией и ограничением свободы СМИ. Чтобы данная инициатива, а с ней и Европейский Союз, не утратила кредита доверия, необходимо более последовательно, чем прежде, применять принципы обусловленности и дифференциации. ЕС следует сформулировать конкретные требования к реформам, лучше следить за соблюдением условий и предоставлять финансовую и иную помощь только в случае прогресса политических и экономических изменений. А ведь сейчас политическая поддержка, к примеру, Украине совершенно несоизмерима с ее прогрессом.

Европарламент создал модель EaP+, в рамках которой страны, проводящие реформы, извлекают большую выгоду из участия в проектах Евросоюза. Единый интернет-рынок, энергетический союз, индустриальное партнерство, а также сотрудничество в оборонной политике особенно важны для этой модели. А вовлеченность гражданского общества в процессы играет ключевую роль в успехе политики добрососедства. Чтобы местные компании, организации и граждане поддержали инициативы проекта, «Восточное партнерство» должно показать ощутимые результаты в области занятости, транспорта, независимого энергоснабжения и образования. Гражданское общество также играет существенную роль в выстраивании мирных добрососедских отношений.

Особенно много заблуждений в отношении «Восточного партнерства» связано с мнением о том, что Россия считает этот проект инструментом, направленным против политики Кремля. Действительно, в регионе «Восточного партнерства» пересекаются сферы интересов.

Однако подход Европы к странам региона отличается от российского: «Восточное партнерство» сулит участникам проекта заведомую ложь — вступление в Европейский Союз. Но Брюссель не только не планирует расширение союза, но и даже в долгосрочной перспективе не собирается принимать в состав ЕС эти государства, не исключая Украину и Грузию.

Основная цель данного проекта — поддержать мир и безопасность в регионе, а также при необходимости воспользоваться им в противостоянии с Россией. Это партнерство основано на убеждении, что сотрудничество между соседями само по себе представляет ценность и может поспособствовать миру, стабильности и добрососедским отношениям.

Если в этом и состоит цель проекта, то Европейский Союз во многом разочаровал. Экономические отношения ЕС с Беларусью улучшаются, чего не скажешь о политических связях. Президент Беларуси Александр Лукашенко, который уже много лет находится на своем посту, был приглашен на саммит «Восточного партнерства», но, поблагодарив за приглашение, отказался приехать. Грузия, которая оказалась в тяжелейшем положении за всю историю, осознала, что для выживания ей нужно ориентироваться на Россию, пусть даже Москва поддерживает сепаратизм в Абхазии и Южной Осетии. Такая же ситуация сложилась в Молдавии. Армения и Азербайджан вряд ли поспособствуют плодотворному сотрудничеству в рамках Восточного партнерства, ведь эти страны враждуют, как и Россия с Украиной. Последняя красноречиво свидетельствует о том, до чего могут довести нескоординированные действия Европейского Союза.

После четырех лет налаживания тесных политических связей ЕС с Киевом произошла революция. В события вмешалась Россия, разгорелся военный конфликт, а к власти на Украине пришла группа преступников.

Пока лидеры ЕС расхваливают «Восточное партнерство», стоит трезво оценить пользу от сотрудничества со странами бывшего советского блока, а также подумать, как Европа может склеить ту чашку, которая разбилась во многом из-за непродуманных и поспешных решений. Кстати, европейская политика неоднородна. Одни уверены, что Европа морально обязана защитить Украину и положить конец пророссийским и российским военным действиям, особенно когда Киев (якобы) продемонстрировал стремление к политическим и экономическим реформам. Другие утверждают, что Запад уже и так оказал много помощи, пойдя на большой риск, а коррупция на Украине не снизилась, а, наоборот, возросла. Кроме того, появилось правительство, против которого, пожалуй, стоит ввести санкции, в особенности после хищений в украинском судебном, финансовом и энергетическом секторе. Однако, вместо серьезных предупреждений Киеву, Европейский инвестиционный банк заявляет о предоставлении дополнительных 37 миллионов евро для помощи экономическому сектору Украины. Общая же финансовая помощь ЕС достигла приблизительно 12 миллиардов долларов. Это самый большой финансовый пакет, который Брюссель когда-либо предоставлял государству за пределами Европейского Союза.

Несмотря на все это, Украина продолжает утопать в серьезных проблемах. Если утверждается, что «Восточное партнерство» — очень успешный проект, то как можно логически объяснить, почему 94% финансовой помощи было предоставлено Украине в виде займов, из-за которых эта страна надолго погрязла в долгах? В ближайшие пять лет Украина должна вернуть 38 миллиардов долларов, хотя в резервах ее госбанка — всего пять миллиардов.

Брюссель утверждает, что политический договор сблизил Киев с ЕС и другими западными институтами больше, чем когда-либо прежде, что также подкрепил новый визовый режим для свободного перемещения граждан. Киев провозглашает геополитическую ориентацию на Европу, однако, что парадоксально, именно Евромайдан далеко отбросил Украину от ЕС и НАТО. Дальнейшее развитие событий, в том числе российская интервенция, подтвердили необходимость реформ, которые так и не были проведены за два последних десятилетия, а также бессилие правительства, погрязшего в кумовстве и преступных связях.

Украинцев постигло огромное разочарование. Многие из них сейчас вспоминают, как сильно европейские лидеры в свое время давили на президента Виктора Януковича, вынуждая его подписать политические и экономические соглашения, несмотря на советы России. Кто же теперь несет ответственность за последствия этого давления? Формальный отказ Януковича подписывать договоренности, достигнутые на саммите Восточного партнерства в Вильнюсе в 2013 году, привел к массовым протестам, которые стоили президенту Украины поста, а также отравили отношения между Кремлем и Европой.

Сейчас европейцы обдумывают дальнейшие шаги в отношениях с восточными соседями. Литва предлагает амбициозный европейский план для Украины, который потребовал бы предоставления ей дополнительных 50 миллиардов евро в течение ближайших десяти лет. Многие в Европе не будут готовы на это согласиться. Литовцы хотят расширить сотрудничество с разными заинтересованными сторонами и достучаться до разочарованных украинцев, то есть превратить Украину в историю успеха европейского влияния на Восток. Похоже, Литва витает в облаках, если считает, что всего этого можно без труда добиться, не устроив полной блокады России. Кстати, концентрация сил НАТО в странах Прибалтики может заставить по-новому посмотреть на «Восточное партнерство» и не ограничиваться только финансовой помощью.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ