Постсоветские страны во многом продолжают жить достижениями прошлого. Так сложилось, что послевоенной БССР, а следовательно и Беларуси была уготована роль «сборочного цеха» советской экономики. Благодаря этому республика приобрела и сумела сберечь до настоящего дня наработки прошлого и инженерную школу, создавшую много нового в непростых постсоветских условиях.

Как уже отмечалось, славные традиции белорусского автомобилестроения начались с Минского автомобильного завода, о предыстории рождения которого я рассказывал в прошлый раз. Настало время поговорить о детях «МАЗа», сегодня речь пойдет о его давно взрослом и живущем самостоятельно первенце – БелАЗе.

В 1958 году СССР быстро восстанавливался после войны, стране катастрофически не хватало больших большегрузных машин, поэтому тогда было принято решение создать на базе Жодинского Завода торфяного машиностроения дорожных и мелиоративных машин «Дормаш» «Белорусский автомобильный завод», начав на его площадях выпуск 25-тонных самосвалов МАЗ-525. Такой парадокс – марка МАЗ, а завод БелАЗ – объяснялся легко: с 1951 525-й самосвал, а с 1957 г. еще и 3-х осный вариант МАЗ-530 (6×4) грузоподъемностью 40 т собирали в Минске, и лишь затем производство передали в Жодино. Сорокотонный самосвал МАЗ-530 на Всемирной выставке в Брюсселе в октябре 1958 получил наивысшую награду. При этом изначально МАЗ-525 собирали одновременно в Минске и в Жодино. Последние минские МАЗ-525 были собраны в 1959-м, а жодинский завод в том же году выдал сразу 432 самосвала, с каждым годом темпы производства под Минском только наращивались, и в 1964 году жодинский завод выпустил рекордные 1115 530-х МАЗов.

МАЗ -525

Важный нюанс – новую марку на БелАЗе машине не присваивали, она так и осталась МАЗом-525. Внешне такие машины отличались тем, что с их капотов исчезли фирменные мазовские зубры, а на боковинах капота появилась выштамповка «Белорусский автозавод». Всего в Минске в 1951-59 годах было собрано 940 машин, а в Жодино в 1958-65 годах – 6021. Таким образом, большинство из 6961 МАЗов-525 фактически были БелАЗами первого поколения. Последний из них был собран 11 сентября 1965-го.

Сегодня в это сложно поверить, но в экипаж «четвертака», так тогда называли 525-й входило сразу два водителя. Один – крутил руль, а другой переключал передачи! А чтобы выжать педаль сцепления нужно было нажать на нее всем весом одного из водителей. Машина была крайне неудобной, однако и самой грузоподъемной на то время.

Примечательно, но жодинскому предприятию, поставившему выпуск большегрузных машин на поток, понадобились и специальные условия для ее производства. Так, обычный бетонной пол для большегрузных машин не подходил, в связи с чем на Украине срочно пришлось заказывать гранит.

Машину было решено существенно доработать. Из Минска в Жодино перебирается Золя Сироткин, который становится главным конструктором БелАЗа. Его команда соберет совершенно новый автомобиль. В результате в сентябре 1961 г. на БелАЗе был собран первый 27-ми тонный самосвал БелАЗ-540 полной массой 48 т.. Выпускавшийся с сентября 1965 г., он оснащался дизелем Д-12А V12 (38,8 л., 375 л.с.), автоматической гидромеханической 3-х ступенчатой коробкой передач, колесными планетарными редукторами, гидроусилителем рулевого механизма, 25-ти дюймовыми шинами.

БелАЗ 540

Новая техника прошла обкатку на больших стройках страны. Испытания для машины оказались тяжелыми, не выдерживали оси грузовика и резина, в результате чего с автомобилем происходило множество радикальных экспериментов. Доходило до того, что из этой модели БелАЗа даже пытались сделать карьерный автопоезд «троллейвоз», работающий, как обычный троллейбус от электрических проводов (экспериментальная 524-я модель от 1964 года). Любопытно, но точки зрения эффективности двигателя «троллейвоз» превосходит бензиновые и дизельные аналоги современных автомашин.

«Троллевоз» 524-й

В 1967 году а юбилейной Лейпцигской выставке 1000–ая золотая медаль присуждена самосвалу БЕЛАЗ–548А. Союзная машина белорусского автозавода стала сенсацией выставки. Карьерный самосвал, грузоподъемностью до 40 тонн, выпускался на заводе БелАЗ с 1968 по 1975 год.

В том же 1968 завод выпускает еще один опытный образец – БелАЗ 549, уже на 75 тонн. На машину такого класса впервые поставили электромеханическую трансмиссию и независимую подвеску.

БелАЗ-549

Между тем, такая мания гигантизма конструкторов БелАЗов многими в руководстве страны была не понята. Однако глава КБ жодинского завода Сироткин считал, что большой стране нужны большие машины, и продолжал клепать все новые самосвалы, увеличивая их вес и грузоподъемность.

Однако все было не так безоблачно. Вначале 1970-х БелАЗ впервые столкнулся с конкуренцией, на рынок СССР начала экспансию японская фирма большегрузных самосвалов с большой историей Komatsu. Японцы стали оттеснять белорусского производителя на второй план, скептики в правительстве СССР заговорили о том, что у жодинских заводчан нет никаких шансов против японцев, и проще купить готовую надежную машину, чем тратить советские рубли на создание чего-то нового. В Минск вылетел председатель Совмина СССР Алексей Косыгин с большой профильной министерской делегацией. Целью инспекции было определить имеет ли смысл и дальше вкладывать какие-то усилия в белорусский завод.

В конечно счете руководству БССР завод удалось отстоять, взяв на себя обязательства сделать все, чтобы предприятие стало передовым в союзе.

К началу 1980-х у БелАЗа вышла новая линейка автомашин, а также пришло и мировое признание. К тому времени 50% техники такого класса была из Жодино. Всего же в мире тогда насчитывалось 7 предприятий такого типа.

Для того чтобы удерживать пальму мирового первенства партия поручает взять новую планку – производить не менее 6 тыс. большегрузов в год. Взять такую высоту на старом оборудовании и при существовавших мощностях было невозможно, но руководство БелАЗа не собиралось пасовать и сделало ход конем – обратилась за помощью к основному конкуренту – Komatsu.

Закупив в Японии станки с ЧПУ у белорусских разработчиков открылось второе дыхание. В результате в 1983 г свет увидел новый автогигант БелАЗ 75-211 грузоподъемностью в 170 тонн. Машину поставили в серийное производство, но к 1990-м году завод совместно с японцами выпустил машину поднимающую уже 280 тонн руды – БелАЗ 75-501. Эта модель стала революционной и в плане комфорта, а также обилия в ней передового хайтека. Так, вместо зеркал заднего вида на автомобиль установили видеокамеры, в кабине появился кондиционер, стереосистема и прочие мелкие радости. Машину прозвали «Король карьера», но царствовать королю оставалось недолго. На дворе стоял 1991 год и развал СССР.

Геополитическая катастрофа ставит завод на колени, объем производства сокращается в десятки раз, а новому руководству страны до жодинцев нет никакого дела. Остро становится вопрос о выживании предприятия. Гендиректором еле дышащего БелАЗа становится Павел Мариев (с 1992 по 2007год), который сумел убедить руководство республики не закрывать завод. В 1994 году к власти пришел Александр Лукашенко, с моральной поддержкой заводу стало легче – БелАЗ был объявлен национальным достояниям. Мариеву удалось выбить в Чехии для предприятия большой кредит на 200 млн. долларов. В условиях страшнейшего кризиса руководство завода займ не проело, а направило все деньги на закупку нового оборудования и модернизацию производства.

Завод удалось сохранить. В Жодино по-прежнему делают новых карьерных исполинов, способных перевозить уже по 360 и даже 450 тонн, управлять ими можно уже дистанционно. В 2018 году ОАО «БЕЛАЗ» отметит 70–летие. Нынешняя управляющая компания холдинга «БЕЛАЗ–ХОЛДИНГ» с численностью работающих более 10 тысяч человек. Более 95% выпускаемой продукции идет на экспорт, который по итогам 2017 года превысит 740 млн долларов. Положительное сальдо завода 320 млн долларов. И пусть эти цифры на фоне прошлых успехов не столь впечатляющие, однако завод жив, и у него сохраняются еще все шансы на светлое будущее.

Читайте также: История МАЗа. Часть-1. Довоенный и послевоенный быт «Красного Урочища»

Сергей Смирнов