«БелГазета» изучила приговор по «делу «Регнум»

2 февраля судебной коллегией по уголовным делам Мингорсуда вынесен приговор в отношении авторов ряда российских интернет-изданий («дело «Регнум»). Все трое признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст.130, ч.3 УК РБ.

Ни предварительное следствие, ни Мингорсуд не отметили, на каком основании все трое (Дмитрий Алимкин, Юрий Павловец, Сергей Шиптенко) объединены в одно дело — при том, что каждому вменялась своя, отдельная, группа с «неустановленными лицами». Были «выявлены» 4 группы (статьи размещены на сайтах, никак не связанных между собой), а суду и следствию были предоставлены сведения о том, кто именно получал тексты — фамилии и контактные данные редакторов ИА Regnum, «Лента», EurAsia Daily и т.п. Все это по непонятной причине не нашло отражения в приговоре. Да и вообще в истории белорусского правосудия вряд ли можно найти другое уголовное дело, приговор по которому был одновременно зачитан сразу трем лицам, никоим образом не связанным между собой.

Справка «БелГазеты». Суд счел обвиняемых «виновными в умышленных действиях, направленных на возбуждение национальной вражды или розни, совершенных группой лиц» (не несколькими разными группами, а одной, да еще и с разными «неустановленными лицами»), и назначил им наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отсрочкой исполнения наказания сроком на 3 года каждому (согласно ч.2 ст.77 УК).

Читатели, следившие за разбирательством, наверняка помнят, что суд провел полное и всестороннее изучение предоставленных материалов, учел показания свидетелей, проигнорировал представленные стороной защиты доказательства, обратил внимание на грубые нарушения в ходе проведения предварительного следствия и комплексной психолого-лингвистической экспертизы статей. Но гора родила мышь: итогом 28 заседаний стал приговор с его мотивировочной частью (в ней судья обязан указать свое отношение ко всем представленным в ходе разбирательства материалам) объемом всего в 23 страницы. И это на троих человек, не объединенных в группу и, таким образом, руководствовавшихся при написании индивидуальными умыслами.

НЕСКУЧНОЕ ЧТЕНИЕ

Первые 5 страниц — описание того, откуда отправлялись статьи и где они размещались. Еще полторы страницы ушло на пересказ показаний обвиняемых. Страницы 6-11 — доказательство авторства статей, особенно уместное с учетом того, что обвиняемые не отрицали своего авторства. Полстраницы (6 абзацев) занял перечень опрошенных свидетелей. Почти 3 страницы посвящено экспертам Кирдун, Андреевой, Гатальской, проводившим комплексную психолого-лингвистическую экспертизу статей и обнаружившим в них «признаки разжигания вражды или розни по отношению к группе лиц, выделяемых по признаку национальной принадлежности (белорусам)».

Экспертов суд счел вполне квалифицированными, абсолютно адекватными и беспристрастными. Этот факт подтверждается, по мнению суда, тем, что эксперты не обнаружили признаков экстремизма в 7 статьях Павловца и одной Шиптенко — при том, что ранее, на этапе изучения статей в рамках Республиканской экспертной комиссии (РЭК), они те же признаки в тех же текстах таки обнаружили. Во время опроса в суде эксперты дали «ответы на поставленные стороной защиты вопросы, в т.ч. обоснованности научных положений проведенного исследования, правомерности применения конкретной методики».

Около 1 страницы отведено на описание и отказ принять в качестве «допустимых и достоверных доказательств» более десятка (только по Павловцу было предоставлено 8 документов из РФ, ЕС и РБ) экспертных заключений и мнений (никто из независимых специалистов не усмотрел признаков экстремизма в текстах), а также ответа Роскомнадзора, удостоверяющего, что и эта организация не нашла признаков экстремизма в статьях, размещенных на сайтах ИА Regnum, «Лента», EurAsia Daily. Суд сослался на то, что все авторы этих заключений, в т.ч. разработчик методологии определения признаков экстремизма доктор филологических наук, профессор Ольга Кукушкина (по ее методике проводилась экспертиза N88/06-26 от 07.07.2017г.), ведущий российский специалист в области экстремизма доктор юридических наук, доктор филологических наук, профессор Елена Галяшина и сертифицированный в ЕС латвийский эксперт Николай Гуданец, к участию в деле не привлекались. Между тем представленные мнения, заключения, отзывы были оформлены письменно, мотивированы и обоснованы, снабжены заверенными подписями и документами, подтверждающими квалификацию и компетентность независимых специалистов.

Справка «БелГазеты». Согласно ч.3 ст.103 УПК, защитник имеет право запрашивать с согласия подозреваемого, обвиняемого мнения специалистов для разъяснения возникающих в связи с осуществлением защиты вопросов, требующих специальных знаний. Сторона защиты неоднократно и на следствии, и в суде заявляла ходатайства о допросе ряда специалистов, привлечении их к участию в исследованиях, о назначении повторной экспертизы. Ст.100 УПК предусматривает письменные доказательства (иные документы), признаваемые источниками доказательств, если обстоятельства и факты, изложенные в них, удостоверены должностными лицами организаций или гражданами и имеют значение для уголовного дела.

УМЫСЕЛ ОДНИМ АБЗАЦЕМ

Вслед за этим суд одним абзацем в 4 строки установил умысел авторов на разжигание вражды или розни: «О наличии такого умысла свидетельствуют выводы экспертов лингвистов и психолога о том, что анализируемые публикации являются результатом сознательной, целенаправленной речевой деятельности авторов». Полностью проигнорирован тот факт, что эксперты в своей комплексной психолого-лингвистической экспертизе указывают: в текстах статей авторами использована форма «немаркированного утверждения», выбор которого — «не проявление злого умысла говорящего».

Да и в суде эксперты неоднократно заявляли, что они не устанавливают умысел, каковой может быть установлен лишь судом. Согласно методике Кукушкиной, Сафоновой, Секераж, которой руководствовались эксперты, ни лингвист, ни психолог не могут установить сложные мотивы, которые привели к порождению конкретного высказывания, и реальные цели, которые преследовал автор, создавая текст. Более того, все это не является предметом экспертного анализа!

Справка «БелГазеты. В подпункте «Использованные средства и тип коммуникаций» комплексной психолого-лингвистической экспертизы N88/06-26 от 07.07.2017г. сказано: «Тексты являются письменными, и следовательно, подготовленными, что предполагает более высокую степень осознанности, чем в случае устной речи… Все это свидетельствует о том, что каждый из рассматриваемых текстов является результатом сознательной, целенаправленной деятельности авторов».

Очевидно, что данная оценка относится к любому процессу, связанному с письменным изложением чего-либо, и никоим образом не подразумевает умысла, направленного на разжигание межнациональной вражды или розни. Тем более, никаких иных подтверждений этого умысла в приговоре нет.

САМ СЕБЕ ЭКСТРЕМИСТ

В РБ в настоящее время отсутствует методика проведения психолого-лингвистических экспертиз на предмет экстремизма, нет и аттестованных экспертов. В заключении и в показаниях экспертами был допущен целый ряд ошибок — не только технического и орфографического, но и методологического характера. Что, впрочем, судом было признано «несущественным и на правильность выводов экспертов не влияющим». В экспертизе, утверждает защита, имеет место злоупотребление методом логико-семантического следования; отсутствие установления особенностей автора и игнорирование необходимости установления деления групп «своя»/«чужая»; неразграничение мнения и факта; критики и разжигания вражды (розни); однозначное выведение направленности текста автора (это задача следствия, обвинителя, суда, а не экспертизы); безосновательное расширительное толкование группы «власти» до групп «нация»«народ»; констатация наличия лингвистических и психологических признаков разжигания вражды или розни при неустановленном обязательном признаке гиперидентичности текста и т.д.

Всему этому судом не была дана оценка, доказательства защиты проигнорированы. Стоит отметить, что применение российской методики несертифицированными белорусскими специалистами недопустимо в силу разницы в реалиях двух стран, в т.ч. правовых.

Справка «БелГазеты. Ни в приговоре от 2 февраля 2018г., ни где-либо еще нет указаний на то, что статьи трех авторов признаны каким-либо судом «экстремистскими», что является обязательным процессуальным действием. Статьи находятся в свободном доступе, сайты не заблокированы, речи о признании данных материалов «экстремистскими» даже не ведется.

Интересно, как соотносятся озвученные в ходе расследования утверждения авторов о том, что в их статьях лишь критикуется власть Беларуси и содержатся попытки предостеречь общество от негативных последствий проводимой ею политики, с тезисом экспертов о том, что статьи относятся «к особому виду воздействующего дискурса», в которых «авторами используются речевые приемы убеждения и манипуляции, направленные на возбуждение вражды или розни именно по отношению к группе лиц, выделяемых по признаку национальной принадлежности, т.е. к белорусам»? Экстремистский характер статей очевиден только для определенной группы заинтересованных лиц — экспертов, на основе заключений которых сделал свои выводы суд. Для всех остальных, включая читательскую аудиторию и специалистов из РФ, РБ, ЕС, он не очевиден.

КОНЕЦ — ДЕЛУ ВЕНЕЦ

Венчает все это объяснение Мингорсудом совершения преступления по ст.130 группой лиц один абзац при полном игнорировании показаний свидетелей, материалов дела, доводов адвоката, оценка которым в тексте приговора полностью отсутствует. Суд указал для всех троих авторов на некое распределение ролей с «неустановленными лицами», не подкрепив это какими-либо доказательствами единого умысла на разжигание межнациональной вражды или розни.

Вместе с тем суд признал необоснованным обвинение «неустановленных лиц» в совершении преступления из корыстных побуждений, т.к. гособвинителем «не были представлены этому доказательства». Какие доказательства были представлены относительно преступления, предусмотренного ч.3 ст.130, в приговоре не сказано.

Фигуранты дела и их адвокаты убеждены: с момента задержания и до окончания судебного разбирательства ни о каком всестороннем и беспристрастном изучении материалов дела речи идти не могло. Всеми тремя авторами поданы апелляционные жалобы в Верховный суд РБ. Остается надеяться, что вышестоящая инстанция даст оценку тому, что происходило на протяжении последних 14 месяцев, проведенных фигурантами «дела «Регнум» за решеткой.

Справка «БелГазеты». В декабре 2016г. Следственный комитет за публикации на сайтах российских изданий «Регнум», «Лента» и EurAsia Daily возбудил уголовное дело по ч.3 ст.130 (разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни, совершенное группой лиц, — от 5 до 12 лет лишения свободы) в отношении доцента БГУИР Юрия Павловца, охранника средней школы в Бресте Дмитрия Алимкина и главного редактора журнала «Новая экономика» Сергея Шиптенко. С декабря 2016г. все трое находились под стражей. В июне т.г. против Павловца и Шиптенко было заведено новое уголовное дело по статье о незаконной предпринимательской деятельности.

belgazeta.by

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ