Депопуляция села — не уникальное белорусское явление. Но все ли было сделано у нас, чтобы минимизировать ее масштабы?

Агрогородок Турец, Кореличский район

Дорога Кореличи—Мир. Ухоженные обочины, аккуратные поля, вытянувшиеся в шнурок коттеджи агрогородков. Тот, кто видит лишь только эту картину, поневоле может подумать: «А ведь не все так плохо с белорусской деревней. Жизнь налаживается».

Но стоит свернуть на километр в сторону, как практически идиллическая картинка меняется до неузнаваемости.

На пожарище в умирающей деревне Велетово

Деревня Велетово, в которой за восемнадцать лет количество жителей сократилось с сорока да трех, — один из символов настоящего, непарадного белорусского села, судьбу которого в ближайшей перспективе разделят многие и многие.

Здесь, в Велетово, довелось услышать мнение одной из оставшихся жительниц о том, почему деревни стремительно пустеют. Возможно, это одна из ключевых причин, приведших к вымиранию села.

По словам 72-летней Нины Лабоцкой, еще в советские времена ее поколение начало массово отправлять своих детей в города, спасая их от тяжелого труда в колхозе:

— Цяжкая праца была, капейкі за яе плацілі. Дзень у калгасе адробіш, а тут яшчэ дома трэба было працаваць. І я сваім дзецям казала: вучыцеся добра, і тады апынецеся, дзе лягчэй. Тады мы ратавалі дзяцей.

Дети Нины Лабоцкой уехали жить в город

А теперь давайте вспомним, что сделал Александр Лукашенко, придя к власти в 1994-м. Правильно, сохранил те самые колхозы, а вместе с ними и старые порядки на селе. Тем самым, не исключено, дав старт новой волне миграции из деревни в город.

Я хорошо помню вторую половину 1990-х, когда многие сверстники без разбора поступали в любой вуз — ради «корочки», дарившей шанс не вернуться назад. Из моего класса в деревне остались единицы.

Судя по заявлениям Лукашенко, звучащим в последние годы, курс на сохранение колхозов в последующие десятилетия сопровождался чередой не самых продуманных решений. Одна из главных проблем — кадровая.

— Зачастую мы готовим специалистов, у которых нет никакого желания работать на селе. Такой выпускник через два года, принеся не столько пользы, сколько вреда хозяйству, уйдет в другие структуры, — констатировал глава государства на последнем семинаре-совещании о развитии села.

И предложил: «Создать в лучших хозяйствах школы и направить туда по 10-15, а может быть, по 6-7 перспективных молодых ребят, которые увидят настоящее производство, к которому мы стремимся».

Кто-то скажет, что это неплохая идея. И лучше поздно, чем никогда, заняться селекцией кадров. Но есть одно «но».

В начале 2000-х студенты аграрных вузов на конкурсной основе отправлялись на стажировки в Германию, Швейцарию, Великобританию и другие страны Европы, где знакомились с работой тамошних агрофирм и фермеров. Сложно переоценить, например, опыт работы сельскохозяйственных предприятий на территории бывшей ГДР, переживавших переходный период от государственного к частному.

Но кто-то решил, что мы и сами с усами, и программы зарубежных стажировок закрыли. Чтобы спустя пятнадцать утраченных лет вернуться к этому опыту.

Отказав многим из будущих специалистов в ценном опыте, власти не придумали ничего лучше, как ввести практику обязательного распределения. О том, насколько неэффективной оказалась эта мера, написано много. Лукашенко и министры и сами признают этот факт, но от старых методов удержания молодых специалистов на селе, похоже, никто отказываться не собирается.

Агрогородок Городец, в котором начинал карьеру Александр Лукашенко

Создание на основе перспективных сел и деревень агрогородков — сама по себе неплохая идея. Но, как часто у нас водится, воплощение этой идеи вызывает массу вопросов. Здесь и качество построенного жилья, и обеспечение не на бумаге, а в реальности необходимыми коммуникациями. Не говоря уже о том, что во многих агрогородках новые дома годами пустуют никем не заселенные.

Есть и обратные примеры. Так, в марте телеканал ОНТ сообщил о 150 квартирах и домах, приходящих в запустение в Лоевском районе.

— Жилье опустело, и оказалось, что никому все это время было не нужно. Нуждающимся отвечают, что квартир нет. И в то же время целые подъезды в многоэтажках приходят в аварийное состояние. Проблема возникла не сегодня. Квартиры пустуют с 2012 года после того, как людям раздали дома в соседних агрогородках. От райисполкома на тот момент требовалось лишь одно — содержать фонд в надлежащем состоянии, пока не заселятся новые жильцы, — говорилось в репортаже.

Это показательная история. Сконцентрировав основные ресурсы на агрогородках, власти фактически ускорили вымирание остальных деревень.

«За прошлую неделю в Кореличском районе умерло 19 человек. Сегодня на кладбище в Кореличах повезут четырех…», — написал мне на днях земляк. Давно не секрет, что деревни пустеют не только из-за миграции в города. Они банально вымирают. И речь не только о стариках. Из-за алкоголя умирают те, кому еще жить и жить.

Причин этому много. Отсутствие перспектив, нищенские зарплаты, которые достаются нелегким трудом. Появление новой техники и современных технологий делают ненужным прежнее количество работников. А слышал ли кто-то о государственной программе переквалификации оставшихся не у дел трактористов, полеводов и доярок?

Белорусская деревня, какой ее видит глава государства

И еще один немаловажный момент. Двадцать лет назад независимая пресса сообщала о подготовке к «Дожинкам» в Несвиже. Речь шла об одном из не самых богатых хозяйств, где перед приездом Лукашенко якобы помыли телят дорогим шампунем. Тогда это вызвало смех и недоумение. Но вскоре наведение марафета перед визитом VIP-гостей стало негласным, но обязательным атрибутом.

Возникает вопрос: видел ли бессменный руководитель страны за последующие десятилетия хотя бы одну реальную, а не лубочную или аврально подготовленную деревню? Может поэтому мы регулярно слышим сообщения, словно из параллельной реальности, о комфортной жизни в глубинке, которую осталось лишь сделать несколько интересней.

gazetaby.com

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ