Сегодня, когда мир оказался в наибольшей за последние десятилетия близости к глобальному вооруженному конфликту, поставивший планету на грань Третьей мировой войны «сирийский кризис» многие пытаются сравнивать с «карибским кризисом» 1962 года, также  едва не приведшим к началу таковой. И даже иногда  называют «карибским кризисом-2″… Насколько правомерны такие сравнения? Давайте попробуем разобраться.

 

Собственно говоря, единственным, пожалуй, общим моментом в данном случае является предельно обострившаяся конфронтация между США и их союзниками по НАТО и Советским Союзом (в 1962 году) и Российской Федерацией — сегодня. Конфронтация, которая, вылившись в военное столкновение, с крайне высокой вероятностью может перерасти в ядерный Апокалипсис. Это — совпадает.  А дальше начинаются сплошные кардинальные различия.

 

Главное из них — в причине конфликта. В 60-е годы он имел более, чем конкретную военную подоплеку. Даже, скорее — сугубо военно-техническую. Размещение Соединенными Штатами в 1961 году  в Турции  ракет средней дальности «Юпитер», поставило СССР в крайне уязвимое положение. В межконтинентальных баллистических ракетах наша страна тогда уступала Америке более, чем значительно. По сути дела — в разы. И появление у границ Союза ракет, способных из-за своего близкого расположения, с легкостью «накрыть» чуть ли не все города в западной части СССР, включая даже и Москву, было серьезнейшим ударом по безопасности страны. Подлетное время в 10 минут — с такими вещами не шутят!

 

Собственно говоря, размещение на Кубе советских ядерных ракет Р-14, нацеленных на Вашингтон и базы стратегических бомбардировщиков ВВС США было для Москвы вынужденным ответным шагом: «Вы приставляете пистолет нам к виску, а мы упрем вам дуло в лоб!»  Надо отметить, что американские ядерные ракеты  к тому времени уже размещались в Италии и Британии, советские же ракетные дивизионы, отправленные на Кубу, были первыми ядерными силами СССР за его пределами.

 

Исторической правды ради, стоит признать, что судьба «острова свободы» в данном раскладе была делом десятым. Лидеры СССР поначалу не очень-то всерьез воспринимали и неистового Фиделя и его революцию, совершенно не веря в ее успех. Потому и отказали в военной помощи во время его борьбы с диктатором Батистой. Да и сам Кастро первый визит после своей победы нанес не в Москву, а в Вашингтон. Это уже спесь и глупость тогдашнего американского президента, не пожелавшего с ним встречаться, и последующие агрессивные действия США толкнули кубу в объятия СССР, на сей раз радушно их распахнувшего. Слова о том, что советские ракеты оказались  на Кубе «для обеспечения ее безопасности» были, скорее, красивым политическим жестом. Главным оставалось достижение стратегического ядерного паритета между СССР и США.

 

Сравним все это  с нынешним кризисом. Сегодняшняя ситуация отличается от событий 60-х годов в корне. И, прежде всего, тем, что США движет не желание обезопасить себя от вполне конкретной угрозы в виде наших ракет, смотрящих в лицо, а вздорное стремление «поставить Россию на место». Причем — любой ценой. Оттого и идут в ход провокации, выдумки, фейки — вроде  «отравления Скрипаля» или «химической атаки в Думе». Желание свергнуть Асада и установить свои порядки в Сирии тут, опять-таки, далеко не на первом месте. Асад плох уже тем, что посмел обратиться к русским за помощью! И главное — нанести максимальный урон России на геополитической арене. В грязной игре (а именно таковая ведется сейчас против нашей страны) хороши все средства. И вот тут-то — самое сложное. Можно договориться о демонтаже ракет (причем — взаимном и обоюдном!). Но как договариваться, когда твой оппонент оперирует бредовыми идеями и выдвигает сумасшедшие требования?! Что делать. если он стремится как раз не к равновесию и паритету, а к безграничному доминированию и диктату?

 

Тут мы плавно переходим к другому отличию. Тому самому, что заключается, скажем дипломатично, в степени адекватности руководителей некоторых государств — участников конфликта. Здесь надо учитывать, что в 1962 году «у руля» враждующих  стран, их вооруженных сил, спецслужб и дипломатических корпусов, стояли люди, если не прошедшиие, то, как минимум, пережившие Вторую мировую войну и прекрасно помнившее ее ужасы и боль. Теперь — не то… Тот же Дональд Трамп, очень похоже, воспринимает разразившийся кризис и возможную глобальную войну на уровне компьютерной «стратегии», в которой, провалив миссию, можно перезагрузиться и попытаться пройти ее по-новой. В 60-е лидеры стран для установления контакта в попытках договориться по-хорошему использовали дипломатические каналы, резидентуры разведок, любые доступные способы — а не занимались тиражированием на весь мир хамских угроз.

 

Кстати говоря, весьма показательным в данном аспекте является то, что европейские страны, имеющие наибольший негативнывй опыт Второй мировой — Германия и Италия, участвовать в планируемой военной авантюре отказались наотрез. Россия же, в которой память о Великой Отечественной жива, как нигде, прилагает наибольшие усилия для того, чтобы избежать военного столкновения, декларируя при этом  готовность отстаивать свои интересы и интересы своих союзников. Кстати, как раз в плане адекватности лидера Россия серьезно выигрывает перед СССР 60-х — Владимира Путина с невменяемым порой Хрущевым нечего и сравнивать. Он точно  не из тех, кто будет колотить ботинком по трибуне ООН или грозить «кузькиной матерью».

Нельзя не упомянуть и о том, что во время «карибского кризиса» еще слишком жива была память о том времени, когда США и СССР сами были союзниками — в том числе и военными, в борьбе против нацизма. Да, противостояние шло вовсю — но это было противостояние скорее идеологическое, и ни в коем случае не межнациональное. Запад старался сопротивляться идеям коммунизма, стремился не допустить разрастания «социалистического лагеря» и уменьшить его влияние в мире. Сегодня происходит демонизация не идеологии, не социального строя, а именно России, как государства, русских — как нации. Нас объявляют «империей зла», источником едва ли не всех мировых бед и проблем. В чем разница тут? С идеологическим противником можно как-то сосуществовать и вести диалог — пусть и сквозь зубы. С «Империей зла», с «животными» и их союзниками — нет.

 

Немаловажным различием двух кризисов является и то, что во время событий вокруг Кубы США со своими союзниками по НАТО имели против себя аналогичный военный блок стран социалистических — организацию варшавского договора. В мире действительно существовало равновесие, да и слово международных организаций, прежде всего — ООН, тогда не было пустым звуком, как это, увы, является сегодня. Годы после крушения СССР настолько развратили Америку, привыкшую считать себя единственной реальной силой на планете (прежде всего — в военном отношении), что там, похоже, окончательно лишились способности считаться с кем-либо еще. Да, к тому же, говоря по-простонародному, «совсем страх потеряли»…

 

Из «карибского кризиса» обе страны вышли без «потери лица». СССР убрал ракеты с Кубы, США — из Турции. Плюс к тому Америка дала Гаване гарантии безопасности, которые, надо отдать им должное, соблюдала  по сей день — разве что устраивая при этом бесконечную череду безуспешных покушений лично на Фиделя Кастро, не помешавших ему мирно скончаться в весьма преклонном возрасте. Как выйти из кризиса сейчас?! Для США идеальным вариантом был бы полный вывод российских войск из Сирии, что позволило бы им безнаказанно расправиться с Башаром Асадом и творить в этой стране, что вздумается. Однако, это совершенно и абсолютно неприемлемо для России.

Для нашей страны настоящим выходом из кризиса могло бы стать не только окончательное прекращение Америкой попыток свергнуть законное правительство Сирии и вывод оттуда американских войск (в отличие от российских — находящихся там совершенно незаконно и нелегитимно), но и отказ Запада от  той отвратительной антироссийской кампании, которая развернута США и их союзниками против нашей страны буквально на всех направлениях — от дипломатического до экономического. Но достижимо ли это в принципе? Вариант. в котором «коллективный Запад» признает собственную неправоту и признает Россию равной себе, выглядит, скорее, фантастикой. И верится в него слабо…

 

Безусловно, вдаваясь подробно и глубоко в детали, можно было бы найти еще множество различий между «карибским» и «сирийским» кризисами. Возможно, и отыскать общие черты. Однако из приведенных выше сравнений, пусть и самых общих, уже  вполне можно сделать вывод — нынешний кризис гораздо глубже, системнее, острее. А, значит — намного опаснее.

 

К  огромному сожалению, приходится признать, что   кризис  в Сирии — лишь наиболее обострившееся проявление глобального мирового противостояния, ведущего человечество к ужасным потрясениям и бедам, если не к всеобщей гибели. Хочется верить, что он разрешится благополучно. Однако, без урегулирования главных противоречий между Россией и Западом, мир будет обречен на все новые и новые кризисы — с каждым разом все более катастрофические и трудноразрешимые.

planet-today.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ