В последнее время белорусская внутренняя и внешняя политика всё чаще попадает в фокус внимания российских СМИ. Спектр мнений о нашей стране в России весьма широк: большинство экспертов считает Беларусь самым надёжным союзником, есть и те, кто обвиняет нас в «уходе на Запад». В связи с этим ТЕЛЕСКОП решил поговорить, пожалуй, с самым взвешенным российским экспертом по Беларуси — Еленой Пономарёвой, профессором МГИМО, президентом Международного института развития научного сотрудничества (МИРНаС).

***

— Елена Георгиевна, не так давно прошла инаугурация вновь избранного Президента России Владимира Путина, было назначено новое правительство. Как Вы считаете, в течение этих, как говорят, последних шести путинских лет можно ли ожидать прорывов в белорусско-российской интеграции или же мы не сильно отойдем от той точки, в которой находимся сейчас?

— Когда говоришь о прорывах, нужно всегда держать ухо востро. Прорыв — слишком громкое слово, и ожидание прорывов может завести не в ту степь. Нужно попросту работать каждому на своем месте. Я думаю, нам следует говорить не о прорывах, а о тех возможностях и рисках, которые существуют для интеграционных проектов. Любое интеграционное объединение открывает новые возможности, даёт новый импульс для развития, совершенствует государственные механизмы и в то же время ведёт к появлению новых социальных слоёв, обогащению одних и зачастую к изменению в социально-экономическом статусе других. Мы хорошо видели это на примере стран Европейского союза, когда введение евро, скажем, привело к формированию европейской гипербуржуазии и, вместе с тем, многие социальные слои провалились, ну если не на социальное дно, то были сильно ущемлены в своих правах, поскольку курс национальной валюты был сознательно занижен по отношению к евро. Однако при этом Европейский союз дал возможность для свободного передвижения товаров, услуг, открыл границы. Есть у англо-саксов хорошая поговорка: «Каждое приобретение есть потеря, каждая потеря есть приобретение». То есть что-то в результате интеграции приобретается, но что-то, возможно, даже более существенное и важное, теряется. Однако Европейский союз объединяет самостоятельные европейские национальные государства. Его создание было продиктовано прежде всего интересами крупной буржуазии и формировавшихся вместе с Союзом транснациональных компаний. У нас же интеграция совершенно другого свойства и другого качества, поэтому её развитие мне видится несколько по-иному.

Дело в том, что больший исторический период мы жили в общем государстве, сначала под названием Российская империя, потом – Советский Союз. Именно в период СССР был заложен фундамент современного развития. Миллионы людей выросли в советский период и именно с этим периодом связывают потрясающие достижения, начиная от величайшей Победы всех времён и народов и заканчивая прорывом в космос, технологическими новациями и так далее. Однако нас связывает и многовековая история до образования Советского Союза. Чётко определить, чем всё-таки различаются народы России и Беларуси, практически невозможно, потому что, с моей точки зрения, это фактически один народ. Иными словами, у нашей интеграции есть веское историческое обоснование.

В чём же глубинный смысл нашего интеграционного объединения? Как мне представляется, он в том, что ни Россия, ни Беларусь, и это должны четко понять руководители наших государств, никогда не будут восприняты коллективным Западом как равноправные игроки. Вспоминаются слова Александра Вертинского: «Тут живут чужие господа, и мы для них чужие навсегда!». Тем более, что сильные, суверенные, а значит, самостоятельные государства Западу не нужны вообще. Вспомним, судьбу Югославии и Сербии. Конечно, Россия и Беларусь – не Сербия, но все известные технологии по деструкции и дестабилизации балканского региона применяются и против наших стран. Почему-то мне кажется, что наши элиты этого до конца не понимают. А ведь наши страны рассматриваются Западом не только как потенциальный экономический трофей (территория, ресурсы, начиная от запасов воды и плодородных почв и заканчивая ископаемыми, производственная база, человеческий капитал). Мы, Россия и Беларусь, для них — психоисторический противник. Поэтому на раскол, на отрыв наших стран и народов брошены колоссальные ресурсы. Работа ведется по всем направлениям, начиная от деформации исторической памяти молодого поколения и заканчивая различными программами, типа «Восточного партнерства», призванными умиротворить и запутать политические верхи. Но эта та дорожка, которая ведет прямиком в ад.

Разного рода инициативы выдвигаются брюссельскими чиновниками –креатурой наднациональных структур исключительно с целью дезинтеграции, разрушения российско-белорусского союза. Руководство наших стран должно четко понимать причины и интересы интегрального Запада. И если не достаточно красноречивого опыта самой богатой и перспективной после России бывшей советской республики, ныне растерзанной и в обозримой перспективе не способной стать суверенным и состоятельным государством – Украины, то следует задуматься над тем, что стало с другими странами, испытавшими на себе «прелести» западной демократии. Нет ни одной страны в Европе из зоны бывшего советского влияния, которая стала бы лучше жить после вступления в ЕС. Везде, начиная от Польши и заканчивая Словенией, произошло массовое обнищание. Масштабное социальное расслоение, вызванная приватизацией, а по сути ограблением, и переходом к рынку, привело к тому, что с 1990 по 1998 гг. массовая пауперизация увеличилась в так называемых транзитных странах Европы с 14 млн чел. до 168 млн чел., что не имело аналогов в истории. В докладе ООН, название которого говорит само за себя – «Глобализация благоприятствует богатым нациям» (12 июля 1999 г.) отмечалось, что в 85 странах их 174 обследованных люди по показателям «индекса человеческого развития» стали жить хуже, чем они жили 10 лет назад, тогда как пятерка ведущих стран – Канада, Норвегия, США, Япония, Бельгия – улучшила свои показатели. На награбленном отъелись.

В настоящее время на фоне общего экономического и хорошо подготовленного миграционного кризисов ситуация только усугубляется. В качестве примера возьмем наиболее «успешные» страны. Так, уровень безработицы среди молодежи в Польше почти 21%; в Словакии – почти 27%; в Словении – 14,3%; а в Хорватии – просто запредельный – 43%. Общая безработица по этим странам колеблется от 14% в Хорватии до 5% в Польше. Для сравнения в Беларуси общая безработица – 1 % (!), среди молодежи – 12,6%. И еще один показатель – процент проживающих за чертой бедности. В Польше – это 17,6%; в Словении – 14,3%; в Словакии – 12,3%; в Хорватии – 19,5%.  В Беларуси за чертой бедности проживают 5,7% населения. Как говорится – почувствуйте разницу. И какими же политическими и экономическими «пирогами» можно соблазнить белорусов при таких показателях? Только незнанием истинных фактов, только маниловщиной, за которой нет будущего.

Надо чётко понимать, что за интеграцию с Западом стране, населению нужно отдать гораздо больше, чем они приобретут. Европейский союз мыслился и строился как структура, которая осуществляет свою деятельность в интересах очень узкого круга транснациональной буржуазии. Это, прежде всего, руководители крупнейших финансовых структур, транснациональных компаний, местные мафиозные кланы. В их планах нет места основной массе населения, которая оказывается выброшенной на обочину жизни.

Создание же Евразийского союза и Союзного государства России и Беларуси мотивировалось другими целями и ценностями — не обогащением верхушки, но созданием равных условий для интенсивного и эффективного развития, для сохранения и умножения уровня благосостояния людей. Как сказал 7 июня на Прямой линии Владимир Путин, нашим приоритетом является повышение благосостояния всех граждан.

Другой важный момент. С самого начала союз России и Беларуси был не только социально-экономическим, но и военно-стратегическим. Это чрезвычайно важная функция, которую в Европе выполняет НАТО. Но НАТО — пришлый, неевропейский компонент. Мы все прекрасно понимаем, что если командующий войсками НАТО в Европе — американский генерал и сама идея создания этого блока принадлежит США, то эта структура не выражает европейские интересы, а тем более интересы наших стран. У нас же совсем другая ситуация. Как верно отметил Александр Лукашенко, обращаясь к Владимиру Путину: «Ещё будет время, когда придется спиной к спине стать и отстреливаться». По сути, всю историю мы стоим спиной к спине и отстреливаемся, защищаем друг друга. В этом и есть суть наших союзнических отношений.

— А как это заявление Лукашенко согласуется с нежеланием белорусского руководства размещать на территории Беларуси российскую авиабазу?

— Ответ на этот вопрос предполагает наличие инсайдерской информации, что применительно к этому объекту вряд ли возможно. И это правильно. Вопросы национальной безопасности требуют повышенных мер секретности. Могу лишь сказать, что белорусские коллеги утверждают, что Беларусь не против размещения российских самолётов при одном условии: пилоты должны быть белорусами. Думаю, истина должна быть где-то посередине. Почему бы не сформировать совместные экипажи с возможностью налёта часов и для российских, и для белорусских пилотов? Возможно, Александр Григорьевич, как прижимистый хозяин, настоящий батька, смотрит на ситуацию вокруг базы как на еще одну возможность  поторговаться за те или иные преференции. Если это так, то с моей точки зрения, это не верная постановка вопроса. Есть моменты в истории, когда торговаться недопустимо. Мы живем именно в такой период. В условиях усиления борьбы за территории, влияние и ресурсы (посмотрите на географию расширения НАТО), в условиях активизации террористической угрозы защита суверенитета и целостности наших стран зависит только от нашей общей боевой мощи. Думаю, что на территории Беларуси нужна не только авиабаза, но и оперативно-тактические ракетные комплексы типа «Искандер». Конечно, в этом вопросе важны позиции обеих сторон.

Белорусское руководство должно четко осознать уровень возможных угроз. Лукашенко же пытается заниматься геополитической эквилибристикой. С одной стороны, он говорит о «блестящих отношениях» с российским президентом, о необходимости сохранения и развития Союзного государства, ценность которого «по причине исключительно сложной международной обстановки, пожалуй, самой сложной за последние десятилетия, многократно возрастает». С другой — начинает всё активнее включаться в повестку европейских институтов с явно конфронтационным душком. В частности, в  Послании белорусскому народу и Национальному собранию 24 апреля этого года Лукашенко говорил о необходимости «максимально использовать конструктивный потенциал «Восточного партнерства». Оно должно быть нацелено на реализацию конкретных проектов, работать на преодоление разделительных линий». Неужели Александр Григорьевич не знает, для чего создавалась эта программа, ориентированная на шесть республик – Азербайджан, Армению, Беларусь, Грузию, Молдову и Украину? Напомню, главная цель программы – в углублении и укреплении отношений между ЕС и странами-партнерами, ускорении их политической ассоциации, экономической интеграции и приближения к ЕС. Достижение этого невозможно без расширения пространства действия европейских ценностей и законов через принятие странами-партнерами законодательных норм и правил ЕС. Последнее и есть суть партнерства. Страна, вступающая в Партнерство, фактически утрачивает часть своего суверенитета, касающегося не только вопросов экономики, но и социально-гуманитарной сферы. Например, обязательно подписание соглашений о ювенальной юстиции и правах ЛГБТ-сообществ. Страна, подписавшая такую ассоциацию, автоматически оказывается в «тупике борьбы интеграций» (так назывался доклад ИНСОР 2014 г., посвященный «Восточному партнерству»), потому что нормы Партнерства вступают в противоречие с требованиями ЕАЭС. Как можно говорить о возможности ВП «работать на преодоление разделительных линий» в то время, когда эта программа как раз и была создана для формирования и углубления этих разделительных линий?!

В том же послании, определяя внешнеполитический вектор на ближайшие годы, Лукашенко отметил: «Мы продолжим выстраивать сотрудничество с разными партнерами, уравновешивать свои интересы между различными полюсами силы, культивировать новые геополитические опоры и «подушки безопасности»». По-моему, все предельно четко. В условиях, когда нужно выбрать один единственный полюс силы, Лукашенко заявляет о культивации «новых геополитических опор». Все это наводит на тревожные мысли.

Геополитические метания белорусского руководства видны и во внутренней политике. Так, «День воли» раньше был совершенно маргинальным мероприятием, а сегодня мы видим его масштабное празднование с согласия местных властей, что определенной частью населения воспринимается как победа. Понятно, что нужно как-то формировать свою идентичность, однако на примере «Дня воли» я хорошо вижу, как работает принцип «Окон Овертона». То, что сначала было немыслимо, потом воспринималось как радикальное, затем стало приемлемым и разумным.

На наших глазах чествование позорной буржуазной республики, видевшей будущее страны в союзе с Германской империей, превращается в действующую норму. В этом конкретном примере я вижу еще один раскол, который определенными силами внутри Беларуси сознательного и целенаправленно поддерживается. Очевидно, что прославление БНР работает на разрыв наших народов.

— Мне кажется, что этой геополитической эквилибристикой Лукашенко напоминает Януковича. Может ли, с вашей точки зрения, Александр Григорьевич заиграться и закончить так же, как Виктор Фёдорович?

— Некие аллюзии с Украиной напрашиваются, потому что там тоже всё начиналось, ещё задолго до Януковича, с игры в исторических монстров, с возвеличивания тех или иных персонажей, с фэйка о Голодоморе. Но украинская ситуация всё-таки несколько иная. Беларусь — единственная республика бывшего СССР, которая сохранила и модернизировала советский экономический фундамент, сберегла ту социальную сферу, которая была характерна для советской модели, когда каждое предприятие имело свой лагерь, пищекомбинат, пансионат и так далее. Почему сложно происходят процессы приватизации в Беларуси? Потому что «буржуины» хотят, как правило, приватизировать само предприятие. Им совершенно не нужны в довесок издержки, связанные с социальной сферой.

Тому, как белорусское руководство борется с коррупционерами, в том числе в высших эшелонах власти, можно только поаплодировать. Таким образом, социально-экономический фундамент и жесткая политика в отношении коррумпированных элементов формируют в Беларуси принципиально отличную от Украины картину. В тоже время особый характер белорусской власти, а именно роль лидера, определяет специфику происходящего переформатирования сознания.

Например, белорусские чиновники чутко реагируют на посылы, которые исходят от главы государства. Если Лукашенко говорит о «Восточном партнёрстве», значит, будем разворачиваться в ту сторону. Если Лукашенко говорит о развитии белорусского языка, давайте везде переходить на белорусский язык. И здесь мы попадаем в очень опасный клинч. Идёт медленное, по-белорусски, без западно-украинских истерик, но вбивание клина в наши отношения. Вернее, его уже вбили и начинают постепенно расшатывать. И, конечно, в российском обществе и для меня лично очень болезненным было решение о замене Георгиевской ленточки на цвета белорусского флага. Разумеется, на праздновании Дня Победы может быть и национальная символика, но дело в том, что Георгиевская ленточка — это не «приватизация Победы» Российской Федерацией, а стяг, объединяющий нас – внуков и правнуков победителей. Это тот символ единства, который понятен каждому, где бы он ни находился — в Беларуси, в Венесуэле или в Вашингтоне перед Белым домом.

— А что, по-Вашему, может сделать Российская Федерация для того, чтобы остаться в союзнических отношениях с Беларусью, сохранить общее гуманитарное пространство и не допустить вовлечения Беларуси в орбиту западного геополитического и культурного влияния?

— Союзное государство России и Беларуси, совершенно особые, исключительно близкие отношения наших стран – величайшее достижение на руинах Советского Союза. Устойчивость и перспектива этих связей определена не только материальными факторами, взаимозависимостью экономик, но и глубоко нематериальными причинами, которые невозможно измерить с помощью калькулятора – это наши общие достижения, горечь трагедий и поражений, радость побед. Поэтому Союзное государство нужно не просто сохранить, но превратить  в стратегический межгосударственный альянс – особую форму интеграции, которая отличается высокой степенью концентрации хозяйственных, трудовых, управленческих, политических, информационных, интеллектуальных ресурсов. То есть это должна быть всеобъемлющая модель союзничества, преследующая цель развития целостности через сохранение многообразия его частей. Это, как мне кажется, идеальная модель. Нельзя допустить, чтобы Союзное государство превратилось в прообраз ЕС, где наднациональная бюрократия диктует все национальным правительствам. Для построения такого альянса нужны люди, понимающие, что мы живем в одном «подъезде», но у нас разные «квартиры», что мы свободно можем ходить друг к другу в гости и при этом на равных пользуемся общим пространством и делаем его комфортным. Но самое главное – мы вместе защищаемся от наших недоброжелателей.

Однако одного понимания нужности сохранения тесных союзнических отношений явно недостаточно. И здесь очень многое зависит от России, которой нужно провести тщательный аудит всей своей политики в отношении Беларуси, начиная от общегуманитарных программ и заканчивая тарифами на энергоносители. Мы должны максимально расширить образовательные программы для белорусских школьников и студентов; предложить комплексную программу гуманитарного развития, включая СМИ, социальные сети, НПО, иные институты гражданского общества; активно использовать все имеющиеся ресурсы общественной дипломатии. Прежде всего, нужно работать с молодежью.

Не менее важно изменить модель поведения, свойственную ряду российских чиновников. Речь идет о недопустимо неуважительно отношении к белорусским коллегам. Беларусь – не только суверенное и успешное государство, это наш главный и с моей точки зрения единственный стратегический союзник. Поэтому относиться ко всем просьбам белорусских коллег нужно не с пренебрежением, а с уважением и повышенным вниманием. Успехи Беларуси – это и наши успехи.

Уверена, что улучшение, как и ухудшение отношений с Беларусью напрямую зависит от позиции и политики Российской Федерации. Сталинская фраза «кадры решают всё» становится в наше время весьма актуальной. Действительно, очень многое в отношениях между Россией и Беларусью зависит от конкретных людей. Поэтому важно оздоровить и омолодить аппарат Союзного государства. Он должен быть эффективным институтом, а не последним пристанищем государственных отставников.

— Вам не кажется, что внешняя политика Российской Федерации в отношении Беларуси непоследовательна? Россия не всегда жестко и неуклонно отстаивает свои интересы. Вспомним дело пророссийских журналистов Павловца, Алимкина и Шиптенко. Ведь эти люди пробыли в СИЗО 14 месяцев за то, что писали тексты, которые, как считает белорусское следствие, были «слишком» пророссийской направленности. А между тем мы не видели на российском телевидении сюжетов об этом процессе, и по сути дела российские официальные лица не оказали помощи людям, которые совершенно искренне отстаивали в Беларуси пророссийскую точку зрения.

— Детали этого дела я не знаю, но полагаю, что у белорусской власти были основания для того, чтобы привлечь журналистов к ответственности. Я бы обращала внимание не столько на политику Минска, сколько на политику российских властей и СМИ. Достаточно привести лишь один факт. В начале 2017 г. в период очередного спровоцированного олигархическими структурами кризиса в российско-белорусских отношениях, агентство «Регнум» разместило редакционную статью о «подготовке Минска к выходу из ЕАЭС, ОДКБ и, возможно, Союзного государства». Эта провокация вызвала бурную реакцию в СМИ и соцсетях. В программе «Время покажет» Посол РБ сделал публичное заявление о том, что это фэйк. Тем не менее данная информация продолжает оставаться на сайте агентства. И что-то я не припомню осуждения российскими СМИ своих коллег за такую грубую «игру».

Идёт мировая информационная война, и мы – Россия и Беларусь – непосредственные ее участники. Информационно-психологические операции ведутся не только за пределами наших стран, но и внутри. К сожалению, очень часто эти операции курируются и направляются внутриполитическими группами. Как и в любой другой стране, политический класс России и Беларуси не един. Существуют различные группы интересов, некоторые из них связаны с транснациональными и наднациональными структурами. И как справедливо отметил Алексадр Лукашенко, «не всех наши успехи радуют». Иными словами, нельзя забывать сложность мировой политики, которая имеет своих контрагентов внутри наших стран.

— В Договоре о создании Союзного государства, который вступил в силу ещё в 2000 году, сказано, что у нас должны быть единая валюта, законодательство, согласованная внешняя политика, должен быть принят Конституционный Акт, который определит устройство Союзного государства. Вы считаете, что это договор будет когда-нибудь реализован во всех своих положениях или нет?

— Действительно, не всё намеченное было реализовано. Однако я не вижу в этом проблемы. Союзное государство живет и ни в коем случае нельзя от него отказываться. Мы вступили в очень напряженный и опасный период истории. Внешнее давление на Россию и Беларусь будет только усиливаться, что, безусловно, приведет к ускорению наших интеграционных проектов, усилит наши связи. Нужно только не поддаваться на провокации и работать на созидание, на успех нашего союзничества. Как учил Конфуций, «тот, кто передвигает горы, сначала убирает маленькие камешки».

 

Беседовал Кирилл Аверьянов-Минский

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Лживо-лицемерная дура.
    «Тем более в нынешнее предапокалипсическое время государственные деятели (политики, экономисты, дипломаты, военные стратеги), лишенные православного знания, – профессионально непригодны». (Михаил Назаров, «Вождю Третьего Рима» (2 часть))

  2. P.S Вы лучше пригласите подлинных ученых МГИМО — профессора В.Ю.Катасонова и доцента О.Н.Четверикову.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ