Нашу милицию пытаются бить не с точки зрения профессионализма, а именно на политическом поле и непосредственно по личности руководителя. И для борцов с МВД не так важны конкретные требования, сколько сам факт прогиба.


МВД — фактически, один из столпов белорусского государства. Это наиболее массовая силовая структура, гарант правопорядка, который имеет серьезное доверие со стороны президента.

Именно усилиями МВД в последние годы государство добилось серьезных успехов в борьбе с наркопреступностью.

И это первая линия, по которой работают оппозиционные СМИ, говоря о смягчении наказания, но подразумевая чуть ли не легализацию наркотиков и амнистию.

Второе направление — попытки международной дискредитации МВД. Парадоксально, но единой западной политики по Беларуси нет; и пока одни фонды выделяют деньги под наркопропаганду, другие делают совместные проекты с МВД, как, например, Германия. Поэтому внутренние силы максимально заинтересованы в срыве таких контактов — именно так можно объяснить подоплеку действий по дискредитации МВД после скандала с британским посольством. Ну кроме, разумеется, личных голубых обид.

Третье направление — это внутренняя дискредитации МВД. Разложить корпоративную этику, противопоставить милицию народу. Кроме того, националисты намекают, что внутри системы у них есть свои люди, как минимум — источники, передающие информацию.

В СМИ очень много негатива в адрес МВД. Но значит ли это, что «старшего брата необходимо полюбить»?

Отнюдь. Как бы МВД ни работало, у определенной части общества никогда не появятся симпатии к милиции, например, в силу асоциального образа жизни и понятий. Добавьте к ним родственников, друзей, знакомых. А еще — «голубых», «золотую молодежь» с Зыбицкой, любителей наркоты, демократических активистов, интеллигенцию и белорусских журналистов (в отдельных клинических случаях все шесть категорий соединяются в одном человеке).

С миру по нитке — вот и бедному вышиванка. Остается только вливать в эту компанию деньги, учить, консультировать.

Тем более, если государственная пресса периодически устраняется.

Из белорусских газет:

— Не все сочли правильным ваше появление на параде в День Независимости в форме сотрудника НКВД. Надели бы вы ее еще раз, учитывая эту неоднозначную реакцию?

— Что значит — еще раз? Я надеваю ее каждый год 9 Мая. А моя супруга — общевойсковую форму времен Великой Отечественной. В гараже МВД есть настоящий музейный экспонат — восстановленный автомобиль 1947 года выпуска. После парада мы с женой садимся в этот «Виллис» и едем по Минску, отдавая дань уважения всем сотрудникам органов внутренних дел, которые воевали, погибали или были изувечены войной. В этой форме они работали в тяжелое послевоенное время, боролись с вооруженными бандами, защищали людей от уголовников и нацистских недобитков. Поэтому я горжусь тем, что у меня есть абсолютно точная копия этой формы.

Вопрос министру задает не «Тут.бай» или «Наша нива», а «Советская Белоруссия» перед столетием МВД (февраль 2017-го)! На мой взгляд, с такой подачей материала никакая оппозиция не нужна.

Как это делается

Впрочем, форма раздражает только либеральную интеллигенцию. Для людей попроще есть целая компания видеоблогеров, которые популярно объясняют на пальцах, что «менты казлы».

Например, последние два года под раздачу активно попадает ГАИ. Видимо, в силу того, что с этой структурой население контактирует чаще всего, ее и хотят скомпрометировать в первую очередь.

Про «известного блогера Телогрейкина», о котором идет речь в статье, уже писала«Советская Белоруссия». Оказалось, что его выгнали с 4-го курса Академии МВД за оптовую торговлю контрафактными сигаретами, а затем закрыли за разбой:

Приговор суда Партизанского р-на г. Минска от 22.10.1996:

«Осужденный К. и пять его подельников признаны виновными в совершении 2 февраля 1995 года хищения имущества в особо крупном размере путем разбойного нападения группой лиц, с проникновением в жилище, с причинением потерпевшему менее тяжких телесных повреждений, на сумму 7000 долларов США».

Теперь его и других успешных товарищей почему-то рекламирует tut.by.

Но во всей истории больше напрягает то, что борцы с ГАИ появились в контексте волны видеоблогеров, критикующих власть — они как-то странно и одновременно возникли в белорусском информационном пространстве на момент тунеядских маршей. Видеоблоги, по сути, стали новым инструментом, которым сейчас пытаются окучивать проблемные социальные группы.

Еще одна интересная тенденция последних лет — переход правозащитников от «политических дел» к «резонансным». Причем резонанс этот создается не в силу значимости события, а количеством публикаций в СМИ.

Грубо говоря, команда «правозащитников» не сочиняет надзорные жалобы, а ходит по прессе, где рассказывает, какая у нас плохая милиция, следствие и суд.

Их первоочередная цель — давление на суд и следствие. Причем, обратите внимание, что если выносится приговор или принимается административное решение, в СМИ обязательно подсвечивают фамилию судьи — пытаются давить психологически, а под статьей обязательно подвёрстываются комментарии про будущую люстрацию. Но, конечно, в мусорный бак сажать — не страной руководить. И как показывает опыт Украины, мозгов у революционеров хватает только на первое. А потом, цитируя классиков, крокодилы начинают жрать друг друга.

Конечно, наше МВД неоднократно отмечало агрессивность информационного наката. Но, разумеется, в СМИ эта реакция подается через призму личных мотивов.

Например, «Наша нива» уже дописалась до того, что Игорь Шуневич лично мстит успешным и состоявшимся по жизни демократическим активистам.

Надо понимать, что мозги у наших дорогих журналистов работают только в нескольких направлениях.

Есть набор дежурных тем: фальсификация истории, фетишизация языка, и «права человека», которые понимаются упрощенно, чаще всего как права голубых. Эта дежурная повестка определяется редакционной политикой, а та — кругом финансовых доноров.

И хотя наше общество достаточно консервативное (и, кстати, даже сами националисты), но расхождения в повестке не допускается, иначе бюджеты порежут. Это своего рода корпоративный стандарт — но жизнь оказывается чуть сложнее. И поэтому когда Павел Северинец выступает против «голубых», то ему это можно, а когда МВД озвучивает тот же посыл — в прессе подымается вой, как от пикирующего «юнкерса».

Простите за физиологизм, но тема голубых крайне разработана в определенных кругах. Повторюсь, что кругозор наших СМИ годами ограничивался любимым набором тем: пагоня, мова, боимся России, права геяў и иных меньшинств. На этом позитивная повестка заканчивается, и начинается негативная — какие лукашисты дураки и как мы, интеллигенция, десятилетия потомственно страдаем от серого быдла.

Чуть более свежий момент — что Игоря Шуневича эти же авторы, в меру убогой фантазии, неоднократно пытались выставить неким агентом российского влияния. Но дело здесь не в самом Игоре Анатольевиче, а в том, что бюджеты сейчас выделяются исключительно под «расейскую пагрозу».

Закономерно, что в поисках этой пагрозы доходят до маразма.

Ранее эта же братия обещала то нападение танков из Брянска, то оккупацию вагонами во время учений «Запад», то «посажение» российской агентуры на государственные посты. Но если уж совсем не о чем писать, они гипотетически рассуждают, что ж там вообще «хоча Расея».

Песня эта хороша, и каждый раз ее начинают с начала, как только открывается очередной грантовый проект по линии СМИ.

Еще один интересный момент — откуда берется конкретная фактура, которая подсовывается журналистам.

Западу нет дела до местечковых тонкостей, сегодня они играют в политический диалог и оттепель. А вот спецы из нашей южной соседки отрабатывают пайку, вбрасывая местным активистам «компрометирующие» материалы для подсветки. Эффекта нет, но видимость работы есть, отчитаться можно — и как говорят в определенных местах, чем больше бумаги, тем чище ж…

Качество таких расследований нижайшее, но авторы пытаются брать массовостью. И пока этой ахинее практически нет информационного противодействия — видимо, не по всем тюремным столовкам еще походили государственные журналисты, заняты пока.

Если же говорить о конкретной теме, то, судя по таким публикациям, именно силовики никак не вписываются в схему будущей независимой (от здравого смысла) Беларуси. Поэтому на перспективу националистам нужно выбить наиболее яркие фигуры, скомпрометировать их, расколоть силовые структуры, чтобы добиться их нейтралитета.

Здесь уже вступает тяжелая артиллерия. Чтобы свалить крупную и авторитетную фигуру — нужен лидер общественного мнения (ЛОМ).

☞ Например, Светлана Алексиевич, в юности поклонница Железного Феликса, теперь рассказывает нам о том, как надо не любить родину.

И это при том, что Светлана Алексиевич биографию Дзержинского хотя бы изучила, а вот о системе белорусского МВД имеет представление исключительно по честной белорусской прессе.

Апелляция к неким моральным авторитетам — распространенный прием. Правда, работает он только для узкой группы лиц — интеллигенции, которая и так милицию никогда не любила. Как и в целом советский строй — на заре независимости вдруг оказалось, что полицаи им гораздо милее, чем чекисты, которые отлавливали их по лесам после войны.

Но, повторюсь, попытки учить жизни с помощью «лидеров мнений» все равно доходят до маразма.

К примеру, тот самый ресторан в Зеленом Лугу не так давно прокомментировал даже польский режиссер Кшиштоф Занусси.

☞ Как это работает: вы знать не знаете даже слово «Куропаты», а вам начинают давать вводную по телефону: тут у нас в Минске кабак открыли на могиле, русское быдло пьет «московскую особую» на костках ахвяр НКУС и т.д. А теперь расскажите, как вы к этому относитесь. Понятно, что всё это будут горячо осуждать, можно было даже Анджелине Джоли дозвониться.

Правда, как только доходит до вскрытия материалов следствия из первых рук, оппозиционные СМИ начинают их дружно игнорить.

Так вот, по аналогичному принципу взяли на абордаж и Светлану Алексиевич. Но дело не лично в ней, а в том, что наши так называемые лидеры общественного мнения черпают информацию из специфического круга общения и однообразных СМИ.

Т.е. эта система замыкается сама на себя!

Когда філёлягі занялись пропагандой. Ждем исследований на тему «шмаравідла — ад слова шмара»…


Какова же альтернатива?

Между строк легко читается, что хорошая милиция — это белорусскомовная, «независимая» милиция, потому что только она защитит от русских и пережитков страшного савецкага мінулага. Хотя стойте, что-то такое уже создавали в 41-м? Чем заварушка закончилась?

Вот, кстати, уже подъехали и откровения от кандидата в полицию независимой Беларуси.

Обратите внимание, что в этой очень интересной статье всю структуру МВД пытаются противопоставить лично министру Шуневичу — причем это следует не столько из интервью, сколько вынесено в заголовок редакцией. Что, кстати, ярко говорит о редакционной политике.

И, наконец, новый жанр белорусской журналистики — вбросы-петиции. Хотя сей жанр несколько скучноват, если в РБ ничего не происходит — и такое сходит за новость.

Смысл петиций в том, что они позволяют фейсбучной братии постоянно производить некую «перекличку» по принципу «кто не с нами, тот против нас». Один составляет, десять ноют в комментах, сто читают, тысяча подписывает (из которых, допустим, половина оказывается украинцами).

В этом контексте, кстати, очень интересна работа общественного Совета при МВД, который, по идее, должен отвечать за информационную политику. Но, к сожалению, пока самый громкий инфоповод был о посещении Давыдько и Дорофеевой могилевской тюрьмы №4 и ее сравнение с рестораном.

Работа ДИН, конечно, важна — но далеко не она формирует общественное мнение. Например, если началась отработка новой целевой группы — осужденных за наркопреступления, то стоит показывать не их размеренный досуг на зоне, а как они порезвились на воле.

При этом, конечно, вызывают вопросы и личности «народных адвокатов». Например, мы уже писали о том, как можно стать правозащитником, не выходя из колонии. Но к сожалению, пока проще навести порядок на пищеблоке, чем в информационном пространстве.

Но есть и хорошие новости. Заметно, что в региональных СМИ стали больше писать о работе МВД и выдающихся поступках конкретных сотрудников — спас ребенка, остановил машину на ходу, отговорил суицидника. Это вполне работает и вызывает симпатии просто читателя.

Что же мы наблюдаем в итоге?

А то, что с режимом борются достаточно избирательно.

Можно заметить, что оппозиционные СМИ облизывают айтишников, либеральных экономистов, да и просто белорусскоязычных лиц независимо от места работы (пример — девочка-продавец из секс-шопа). Это реверансы на перспективу, причем особенно перспективно «технократическое» направление. Хвалится сознательность айтишников, декларируется, что за ними экономическое будущее — видимо, наши интрыганы считают, что если окучил одну социальную группу — значит, окучил и всю будущую страну. А там, глядишь, и новое кастовое общество вырастет со жрецами из беларуских газэт. Правда, самим айтишникам эти танцы с бубном пока не интересны — сытый не понимает голодного, а тем более голодного беларускамоўнага.

Тем не менее одним делают реверансы, другим выдают черную метку и грозят люстрацыяй.

Вероятно, при этом редакторы-кудесники упиваются собственным интеллектом и коварством, хотя выглядят их действия как сельские интриги на мехдворе уровня «на каго спихнуць паламаны трактар».

Но увы, другой оппозиции у меня для вас пока нет.

Опыт же Украины и Армении показывает, что МВД не нужно разваливать под ноль. Достаточно команды «не мешать скакать», которую послушно выполнит руководство ведомства.
 

В то же время такие офицеры, как Игорь Шуневич, убеждений не меняют и в стороне не останутся. Поэтому они неудобны, и именно таких стараются скомпрометировать за их взгляды и принципиальность. От прочих же будут требовать нейтралитета и подчинения, и опыт показывает, что перебежчики всегда находятся.

Именно поэтому либеральная тусовка сегодня настойчиво пытается убедить нас, что МВД выполняет несвойственные ему политические функции и «занимается политикой».

Ответим — да, занимается. Потому что доверие президента и доверие общества — это и есть самая главная политика.

Андрей Лазуткин

imhoclub.by

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ