Мы уже не раз упоминали в своих публикациях, посвященных Украине, что эта страна уверенно движется в «Новое средневековье». Одной из отличительных черт этого процесса является повсеместное распространение и легализация насилия. Новостные ленты Украины напоминают сводки то ли с 90-ых годов, то ли с какой-нибудь современной латиноамериканской, либо же африканской страны. Насилие на Украине принимает всевозможные формы, но можно выделить две главные – системное и бытовое. В некоторых случаях обе эти формы пересекаются. Под системным насилием мы имеем в виду насилие, осуществленное организованными группировками.

У системного насилия на Украине есть два главных агента – государственные силовые структуры и ультраправые группировки. Хотя в последнее время также активизировались местные криминальные формирования. Между ультраправыми и силовиками сложились достаточно интересные отношения, которые можно обозначить как «мирное сосуществование». Иногда оно нарушается одной, либо же другой стороной, но серьёзной вражды пока не наблюдается. Кстати, между украинскими силовиками тоже существуют конфликты по линии СБУ (подчиняется Петру Порошенко) и МВД (подчиняется Арсену Авакову).

Бытовое насилие — это самоорганизованное низовое насилие, осуществляемое либо одиночками, либо же шайками подростков, скорее «по-беспределу», чем преследуя какие-либо осмысленные цели.

Количество инцидентов с применением насилия на Украине столь значительно, что уже впору говорить об «одичании» целого народа. С одной стороны, общество деиндустриализируется и деградирует до уровня прошлых веков. Как верно подметил российский публицист Егор Холмогоров в эфире радио «Комсомольская правда»:

«Еще не так давно территория Украинской СССР, Новороссии, прежде всего, это была территория самого крупного в мире промышленного района. Там не только уголь, не только сталь — это высокоточная электроника, в Николаеве авианосцы строили. Представляете себе, сегодня мы обсуждаем, поедут на автобусах, на волах, на рикшах или на чем-то еще, о том, как с Карпат срубили весь лес, продавая этот кругляк в Европу, слушаем про борьбу между собой банд, копающих янтарь.

Впервые на наших глазах целая развитая страна, причем в Европе, перешла не то, что от индустриального строя к рабовладельческому, а от производящего хозяйства к присваивающему… Вот уровень деградации, к которому столкнули часть нашего народа».

С другой же стороны, общество пока ёще не адаптировалось к жизни «по понятиям» средневековья. Когда в обществе не действуют современные правовые государственные механизмы, тогда их место занимают религиозные нормы морали, либо же кланово-племенные «понятия». Именно благодаря наличию религиозной морали и кланово-племенных понятий народы Ирака, Ливии, Сирии, Йемена, Чечни 90-ых хоть как-то сумели выжить и приспособиться к условиям хаоса и безвластия. Украинское общество намного более европеизировано. То есть атомизировано и секуляризировано. Хотя последний момент всё более ускользает по мере нарастания государственной истерии по поводу предоставления Томоса непризнанным киевским церквям со стороны Константинопольского патриархата.

Тем не менее, украинское общество не имеет тех многовековых «адатов», которые наличествуют, например, у чеченцев. Положение вакуума, когда государственно-правовые механизмы рушатся, а традиционные «понятия» уже давно позабыты, создаёт довольно опасный прецедент. Приведу один достаточно курьёзный пример подобного положения вещей, который случился на днях в Днепре (бывшем Днепропетровске-автор). Как пишет газета «Сегодня»:

«Между мужчиной и его знакомым, который недавно вернулся из зоны боевых действий на Донбассе, произошел конфликт, и тогда последний вместо мобильного телефона вручил ему гранату, сорвал чеку и бросился бежать».

Мужчина испугался и вызвал полицию. Когда приехали полицейские – один из них примотал свои руки скотчем к руке мужчины с гранатой. К счастью, граната оказалась без запала, — то есть небоеспособной.

В традиционном обществе, где наличествует культура владения оружием, подобные шутки были бы немыслимы. Шутнику быстро бы объяснили что почём всевозможные родственники, старейшины клана, либо же местный представитель духовенства. В атомизированном украинском обществе, где каждый сам по себе и сам за себя, можно беспрепятственно шутить подобные шутки. Единственные, кого можно бояться в этой ситуации – это силы правопорядка. Но они сейчас находятся далеко не в самой лучшей форме. Как пишет по этому поводу украинский журналист-расследователь Артем Фурманюк:

«Только что пришлось пообщаться с действующим и достаточно высоким правохранителем, который, в отличие от большинства чинуш, сохранил остатки совести и патриотизма. Более полугода не общались как-то. Но до сих пор, на протяжении годов войны, эксклюзивная инфа, которой он со мной время от времени делился, подтверждалась на все 100%. Некоторая из нее находила отражение в моих многочисленных журналистских расследованиях. Более того, он крайне редко ошибался в своих прогнозах и оценке текущей ситуации в целом.

Так вот, он на мой дежурный вопрос «что нового, интересного?» ответил дословно: «Думаю, что стране практически п # здец».

Расспрашивать подробно не было времени и возможности, да мне это и не очень нужно. Я сам уже давно пишу, говорю в частных беседах и в телеэфире, что никакие властные институты и механизмы на сегодня — это фикция. Ничего не работает, а если и есть, то только благодаря инерции, которая так же стремительно угасает. Адеватные люди все давно видят и понимают. Это как с болезнью раком: бывает, что человек даже четвертую стадию не чувствует, а сгорает затем в считанные месяцы, иногда даже недели. То есть он уже был почти мертвым, но об этом просто никто не знал».

Процесс повсеместного распространения насилия и замещения организованного государственного насилия низовым насилием негосударственных игроков уже прошел точку невозврата. Например, в Киеве ударили журналиста Игоря Бурдыгу, находящегося на редакционном задании. Сделали это представители ультраправой группировки С14, которая патронируется СБУ. После этого инцидента редакция на месяц отстранила журналиста от работы. К ультраправым у редакции СМИ, в котором работал Бурдыга, никаких претензий, по-видимому, не имеется. И это речь идёт о либеральном СМИ, которое выпустило специальный текст, призывающий называть ультраправых ультраправыми, а не «патриотами», как это заведено на Украине.

Но эти «патриоты» не собираются останавливаться на достигнутом. Например, в последний день июля они вторглись в помещение Национальной академии адвокатов Украины, дабы сорвать заседание комитета защиты прав адвокатов. Инициатором созыва заседания стал адвокат Валентин Рыбин, которого те же самые представители группировки С14, что ударили журналиста Бурдыгу, в тот же день ударили головой в нос. Полиция была уведомлена адвокатами о заседании, но она спокойно пропустила ультраправых в зал для заседаний и не препятствовала им срывать заседание адвокатов.

Одному из лидеров С14 – Сергею Мазуру – за организацию погрома цыганского табора на киевской Лысой горе поначалу суд присудил круглосуточный домашний арест. Но потом судьи посчитали, что это слишком строгая кара за организацию погрома и присудили Мазуру только лишь ночной домашний арест. Как видим, власть использует ультраправых как работников на аутсорсе. Их используют для давления на оппонентов действующего киевского режима. Те же самые боевики С14 на днях, прямо на выходе из зала, суда облили зеленкой оппозиционного журналиста Василия Муравицкого.

Вся проблема в том, что если государство делится своей монополией на осуществление насилия с неправительственными группировками – оно, таким образом, отдает им часть государственной власти. В Соединенных штатах Америки даже во времена самой оголтелой травли коммунистов, более известной как эпоха маккартизма, государство не додумалось использовать для борьбы с коммунистами местный Ку-Клукс-Клан. Сталинский террор, ровно, как и гитлеровский, осуществлялся силами правительственных силовых органов. Единственный пример, где репрессиями занимались не совсем подконтрольные правительству группировки – это «Культурная революция» в Китае. Но в Китае, напомним, были перестрелки с применением артиллерии, как между разными отрядами самих хунвейбинов, так и между хунвейбинами и правительственной армии.

Маховик насилия на Украине запущен, и шансов остановить его становиться с каждым днем всё меньше и меньше.

 

Николай Федотов

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ