«И восстал брат на брата… К 100-летию начала Гражданской войны в России» — так называлась встреча, проходившая в Российском центре науки и культуры в Минске.

До сих пор в современной научно-популярной историографии и публицистике предлагаются прямо противоположные подходы к трактовке и пониманию событий, которые имели место быть после государственного переворота, осуществленного в 1917 году большевиками.

На мероприятие, посвященное рассмотрению событий и ситуации в нашей стране после революционных событий и последовавшей за ними гражданской войне и иностранной интервенции, пригласили сотрудника Института философии Национальной академии наук Дмитрия Куницкого. После просмотра фильма, основанного на кинохронике тех лет, Дмитрий Валериевич в своем докладе представил религиозно-философский подход к пониманию событий, проходивших в начале прошлого века.

Естественно, что любые иностранные интервенты были врагами России. А вот как относится к белому, красному и народному движению, до сих пор остается проблемой. Разумеется, советская историческая школа давала однозначную оценку белому движению. В годы перестройки все изменилось до прямо противоположных оценок. История все рассудит. Только через 100 лет у нас есть возможность иметь объективную позицию, не поддаваясь влияниям конъюнктурных позиций.

Дмитрий Валерьевич на первое место поставил духовные причины печальных событий прошлого века. В первую очередь – это духовно-нравственное отступление от принципов Православия в угоду новым идеологическим течениям из Европы. Именно это еще в XVIII веке стало причиной глубокого раскола общества.

«Я бы сравнил события Гражданской войны с теми событиями, которые сейчас происходят на Украине. За власть отдельных группировок люди умирать не будут. В гражданской войне 1918-1921 года было трудно «отделить черное от белого», понять, кто прав, а кто поступается национальными интересами. В нынешней ситуации на Украине никаких противоречий нет, и никаких сложностей не существует. Против незаконного захвата власти выступили патриоты. Среди тех, кто осуществлял незаконный военный переворот, преобладают сектанты, раскольники, униаты, олигархи еврейского происхождения, некоторое количество радикальных исламистов. Явно видно четкое разделение, и всем понятно, что на Украине идет война против Православия, против Русского мира. Страна захвачена неонацистами, сектантами и компрадорскими олигархами. Власть при поддержке западных сил ведет войну против русского народа на его же земле. Поэтому едва ли эту войну следует называть гражданской, когда она является религиозной!

В отношении событий 20-х годов прошлого века тяжелее дать оценку. Я бы рекомендовал прочесть книгу митрополита Иоанна Снычева «Русская симфония». В этой книге в духовном ключе показана вся история Руси. Митрополит Иоанн пишет: «Для верующего человека не подлежит сомнению, что если бы белые армии и политики, стоявшие у них за спиной, действительно боролись за воссоздание Святой Руси с ее православной соборной государственностью в исконной самодержавной форме – никакая победа большевиков была бы невозможна. По сути, в хаосе гражданской войны противостояли друг другу две равно далеких от русского идеала, равно бездуховных и враждебных Святой Руси идеологических модели: христоборческий коммунизм с его человеконенавистническими призывами к «классовой ненависти» и западноевропейский либерализм с его безбожным культом индивидуализма, самодовлеющей гордыней и безудержным потребительством. Это были две головы одного дракона, рожденные и вскормленные Западом в течение его длительного духовного перерождения, превратившего некогда христианский мир Западной Европы в рассадник безбожия и «гуманизма»».

До сих пор при освещении событий Гражданской войны и предшествовавших ей революционных бунтов не дается должная оценка черносотенному движению, членами которого были святой патриарх Тихон, святой праведный Иоанн Крондштадтский, царственные мученики царь Николай II и царевич Алексей. Черносотенцы составили основу добровольцев на фронте, пока «радетели за народ» -социалисты и либералы сидели в тылу и вели свою пропаганду, решая, как примириться с врагом, поступиться национальными интересами и т.п. Кстати, то же происходит и сейчас, когда идут на уступки Западу в ущерб нашим интересам.

Черносотенное движение, поддерживаемое большинством простого народа, не допустило бы революцию. В Белоруссии, заметим, был самый высокий уровень поддержки черносотенцев на территории Российской империи. Именно они смогли не допустить событий 1917-го года в 1905. К сожалению, ошибкой Столыпина был отказ от опоры на консервативные православно-патриотические силы, попытка договориться со всеми, уйти от «крайностей», угождать всем. В результате это закончилось трагедией для нашего народа.

В советское время пытались показать, что Гражданская война носила классовый характер; старое общество, старые классы против молодых рабоче-крестьянских классов. Сейчас уже ясно, что классовый характер был, но не столько войны, сколько идеологической пропаганды. Потому что, как мы знаем, руководство большевиков никогда не были рабочими и крестьянами. К крестьянам у них было вообще буквально отвращение. Они хотели использовать рабочих и крестьян для того, чтобы потом их массово уничтожать. Кто такой Ленин? Ленин – избалованный властью представитель дворянства. Во всех других странах, если половина семьи участвовала в революционных бунтах и подготовке цареубийства (еще при Александре II), то всю семью, как минимум, лишили бы дворянского звания. Владимир Ульянов же с домочадцами продолжал жить припеваючи. Троцкий (Лейба Давидович Бронштейн) был сыном богатого арендатора и ни в чем в жизни себе не отказывал как до революции, так и после. Родственник Свердлова был банкиром в США, активно помогавший ему лично. Кстати, Борис Немцов – это внучатый племянник Свердлова. Во время Перестройки значительная часть потомков большевиков ее и возглавляли – теперь уже под либерально-демократическими лозунгами.

Хотя гражданская война и была, в некоторой степени, классовой, но и в этом носила глубоко религиозный характер. Здесь необходимо обратиться к православно-христианскому взгляду на сословное устройство христианского общества и понять, в чем  его отличие от языческого.

В православном миросозерцании, радикально отличающемся от либеральной доктрины, общество призвано быть сословно-иерархическим, в котором межсословные отношения строятся на началах солидарности, которая в своем христианском осуществлении явлена в соборности общества. Эта сословная солидарность должна быть двухсторонней. С одной стороны, конечно, низшие сословия должны смиренно принимать свое положение: меньшую материальную обеспеченность, меньше политических прав. С другой стороны, и высшие сословия должно понимать, что оно получило власть от Бога по праву рождения или по каким-то заслугам не для того, чтобы развлекаться и эксплуатировать низшие сословия, а для того, чтобы самозабвенно и жертвенно служить Отечеству и заботиться о благополучии простого народа. И на таких началах соборности и строилась русская жизнь веками. Но Петровские реформы стали отступать от этого сословного строя и привносить неоязыческие западные взгляды, которые были взяты еще из античности. По этому учению общество по природе своей делится на разные касты, между которыми нет никакого перехода. И каждая каста предоставляет права своим членам просто на условии членства в ней. Так, европейский феодал мог делать, что хочет, без какого-то ограничения просто по факту «священного» права собственности или священному праву титула. Первое право также лежит в основании безусловной свободы и капиталиста. Данный неоязыческий принцип был введен в России. И если Петр еще ужесточил государственные обязанности дворян, то после его смерти в условиях созданной им порочной системы началось резкое закабаление крестьянства, полностью освобождение от каких-либо обязанностей дворянства. Конечно, это ни в коем случае не означает, что Россия со времен Петра превратилась в буржуазное антинародное государство. Ничего подобного: подавляющее большинство дворян долгое время, особенно вдали от Петербурга, продолжало жить по старым понятиям долга, христианским ценностям. Например, не служить в армии или на чиновнической службе было неприемлемо. Притом при выборе дворяне предпочитали идти именно в армию, постоянно рискуя жизнью, нежели становиться чиновниками, служба которых также была важна, особенно в период становления Российской империи.

Ситуация стала усугубляться, когда император Петр III – человек, который даже по-русски не говорил, принял закон, которым полностью отменял все обязанности дворян и вводил дворянскую “вольницу”. Крестьяне, особенно при Екатерине II, были поставлены в статус рабов. Надо, однако, сказать, что на протяжении всего XIX века русские цари, возвращавшие Россию к своим исходным корням, постепенно облегчали это бремя.

Говорить о том, что к началу гражданской войны крестьяне были безземельными, нищими и прочее – это жуткое преувеличение, потому что даже иностранные исследователи признают, что к моменту отмены крепостного права крепостными оставалась лишь треть крестьян. И уровень благополучия даже этих крепостных был выше, чем уровень жизни свободного фермера во Франции или Англии. Именно либералы, находившиеся у правительственной власти в России при императоре Александре II, и заложили основы революции. Именно в это время, когда Россия экспортировала огромное количество продовольствия, народ претерпевал продовольственный кризис (как при большевиках). Сегодня реформы Александра II воспеваются современными либералами. Но это были катастрофические реформы, задуманные во благо, но исполненные чиновниками-масонами во власти.

Раскол между народом и высшим сословием нарастал веками. Западническим идеями соблазнилась либеральная верхушка, особенно идеями либерального “Просвещения” и гуманизма, породивших Французскую революцию. До сих пор современное российское и белорусское общество так и не освободилось от заблуждений либерализма.

Даже в Российской Федерации, в которой уровень поддержки либеральных течений ниже статистической погрешности, скрытый либерализм господствует в обществе. Например, это неприятие всяческой цензуры, принятие свободы абортов, свободы деятельности сект, неприятие раздельного образования для мальчиков и девочек, неприятие свободного движения капитала и валюты и целый ряд иных табу в экономической сфере, продиктованные принципами рыночного либерализма. Наконец, отношение к монархии. Большинство современных людей в отношении к монархии скажет: «А почему за меня кто-то будет что-то решать?» Не важно: царь, священник, отец, начальник. Я имею такие же права! Не секрет, что феминизм и гендерное равенство одинаково защищаются коммунистами и либералами.

Важно добавить, что не только высшее сословие было виновато, и гражданская война произошла по вине не только тех, на ком лежала ответственность за государственное устройство страны. Был также упадок церковного образования в течение XIX века из-за навязанного еще в XVIII в. Церкви формализма и бюрократизма. В итоге, выпускаемое из семинарий духовенство не имело глубокой веры и часто не понимало, что проповедует, а народ это чувствовал. Также крепостная зависимость, введенная при Петре, лишила само крестьянство возможности полноценного образования. И в этом самое время Россию наводнили разные секты баптистского толка, подхватывавшие простодушный растерянный народ. Особенно активно действовали сектанты на территории современной Украины. Также появилось пьянство, которого до этого на Руси попросту не было. Хотя даже к Первой Мировой войне Россия была вместе с Германией самыми непьющими странами Европы.

Расколу в обществе, приведшему к военному противостоянию, поспособствовало появление после 1905 года политических партий. Сама идея политических партий враждебна русскому самосознанию, потому что партии создаются для отстаивания частных интересов, и, прежде всего, тех, кто больше всего их профинансирует. Партийная дисциплина требует подчинения. Вступая в партию, человек должен полностью подчиняться идеологии этой партии и решениям партийного большинства или партийного руководства, что в корне противоречит христианской нравственности. Вторым катастрофическим следствием революции 1905 года можно считать снятие черты оседлости, когда все российские крупные города были наводнены евреями, которые и без того, особенно после реформ Александра II, получили особые привилегии в экономической деятельности, теперь же получили большую свободу и в политической деятельности.

Именно евреи возглавляли все революционные движения и составляли их численный костяк. Нужно понимать, что большевистская власть, особенно до 1930-х годов, была по большому счету еврейской. Вначале значительная часть русского народа не обращала внимания на эти особенности революционеров; потом не осознавала сложившегося положения, а потом, к середине 1920-х, понимание того, кто захватил власть под лозунгами борьбы за прогресс и благо народа, уже начало приходить. И 1930-ые со всеми их репрессиями были во многом возобновлением той гражданской войны в новых условиях. Поэтому, говоря о гражданской войне, нужно понимать, что, хотя и «белая», и «красная» стороны были не правы, но отнюдь не в равной степени, поскольку главной целью руководства большевиков было уничтожение русского народа, а не его благо и благосостояние. Известная фраза Троцкого в полной мере характеризует эту цель: «Русский народ – это хворост, который должен быть брошен в костер мировой революции».

Какие выводы мы должны сделать из событий Гражданской войны 18-21 годов? Прежде всего, эта гражданская война в скрытой форме продолжается до сих пор. Она перешла в латентные стадии. Она возбуждалась в 30-ые годы, потом она проявилась во время Перестройки и во время революционного развала СССР, разворачивается она и сейчас. Нужно прямо сказать — то, что сейчас происходит на Украине – это продолжение той же самой гражданской войны, которая в своей основе является войной религиозной, хотя и охватывает граждан одного государства.

К сожалению, и в Белоруссии, и в России руководством принимаются ложные подходы к предотвращению гражданской войны, которая назревает, буквально стоит на пороге в Российской Федерации и в меньшей степени в Республике Беларусь.

Предложу вашему вниманию пять основных ошибочных подходов к предотвращению гражданской войны, лучше сказать – возобновлению того противостояния, которое началось в 1917 году. К сожалению, каждым из этих ошибочных подходов в той или иной мере руководствуются власти Белоруссии и России сегодня.

Во-первых, это замалчивание и идеологическая парализация: дескать, «чем меньше люди будут размышлять над высокими и общезначимыми вопросами, тем будет спокойнее и безопаснее». Сюда же относится и идея недопущения повышения религиозности в обществе, которая явно чувствуется в поведении идеологических властей Беларуси. Говорят при этом, что война на Украине была, дескать, во многом идеологическим и даже религиозным противостоянием, в частности, со стороны пророссийского ополчения Донбасса и Новороссии. Это действительно так. Только не договаривают, что если бы не было религиозного и идейного ополчения Донбасса, то сейчас бы Донбасс был под властью с нацистской идеологии и антихристианских религиозных течений. Это второе умозаключение «упускается». Т.е. мысль о том, что можно преодолеть гражданские конфликты, деидеологизировав общество, посадив его за просмотр спортивных и иных зрелищ, – это колоссальная ошибка руководств наших стран.

Сюда же относится и замалчивание многих подлинных причин гражданской войны, обсуждение, в том числе и по так называемому еврейскому вопросу. Не затрагивая еврейский вопрос, невозможно говорить и о половине аспектов и действующих лиц революции, и о последовавшей, длящейся доселе гражданской войне. Дореволюционное движение в России вдохновлялось евреями. Достаточно взять охоту за Столыпиным и посмотреть список тех, кто готовил известное террористическое покушение в Петербурге. Там были московская группа и гомельская — почти одни еврейские фамилии.

Вторая ошибка и заблуждение – это, наоборот, всеядность. Первое — это максимальное подавление идеологии, а вторая – это позволение всем идеологиям свободно ходить в пространстве слова и мысли. И всегда именно самые низменные идеологии выплывают наверх и захватывают умы.

Третья ошибка – надежда на примирение и объединение всех на основе неких «общих ценностей». Например, на основе роста материального благополучия. Или на основе единой суверенной, независимой Белоруссии. Примирим, условно говоря, партизан и коллаборационистов, сторонников Русского мира и интеграцию на Запад, в систему западных ценностей. Это – колоссальное заблуждение, которое, на самом деле, только подготавливает почву к началу гражданской войны.  Четвертое – это строительство либерально-рыночного капитализма. Очевидно, что все принципы либерально-рыночных реформ направлены на глубокое разобщение народа и непосредственно создают основу для гражданского возмущения. Особенно это касается Российской Федерации, поскольку либерально-рыночная

идеология там господствует и ведет ее напрямую к революционным событиям. А пропаганда, которая по телевидению рассказывает, как все прекрасно и какое сильное и заботливое о народе руководство, только усиливает диссонанс с реальностью и сжимает пружину будущего взрыва.

Последняя, пятая ошибка, – позволение Западу в разных формах вмешиваться во внутренние дела государства, ныне – Белоруссии и России. Конечно, речь не о военных вмешательствах, которые также всегда следуют за невоенными. Прежде всего, это внедрение мятежного либерального духа посредством различных изменений в законодательстве и, понятное дело, через действие средств массовой информации и культуру. Это колоссальнейшая ошибка, которую допускают нынешние власти нашего Союзного государства.

В Российской Федерации полноценного сопротивления западному влиянию еще даже не начиналось. В Белоруссии это сопротивление в свое время было весьма крепким, но ныне значительно ослабло. Поэтому ситуация достаточно печальная. Нужно понимать, что последствия этой Гражданской войны, которая еще не закончилась, будут преодолены только тогда, когда возродится религиозная православная государственность, ибо светское либеральное государство по своей природе обречено».

Подготовила Юлия Чирва

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ