Сколько возмущений в Беларуси в прошлом году вызвал случай с установкой памятника Костюшко в Швейцарии. Поляки удалили запись, где упоминается благодарность от белорусского народа. Ключевым моментом стало то, что как раз белорусы, проживающие в Швейцарии, устанавливали этот памятник.

Да, ситуация вообще интересная. Вот зачем надо было вообще спрашивать поляков, что и как там писать на памятнике? Пусть ставили бы свой памятник и со своими надписями. Что это за заискивания и прогибы?

Вот об этом я и расскажу сегодня, откуда такие заискивания перед Польшей у части наших соотечественников.

Итак, полное ФИО рассматриваемой сегодня личности, если вдруг кто не знает — Анджей Тадеуш Бонавентура Костюшко. Не находите ли странным то, что для белоруса имя и фамилия совсем не белорусские,  а отсутствие отчества по идее вообще не должно оставлять никаких сомнений. У поляков нет отчества.

Скажете, что он родился в Беларуси, поэтому он белорусский деятель? Ну, например, Мухаммад Асад родился во Львове в семье адвоката Карла Вайса, но при этом является одним из отцов-основателей Пакистана и был постоянным представителем Пакистана в ООН.

Его никто никогда не называл ни украинским деятелем, ни израильским. Таких примеров история знает тысячи.

Вопрос не в месте рождения, а в ассоциации и направлении деятельности. Например, при той же переписи вашу национальную принадлежность определяют не местом рождения и местом проживания, а вашими собственными словами.

И что же говорил о себе и делал в своей жизни Тадеуш Костюшко, и что говорили тогда и говорят о нем сейчас?

Например, в США, где Костюшко тоже является национальным героем, в Стэнфордском университете (США, Калифорния) на входе в башню Hoover есть стенд, посвященный Анджею Тадеушу Бонавентуре Костюшко, на котором отчетливо написано – «Польский офицер и государственный деятель».

Ну уж если в одном из лучших университетов мира не знают, что Тадеуш Костюшко является белорусом, то стоит, как минимум, засомневаться в его белорусскости. Да и сам Костюшко был не в курсе, что он белорус.

Тадеуш принадлежал к среднепоместной шляхетской семье брестского мечника Людвика Костюшко, который вёл свой род от православного каменецкого боярина Константина Фёдоровича.

Константин Фёдорович — представитель шляхетского рода герба Рох III из Волынской земли, ветви Костюшко-Сехновицких, названных так от названия имения Сехновичи. Герб «Рох III» является польским дворянским гербом (Рох III. Польские гербы (часть 6).. Геральдический сайт Сергея Панасенко).

Помимо этого, например, в своем знаменитом Полонецком универсале Тадеуш Костюшко не обмолвился ни словом про белорусов, Беларусь, Литву, да и литвинов тоже не упоминал. На фотокопии подчёркнуты слова «Polska», «Polacy», «Polski» и т.д.

Но еще более красноречивым доказательством того, что Тадеуш Костюшко не ассоциировал себя ни с Беларусью, ни с белорусами, ни с литовцами, выступят его слова. Так, 24 марта 1704 года из воззвания Войску Польскому и Литовскому:

…Освободим Родину от рабства, вернём славу имени Поляка, самостоятельность нации, заслужим благодарность Отечества и дорогую солдатскую славу!

Из воззвания Польскому духовенству (24 марта 1794 года):

…старайтесь дать пример уважения к Отечеству, гражданским свободам ценой больших жертв, которых требует от вас спасение Польского имени…

…чтобы защитники национальных свобод и целостности Польской Земли, должны были вас поощрять к этим обязанностям, которых от вас… я доверчиво ожидаю

Враг Отчизны должен вернуть Польские земли…(к 1794 году Россия присоединила от Польши «исконно польские земли», а именно: Витебск, Полоцк, Мстиславль, Минск, Слуцк, Полесье, Подолье и Волынь) (Tadeusz Kościuszko, jego odezwy i raporta. T.1.).

Из письма Тадеуша Костюшко К. Сапеге (14 апреля 1794 года):

Употреби все силы, которые щастие тебе поручило, дабы и провинция литовская тем же самым мужественным духом воспалилась, которым вся Польша дышать должна. Малое число неприятелей, известная храбрость жителей лиятовских, войско, преисполненное мщения и отваги, народ изнуренной притеснением и разными обидами и, наконец, священная любовь к Отечеству, — все сие есть мне порукою, что литовскую провинцию ко всеобщему возстанию удобно можно преклонить.

Из письма Тадеуша Костюшко К. Неселовскому (14 апреля 1794 года):

Россияне уже испытали, что не так-то легко побеждать защищающих Отечество. Бывшее 4 апреля сражение [под Рацлавицами] показало им, что может мужество поляка 

Из письма Тадеуша Костюшко П. Грабовскому (14 апреля 1794 года):

В сем намерении командующие корпусами имеют случай показать на самом деле усердие свое к Отечеству и любовь к истинной чести. Предприятие наше подтверждают все честные люди Польши, что конечно, тронет чувствительное твое сердце, любезный сотоварищ

Из доверенности Т. Костюшко князю К. Сапеге на формирование вооруженного корпуса (17 апреля 1794 года):

Тадеуш Костюшко, наивысший начальник вооруженной, народной силы. Даю сей ординанс его светлости пану Казимиру Сапеге с тем, чтобы тот во имя спасения отчизны старался воодушевлять и соединять в генеральный обывательский союз как коронных, так и литовских обывателей на оборону целости, вольности и независимости народа и чтобы формировал корпус как из обывателей, сельчан, так и военных, которые бы пожелали с ним соединиться. Смею надеяться, что преемник славных предков и защитников Польши не замедлит дельно служить Речи Посполитой и будет регулярно присылать мне рапорта по другим частностям.

Да и присягу Тадеуш Костюшко давал не белорусам, а полякам. А в универсале земянским генералам о начале восстания и формировании всеобщего ополчения 25 марта 1794 года он писал:

Сим открытым повелением вообще всем предписываю, чтоб по прочтении оного все воеводские генералы, командующие войсками Республики Польской, выступив в поход, соединились и составили корпус.

Также следует отметить, что Тадеуш Костюшко полагал, что белорусов необходимо лишить языка и национального самосознания, ополячить их и окатоличить. Не буду голословным и процитирую польского историка Януша Тазбира:

В мае 1789 года писал он в письме своему соседу (и послу трокскому на Четырехлетний сейм) Михаилу Залевскому, что усмирение (пацификация) русинов невозможна без успокоения их фанатизма, то же можно осуществить «верным и наймягчайшим способом» а именно «объединяя их праздники все с нашими, пусть один будет календарь, постараться чтобы попы могли служить литургии по-польски» Далее в письме Костюшко писал: «Приучать их [русинов] надо к польскому языку, пусть по-польски все их службы будут. Со временем дух польский в них войдет. За врага будем потом считать того, кто бы не знал языка народного. Начнет ненавидеть москаля, пруссака и австрияка так, как француз ненавидит англичанина»

Да и очень любопытно, что белорусское восстание проходило не на территории Беларуси. Началось восстание в Пултуске (польский город), где генерал Мадалинский отказался подчиниться решению гродненского сейма и напал на российский полк, разбив его, двинулся к Кракову. Туда же направился и Тадеуш Костюшко.

Одними из немногих городов, где вообще хотя бы появились повстанцы были Ошмяны, это прямо у границы с Литвой, Кобрин под носом у поляков, Гродно вплотную к границе с Польшей и Литвой.

Причем народным восстание тоже назвать сложно, так как народ его особо и не поддерживал, во всяком случае, белорусский. Пришлось даже мобилизацию объявлять, что уже никак не свидетельствует о добровольчестве.

По самым нескромным оценкам было мобилизовано около 70 тыс. человек, преимущественно с польских территорий, о поддержке местного населения на территории Ошмян, Гродно и Кобрина неизвестно ровным счетом ничего, как и неизвестно ничего о рекрутировании в этих городах.

Ну и вишенка на торте – разговор Тадеуша Костюшко с российским императором Павлом, в котором Костюшко очень переживал по поводу падения Польши и называл Польшу своей отчизной.

В общем, еще много чего можно написать в таком же духе и привести еще множество ссылок на документы, но итак уже очевидно, что Тадеуш Костюшко не считал себя белорусом и вообще никак не связывал свою жизнь с Беларусью. Он был выдающимся человеком, храбрым солдатом, активным деятелем и превосходным командиром,  но при этом он  был поляком.

Его имя навеки вписано в анналы истории и будет образцом любви к своей Родине – Польше. Да, мы можем у него учиться любить нашу страну – Беларусь, но делать его для этого белорусом вовсе не обязательно.

А вот всякие деятели, пытающиеся сделать из него белоруса, не удивительно, что так заискивают перед Польшей и без ее разрешения не могут и шагу ступить. Наверное, не так уж и ощущают себя белорусами, все-таки Тадеуш Костюшко польский герой, и превознесение чужой истории формирует только ощущение собственной неполноценности и ведет к забвению собственного чувства достоинства и потере уважения к собственной истории.

Что мы и наблюдаем постоянно в оппозиционных кругах —  у них всегда на устах Польша от моря до моря. Мы же будем гордиться нашими героями, которые трудились на благо нашей Родины, у нас их более, чем достаточно, и притягивать за уши чужую историю не стоит – у нас своя страна и мы дети своего народа.

 Автор: Дмитрий Перс

1 КОММЕНТАРИЙ

Comments are closed.