Чтобы должным образом понимать сущность белорусско-российских отношений, а следовательно,  и строительства Союзного государства,  необходимо ясно представлять смысл постсоветской истории. На V Всебелорусском народном собрании белорусский лидер подчеркнул, что «крушение Советского Союза действительно было крупнейшей геополитической катастрофой». Эту же мысль Александр Лукашенко  повторил 30 сентября 2016 года, отвечая на вопросы студентов Пекинского университета. В частности, он сказал: «Я однозначно рассматриваю распад Советского Союза как катастрофу, которая имела и имеет негативные последствия во всем мире. Ничего хорошего от распада мы не получили».

И здесь возникает сакраментальный вопрос: может ли геополитическая катастрофа служить основанием независимости России и Беларуси, других постсоветских республик? Почему катастрофа привела к независимости – невозможно понять. Только абсолютно неграмотные люди или прозападные эксперты и так называемые либеральные политики могут утверждать подобное. Но ведь постсоветскому общественному сознанию как раз и навязывается этот неграмотный или сугубо прозападный взгляд, будто бы после крушения Советского Союза постсоветские республики стали независимыми и суверенными государствами. Даже с точки зрения здравого смысла, элементарной логики должно быть понятно, что после геополитической катастрофы на постсоветском пространстве образовались не новые независимые государства, а лишь политические осколки, лишенные действительных признаков государственной независимости и самостоятельности. Глупо смешивать политические вывески постсоветских образований, на которых написана их государственность, с их реальным суверенитетом. Собственно говоря, об этом совершенно правильно говорил и Президент Беларуси Александр Лукашенко, который на V Всебелорусском народном собрании сказал, что после этой геополитической катастрофы «создавались предпосылки, чтобы Беларусь была под внешним управлением. В те годы народу Беларуси предстояло отстоять свой суверенитет». Разумеется, это относится не только к Беларуси, но и ко всем другим постсоветским осколкам, в том числе и самому большому – России.

Поэтому будем исходить из бесспорного. Разрушение СССР  — это геополитическая катастрофа. Обломки этой геополитической катастрофы  —  так называемые новые независимые государства на постсоветском пространстве. Формально — это государства. Фактически — своеобразные удельные княжества, оказавшиеся под внешним управлением со стороны Запада. Отсюда и идея интеграции постсоветсткого пространства как необходимого условия освобождения от западного внешнего управления и восстановления подлинной самостоятельности, настоящей, а не бумажной государственности.

В этом кроется и причина сложности белорусско-российских отношений и интеграции в целом на постсоветском пространстве, поскольку выход из ситуации геополитической катастрофы предполагает отказ от удельной государственности и признания общего национального интереса для всех постсоветских образований. Признание этого дается с трудом, поскольку отказ от удельщины  требует принципиально нового уровня политического и государственного мышления, понимания того, что интеграция постсоветского пространства как раз и обеспечивает восстановление реальной государственности. Но эта государственность именно интеграционная, а не дезинтеграционная, каковой как раз и является ныне существующая.

Важно видеть принципиальное различие между интеграционной государственностью и государственностью дезинтеграционной. Интеграционная государственность — это реальная государственность, дезинтеграционная государственность — это удельная, т.е. нежизнеспособная государственность. Сейчас мы находимся в ситуации, когда осуществляется процесс перехода от дезинтеграционной (нежизнеспособной) к интеграционной (жизнеспособной) государственности. Этот процесс носит противоречивый характер, когда старое (дезинтеграция постсоветского пространства) препятствует, противодействует развитию нового (интеграции постсоветского пространства).

Этот противоречивый  процесс перехода от дезинтеграции к интеграции постсоветского пространства рельефно появляется на примере строительства  Союзного государства, когда политики и эксперты констатируют, что говорить о полноценном формировании Союзного государства со всей присущей ему атрибутикой (союзной конституцией, союзным парламентом, союзным правительством, единой валютой и так далее) пока не приходиться. Обычно белорусские чиновники и эксперты говорят, что мы сегодня к этому не готовы.  И это становится очевидным, когда белорусские эксперты, говоря о союзном строительстве, напирают только на равные цены на газ и на равные условия конкурирования хозяйствующих субъектов в наших странах. Это логика дезинтеграционная, ведь в Союзном государстве мы должны не конкурировать (о чем говорил Александр Лукашенко), а кооперироваться, создавать единый экономический организм. Если все сводить только к конкуренции предприятий, то вести речь о Союзном государстве уже не приходиться. Белорусские эксперты продолжает дальнейшую волынку: «Принцип Союзного государства – равноправные отношения: никакого не может быть союза, если нет равноправных отношений». Вроде бы правильно, а на самом деле логика опять антисоюзная. Принцип Союзного государства не только равноправные отношения, но и Союзное государство, то есть равные цены на газ,  но и общая союзная  политика по всем азимутам. Не просто многовекторная, а именно единая политика Союзного государства. В этом принципиальное различие между многовекторностью и союзностью. Другими словами, многовекторная политика  — это обычная  межгосударственная  политика. Белорусские чиновники и эксперты под Союзным государством фактически понимают сотрудничество двух независимых государств. Поэтому они и говорят, что сегодня о союзной  конституции, общей валюте думать не приходиться. Принцип сотрудничества между двумя независимыми государствами – это  выгодные отношения, которые одновременно являются и равноправными отношениями. Выгодна ли для Беларуси как независимого государства цена за газ в 130 долларов? По сравнению с другими такими же независимыми государствами (Прибалтика, Украина, Польша), безусловно, выгодна. Ведь другие государства платят за российский газ гораздо больше. Не выгодна подобная цена для  Беларуси  за газ лишь как составной части единого Союзного государства. Чтобы эта цена за газ была одинаковой с другой частью Союзного государства (Россией), необходимо как раз и переходить от чисто межгосударственных отношений к дальнейшему  строительству Союзного государства Беларуси и России.

Разумеется, как в России, так и в Беларуси, есть антисоюзные силы, которые, якобы защищая интересы своих стран, на самом деле работают в интересах западных корпораций и правительств. В Беларуси к этим антисоюзным силам относятся так называемые «белорусизаторские»  европейские организации, партии и обслуживающие их информационные ресурсы, начиная от желтой «Нашей нивы» и кончая, играющим в объективность, «Тут баем». Вот характерный пример подачи информации о белорусско-российских отношениях в антисоюзном духе. Во время встречи Александра Лукашенко с российскими журналистами 14 декабря 2018 года один из материалов на «Тут бае» подается под таким заголовком «Президент – о словах Медведева «об углубленной интеграции»:  Шантажировать нас бесполезно».  Создается впечатление, что Александр Лукашенко против Дмитрия Медведева. Но на самом деле это вырванная вне контекста фраза абсолютно искажает смысл того, что сказал Александр Лукашенко российским журналистам. Вот что он сказал: «…правительство России понимает, что нужно идти шаг за шагом в вопросах интеграции. Мы готовы с завтрашнего дня начинать эту работу по интеграции…». Почему не вынести в заголовок эти слова белорусского лидера, которые точно передают смысл разговора Александра Лукашенко с российскими журналистами? Именно потому, что «Тут бай» против союзного строительства, но сказать прямо об этом он не хочет (будет разоблачено его антисоюзное лицо), поэтому он выдергивает отдельные слова, которые в общем контексте выглядят бессмысленными, но, как отдельная фраза, создает  видимость достоверной информации, поскольку в тексте разговора она имеется. Формально вроде бы правильно,  а по существу издевательство над потребителем такого информационного продукта. И так везде, где речь идет о Союзном государстве,  якобы независимый «Тут бай» потчует свою публику протухшими  антисоюзными котлетами. Например, приводятся слова Жириновского о том, что «абсолютное большинство белорусов поддержит вхождение в состав России». И в этих словах усматривают угрозу суверенитету Беларуси со стороны России. Мало ли что скажет истеричный антисоветчик, вызывающий брезгливое отношение у всех порядочных людей.  Придавать его словам какое-либо значение могут лишь люди, которые сами в умственном и нравственном отношении ничем не отличаются от Жириновского.

Застой в строительстве Союзного государства обусловлен исчерпанностью первого этапа союзного строительства.

Совместные союзные программы, сотрудничество  белорусских и российских предприятий, социальная политика Союзного государства, Парламентское собрание Союза Беларуси и России являются пределом первого этапа союзного строительства. Продолжать оставаться на этой стадии — значит толочь воду в ступе. Сегодня надо переходить ко второму этапу союзного строительства, а именно: введению единой денежной единицы, союзного гражданства, полноценных союзных парламента и государственных органов, конституции Союзного государства. Прямым следствием второго этапа союзного строительства должна стать международная субъектность Союзного государства. Такова логика союзного строительства, прописанная в Договоре о создании Союзного государства.

Здесь надо понимать, что союзность — это атрибутивный признак современной белорусской и российской государственности. Вне рамок союзности как белорусская, так и российская государственность неполноценны, ущербны, отягощены геополитической катастрофичностью, дезинтеграционностью. Понимание и признание союзного характера белорусской и российской государственности — непременное условие успеха всей интеграции, в том числе и поступательного развития Евразийского экономического союза.

Есть все основания утверждать, что российское руководство нисколько не думает о том, чтобы включить Беларусь в состав России. Это не только было бы политически ошибочно, но и исторически невозможно, ибо означает отрицание советской истории наших братских народов, где как раз в форме БССР и была реализован подлинный суверенитет белорусского государства как Союзного государства.

В этом смысле Союзное государство как раз и является важнейшей составляющей современной национальной идеи России и Беларуси. Идя по пути строительства Союзного государства, переходя от первого ко второму этапу союзного строительства, мы тем самым обретаем свою национальную идею, выходим на дорогу самостоятельного развития. Кто не понимает этого или противодействует союзному строительству, созданию полноценного Союзного государства, тот или остается в плену дезинтеграционного мышления, или сознательно занимается как антироссийской, так и антибелорусской политикой.

Парадокс постсоветской действительности в том, что маленькие осколки геополитической катастрофы в отличие от большого осколка (Российской Федерации) в большей степени привержены сохранению своей удельщины (дезинтеграции). Им кажется, что они достигли максимума в своей государственности, отсюда их желание законсервировать дезинтеграционную стадию своего политического бытия, не понимая того, что тем самым они консервируют свою квазигосударственность и лишаются подлинной государственности. Наглядный пример – Украина, Грузия, Молдавия, республики Прибалтики.

Поэтому, те реверансы, которые Евросоюз и Запад в целом отвешивают белорусским политикам, могут тешить тщеславие наивной публики и узкой группы чиновничества, но ничего общего не имеют с национальными интересами Республики Беларусь. Необходимо ясно сознавать, ЕС, США в настоящее время является сугубо реакционными, олигархическими образованиями, действующим в русле создания однополярного мира. В этом смысле Евросоюз, США смотрят на постсоветские республики, в том числе и Беларусь, исключительно через призму однополярности, консервации постсоветского пространства в дезинтеграционном состоянии. На это как раз и направлены все программы Евросоюза, начиная от Восточного партнерства, всевозможных ассоциаций, НАТОвских «мирных» сотрудничеств и кончая евроинтеграцией. Евроинтеграция — это и есть политика дезинтеграции постсоветсткого пространства. Занимая подобную школьническую позицию, мы ставим себя в подчиненное, невыгодное положение, так как, признавая за Евросоюзом и в целом за Западом роль учителя, тем самым мы фактически обязаны признавать его рекомендации по обустройству нашей жизни. А это значит — разрушать собственную экономику и собственное какое-никакое государство. Надо ясно понимать, что Евросоюз, Запад в целом, озабочены не уровнем развития демократии и рыночной экономики в Беларуси, а тем, как побыстрее сделать из Республики Беларусь антироссийской форпост.

Не является секретом то, что господствующие элиты в постсоветстких республиках были ориентированы исключительно на Европу и Запад в целом. Запад изображался в виде этакой библейской обетованной земли, к которой мы все должны стремиться. Короче: все хотели  жить, как на Западе. Эта идея западничества образовывала лейтмотив политики во всех постсоветских квазигосударствах.  Лишь с течением времени происходило отрезвление от подобного западничества и приходило некоторое понимание миражности этой обетованной земли. Но это отрезвление касалось не столько сущности западничества, сколько его частностей.

К примеру, критикуются двойные стандарты Запада во внешней политике, извращенное понимание прав человека, когда однополые браки возводятся на пьедестал Декларации прав человека, ювенальная юстиция и т.п. Но сама западная идея (идея жить, как на Западе) — не подвергается сомнению. В этом смысле Республика Беларусь ничем не отличается от России, Украины, Грузии, Казахстана и других постсоветстких республик. В Беларуси также всегда подчеркивали, что хотят учиться у Запада, что стремятся к западной демократии, т.е. хотят жить, как на Западе. Поэтому белорусская господствующая элита, белорусское чиновничество в своей массе всегда ориентировались на ЕС, США и никогда не верили ни в политику Александра Лукашенко, ни в белорусский путь развития, ни в Союзное государство.

Вот почему в своем анализе постсоветской действительности необходимо учитывать  то  обстоятельство, что в результате разрушения СССР мы все потеряли друг друга и единственным своим спасением объявили Запад.

Поэтому пока наши правящие элиты будут ориентироваться на Запад (а в настоящее время правящие элиты всех постсоветских республик ориентируются на западные ценности), говорить о собственно национальной политике и национальной идее в наших странах не приходится. Чтобы покончить с самообманом западной идеей, необходимо признать собственную систему ценностей. Это значит необходимо признать, что весь нерв белорусской жизни связан с Россией. Он связан с Россией не только экономически, но и ментально, судьбоносно. Какая же национальная идея живет в душе нашего народа? Только чисто белорусская? Кто действительно знает белорусскую жизнь, улыбнется при этом предположении. Было бы смехотворно говорить, например, исключительно о белорусском патриотизме. Взять хотя бы Великую Отечественную войну. Каким чувством, какой идеей был одухотворен белорусский народ? Это была общерусская идея, общесоюзная идея, и Москва  воспринималась белорусами  как непокоренная столица нашего большого Отечества. Или каким чувством охвачены были белорусы при полете Юрия Гагарина в космос? Опять же общерусским, общесоюзным. И это отразилось в именах родившихся мальчиков в 1961 году на всем пространстве Советского Союза.   Вот почему в условиях антироссийских санкций Республика Беларусь должна быть еще теснее с Россией, ибо если не устоит Россия, то рухнет и Беларусь.  Стабильность и развитие  Беларуси неотделимы  от стабильности и прогресса России. Будущее Беларуси — в единстве с Россией, то есть в едином Союзном государстве.

Лев  Криштапович, доктор философских наук