«Еще бы неделя, и вас не стало… Процент выживаемости – 9 из 100», – эти слова врача Татьяна Пазгерт прокручивала в голове всю ночь. За три года борьбы с раком последней, четвертой стадии этой хрупкой женщине пришлось пройти через многое: клиническая смерть – сердце не справлялось с нагрузками, ожог горла после смены препаратов для химиотерапии, из-за которого она могла никогда не заговорить, паралич ног, развод с мужем… Но она победила, сказав себе: «Я еще не готова умирать», — пишет журнал о Минске
CityDog.by
.

Выжила, а зачем?

– «Выжила», – я осознала это, когда закончилась химиотерапия. Казалось, что вернусь домой и все будет как раньше. Но я потерялась. До болезни у меня была профессия, любимая работа и крепкая семья. Потом заболела, выздоровела – и что? Работать по профессии – медсестрой в реанимации – нельзя, а муж ушел – семья распалась. Мне нужно было чем-то себя занять, но чем – не знала. Пробовала многие направления, но чувствовала, что всё не мое.

Полгода металась и не могла найти себя. Думала: «Выжила, а зачем?». У меня инвалидность второй группы, – физический труд с умеренной нагрузкой вызывает частые мигрени. Да, растут две прекрасные дочери – это радует. Но мне только 38 лет и я хочу быть полезной и нужной не только им. Что делать? Позвонила в горячую линию. Два часа разговаривала с психологом. Она предложила несколько вариантов того, как я могу себя задействовать. Хорошенько их обдумав, решила: а может и правда использовать опыт борьбы с раком, чтобы помогать онкобольным?

Эта идея меня долго не отпускала, и спустя некоторое время я поняла – именно этим и хочу заниматься. Загорелась. Запустила одновременно три социальные группы в соцсетях и стала ждать, когда ко мне обратятся за помощью. Сейчас понимаю, что сделала много ошибок и знаю, как можно было бы их исправить. Но тогда спустила все на тормозах и начала разбираться в себе. Полностью восстановиться психологически удалось после того, как пришла в Минский клуб саморегуляции – на это ушло два года.

Занятия проводил Олег Гребенюк – именно он стал идейным вдохновителей проекта. Я рассказала ему, что в последнее время ко мне часто стали обращаться за помощью. «Таня, у меня тетя заболела. Может, поговоришь с ней, успокоишь?» – звонков становилось все больше, и мне это нравилось. Я поняла, что могу своим примером убедить человека бороться за жизнь. Ведь многие начинали думать: «Она смогла, а почему я нет?». А через некоторое время после нашего разговора Олег Михайлович предложил мне запустить проект помощи онкобольным людям. Это случилось год назад.

Про одиночество и страх, которые превратились в веру

Отправной точкой проекта стал небольшой пост на странице Татьяны во «ВКонтакте»: она искала специалистов, которые могли бы подробно объяснить, что такое онкопсихология, и как использовать личный опыт, чтобы помогать другим. Откликнулись многие, что давало дополнительный стимул продолжить начатое.

С февраля начался мозговой штурм: каким должен быть проект, как его развивать, с чего начать… В марте запланировали первое масштабное мероприятие. А в июле во «ВКонтакте» появилась страничка и группа«Я верю!» – волонтерский проект Татьяны Пазгерт по оказанию психологической помощи не только онкобольным, но и их родственникам.

– Я знаю, каково это – быть одиноким. Особенно во время такой болезни, как рак. Когда ты замыкаешься в себе и из-за этого становишься тяжелой ношей для близких людей, потому что они не могут тебя понять. Да и найти того, кто понимал бы, сложно. От этой ситуации страдают все: родственники, которые не знают, как себя вести и что говорить, и онкобольные, которые ненамеренно делают им больно своей замкнутостью. Поэтому важно держать ситуацию в равновесии.

И нельзя принимать болезнь как наказание. Люди должны понимать, что они не одни и сами могут помогать другим. Чтобы не было «перелома», когда человек ставит целью выздороветь, добивается желаемого, а потом не знает, что делать дальше. Я прошла через это, поэтому знаю, что нужно учиться принимать себя и находить свои цели в жизни.

«Я верю!» появилось потому, что все началось именно с веры и поддержки. Я поверила, что смогу создать проект: начала писать посты, в которых рассказала свою историю борьбы с онкологией. Получала на них отклики – появилась внутренняя уверенность, что делаю все правильно. Начала общаться с онкобольными, брала у них интервью, снимала видео, а потом выкладывала у себя на странице, рассказывая их историю.

Что сейчас представляет из себя волонтерский проект «Я верю!»

Основная цель проекта – донести до общества, что рак – это не приговор, а жизнь не заканчивается на онкологии. А также попытаться повысить процент выживаемости через психологическую поддержку – Татьяна на своем опыте убедилась, что ее не хватает. А поддержка необходима, так как человек живет в страхе перед диагнозом, и этот страх «убивает» его изнутри, заставляя опустить руки.

Сегодня команда проекта создает свой сайт, где планирует собрать всю необходимую для человека с диагнозом «рак» информацию. Для посетителей сайта будет создана анонимное окно и форма обратной связи с создателями проекта. Развиваются группы в соцсетях.

В ближайшее время волонтеры проекта проведут несколько интерактивных постановок в Центре детской онкологии, гематологии и иммунологии в Боровлянах – в них смогут принять участие и маленькие пациенты Центра. Тем, кто не сможет присутствовать на постановках, покажут их видеоверсию. А уже с января «Я верю!» начнет проводить в онкоцентре мастер-классы по рисованию. Обучать маленьких художников будет дочь Татьяны, Даша, которая уже пять лет занимается в художественной школе.

Татьяна говорит, что планы огромные: в течение 5 лет команда проекта хочет открыть Центр для поддержки онкобольных людей «Ты не один». Работа планируется по трем направлениям: реабилитация на основе психологической поддержки, занятия творчеством, которые могли бы помочь пациентам «найти себя» после онкологии и совместная группы для работы с онкобольными и их родственниками. Но пока это только планы – Татьяна отмечает, что спонсоров найти не так уж и просто.

«Простые люди, делающие простые вещи»

В волонтерском проекте Татьяны Пазгерт сегодня задействовано 7 человек. Они называют себя «простыми людьми, делающими простые вещи, которые могут принести огромную пользу».

СЕРГЕЙ ГРЕБЕНЮК

соруководитель проекта

– В моей семье раком болел дедушка, поэтому знаю не понаслышке, как это тяжело. Но проект важен для меня и потому, что мой отец – Олег Гребенюк – был его идейным вдохновителем. Задумка подобного проекта появилась у него несколько лет назад – он неоднократно работал с психосоматикой у онкобольных. Когда отец познакомился с Татьяной Пазгерт и узнал ее историю – все сошлось: вместе они создали проект помощи онкобольным.

НАТАЛЬЯ ТИХОНОВИЧ

семейный психолог

– Когда мой отец умер от рака, я была совсем маленькой. Онкология забрала и бабушку с дедушкой. К сожалению, сейчас эта болезнь есть едва ли не в каждой семье. Но от нее можно вылечиться – и работа с психологической стороной болезни в этом помогает.

Проект «Я верю!» меня вдохновил и приземлил – я осознала, как много людей нуждаются в поддержке.

НАТАЛЬЯ ЯЦКЕВИЧ

психолог

– Мне было очень страшно, когда дедушка заболел раком. Я не знала, как его поддержать и чем можно помочь – для меня это стало психологической травмой. А дедушка принял решение умирать – и вскоре его не стало. Это случилось 6 лет назад, и тогда я задумалась: а для чего живу? Пришла в Минский клуб саморегуляции, познакомилась там с Татьяной и присоединилась к проекту.

Я смогу помочь родственникам онкобольных, так как на личном опыте знаю, что они чувствуют. И я понимаю, что очень важно научить родных общаться с заболевшим человеком. Не важно, ребенок это или взрослый человек – все одинаково боятся и одинаково реагируют на болезнь. А поддержать тоже нужно уметь. Поэтому я хочу показать, что мы, родственники, можем быть рядом с онкобольными людьми. И верю, что можем помочь им справиться с онкологией».
 

АЛЕКСАНДР

режиссер

– О раке я знаю непонаслышке. От этой болезни умер отец и сейчас умирает близкий для меня человек. Поэтому, когда узнал о проекте, присоединился: взялся за видео и фотографии. Я верю, что если перестроить свое мышление, многих болезней удастся избежать.

ГЕННАДИЙ

– Все члены моей семьи – начиная от бабушек, дедушек и родителей – умерли из-за рака. Я остался один. Проект «Я верю!» вдохновил меня – я решил помогать онкобольным детям. И я уверен, что смогу это сделать.

Первая попытка заявить о проекте и шапочки для онкобольных детей

Первым серьезным шагом для волонтерского проекта «Я верю!» стала организация мини-праздника в Центре детской онкологии, гематологии и иммунологии, который они провели вместе с детской киношколой «Синема» и театром «Ронд».

К 25 октября актеры-школьники из театр подготовила для маленьких пациентов онкоцентра спектакль «Золушка», в волонтеры – 15 вязаных шапочек и столько же косыночек. Такой подарок Татьяна объясняет заботой: во время курса химиотерапии у многих выпадают волосы, поэтому хочется укрыть голову, чтобы было тепло. С перевозкой и доставкой декораций помогали родители учащихся театра.

АНТОН МИШУТИН

режиссер театра «Ронд»

– Для меня проект – возможность, граничащая с необходимостью использовать и реализовывать свои таланты ради тех, кому это действительно нужно. Кто нуждается в радостных моментах жизни, – делится Антон Мишутин. – И мне, как режиссеру, есть что им сказать и показать.

Волонтеры сделали и еще один подарок: они передали в отделение МРТ и функциональной диагностики картины. Их развесили по стенам – во время ожидания сложной диагностики они помогают детям отвлечься и не так бояться процедур.

Родителям предлагали помощь психологов, участвующих в проекте. А для пациентов онкоцентра, которые не присутствовали на постановке, была сделана видеоверсия.

– Спектакль прошел «на ура» и получился очень трогательным, – рассказывает волонтер проекта, семейный психолог Наталья Тихонович. – Было видно, что малышам все нравится, а еще чувствовалось, что им очень хочется быть здоровыми. Но видеть этих детей с капельницами, как и находится в онкоцентре, – нелегко.

Нам, психологам, хочется помочь родителям, но, к сожалению, пока не все из них нам доверяют. Иногда предложение врача родителям поработать с психологом вызывает агрессию. Они не всегда понимают, что от психологического и эмоционального состояние родителей зависит и состояние ребенка. Возможно, если бы мы смогли сделать работу с психологом при лечении онкозаболеваний обязательной, то, возможно, помогли бы и взрослым, и детям.

– …Для меня “Я верю” – источник силы и мотивация, – подытоживает Татьяна Пазгерт. – В рамках этого проекта мы, волонтеры, делаем все, что можем, меняемся сами и пытаемся изменить других. Чтобы доказать: рак – это не приговор.

Присоединиться к проекту или получить от него помощь можно здесь, а тут вы можете прочитать о том, как Татьяна боролась с раком.

Материал создан в рамках совместной инициативы Офиса европейской экспертизы и коммуникаций, CityDog.by, vitebsk4.me, журнала «Бинокль» и «Рэгіянальнай газеты».

Фото: Павал Хадзінскі для CityDog.by