Вчера, 4-го февраля 2019-го года во Франции на 104-м году жизни скончалась дочь русских белоэмигрантов и один из последних свидетелей русского исхода Ирина Владимировна фон Дрейер.

Новопреставленной Ирине Владимировне было всего пять лет, когда ее родители вместе с Русской армией барона Петра Николаевича Врангеля навсегда покинули Россию и отправились в изгнание.

Родившись в Москве в 1915-м году, она провела всю сознательную жизнь за чужбине, но всегда оставалась русской и помнила о России, которую мы потеряли в следствии большевицкого нашествия.

Отец Ирины Владимировны — Владимир Николаевич фон Дрейер происходил из древнего немецкого дворянского рода, на протяжении веков верно служившего Российской Империи.

Как и предки, Владимир Николаевич выбрал военную стезю и впервые оказался на фронте в ходе итало-турецкой войны, на которой он выполнял работу военного корреспондента, а затем занимал аналогичную должность на Балканской войне 1912-1913-х годов.

С началом Первой Мировой войны блестящий штабной офицер и военный корреспондент Владимир Николаевич фон Дрейнер в чине полковника был назначен на должность начальника штаба 13-й кавалерийской дивизии, а затем временно исполнял обязанности начальника штаба 1-го кавалерийского корпуса и далее занимал должность начальника штаба 27-й пехотной дивизии.

Первые два года войны были для России особенно тяжелыми, но именно в это время в полной мере проявился воинский талант Владимира Николаевича, который в ходе кровавых боев февраля 1915-го года вывел из окружения остатки арьергарда 20-го армейского корпуса и был награжден орденом Святого Владимира 3-й степени с мечами.

23-го ноября того же года он был назначен командиром 275-го пехотного Лебедянского полка и до 31-го марта 1917-го года занимал эту должность, после чего был переведен на должность командира 8-го пограничного Заамурского полка.

Далее через две недели он был возглавил штаб 13-й Сибирской стрелковой дивизии, летом занимал аналогичную должность в Сводном кавалерийском корпусе, а закончил для себя войну на послу командира 7-й кавалерийской дивизии и в звании генерал-майора уже несуществующей армии, которая фактически разложилась.

Будучи убежденным монархистом, генерал Дрейер не мог служить большевицкой власти. Он вышел в отставку и принял активное участие в работе московской тайной монархической организации генерал-майора Стефана Антоновича Довгирда, после чего весной 1918-го года вместе с семьей отправился в Екатеринодар для открытой борьбы с большевиками.

Однако подопечные Деникина приняли его холодно, Владимиру Николаевичу было отказало во вступлении в Добровольческую армию по причине подозрения в сотрудничестве с германцами. В ответ генерал потребовал судить себя военно-полевым судом и доказал свою невиновность.

Тем не менее, запрет штаба командующего Добровольческой армией отменен не был и белые лишились одного из самых талантливых кавалерийских генералов, не раз демонстрировавшего выдающиеся навыки в ходе Первой Мировой войны.

Так боевой генерал был вынужден подрабатывать коммерцией и писать статьи для прессы ВСЮР, это продолжалось до самой эвакуации из Новороссийска в Константинополь, где он дожидался своей семьи, прибывшей в ноябре 1920-го года из Крыма.

В эмиграции семья Дрейеров проживала в Константинополе, Берлине, Париже, США и Мадриде, за это Владимир Николаевич написал две книги о крушении великой Империи и судьбе ее изгнанников: «Крестный путь во имя Родины» (Берлин, 1921) и «На закате империи» (Мадрид, 1965).

Шло время, надежда на скорое возвращение домой все больше и больше покидала русских изгнанников, дети росли и семьей Дрейеров надо было обживаться на чужбине, но они всегда оставались русскими и воспитывали своих троих детей в истинно русском духе.

Супруга Владимира Николаевича — Клавдия Владимировна умерла в 1924-м году и оставила мужа с тремя детьми на руках, из которых только старшая дочь Евгения была совершеннолетней, Ирине было 9 лет, а младшему Георгию всего 6 лет.

Однако Владимир Николаевич справился с тяжелой ношей, он обосновался во Франции и открыл небольшой винный магазин, позволивший ему содержать детей. Я сегодня не буду подробно рассказывать о судьбе Евгении и Георгия, а остановлюсь на описании жизни новопреставленной Ирины.

Ирина Владимировна росла абсолютно русской девушкой, она сохранила в себе православную веру и отказалась перейти в католичество, как того требовали ее наставницы — католические монахини.

Завершив обучение, она пошла по стопам отца и стала блестящим журналистом, а также принимала активное участие в жизни русской эмиграции.

В 1936-м году 21-летняя Ирина Дрейер заняла второе место на конкурсе «Мисс Россия», который проводил белоэмигрантский журнал «Иллюстрированная Россия».

Она прожила долгую жизнь, в которой у Ирины Владимировны было все от любимой работы до путешествий в десятки стран различных континентов, но не было одного, не было Родины, отобранной большевиками.

Только подойдя к вековому рубежу, она впервые с 1920-го года побывала в России, где отпраздновала свое столетие. Да, это не та Россия, которую она покинула вместе с семьей, но русская душа тянула ее на родное пепелище и она обратилась с просьбой о гражданстве:

«Для меня важно быть русской, я не хочу быть никем другим. Я хочу умереть русской, предстать перед Богом русской, а столетний юбилей – это дополнительный сильный стимул к этому».

Ирина Владимировна получила гражданство, она прожила еще больше трех лет и скончалась во Франции и будет похоронена на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, где покоится ее отец, умерший 22 февраля 1967 года в Монте-Карло.

Царствие небесное и вечная память русским изгнанникам, лишенным Родины большевицкими палачами и предателями России… Помяни их, Россия и поредевший русский народ…

Денис Романов.