В июле 2015 года Владимир Киреев из Слуцка уехал воевать в Украину. Был миномётчиком, участвовал в «артиллерийской дуэли» под Авдеевкой. Сегодня белорус живёт в Киеве вместе с сыном. Он перебивается случайными заработками и не имеет возможности даже получить банковскую карту, — пишет «Еврорадио»

Вернуться домой Владимир не может — в Беларуси его ждет уголовное преследование за наёмничество. Статья 133 Уголовного кодекса Беларуси «Наёмничество» предусматривает лишение свободы на срок от 3 до 7 лет.

Как война на Донбассе изменила жизнь белоруса? Пришлось ли ему убивать, и не жалеет ли он вообще, что взял в руки оружие? Честное интервью добровольца.

Всё изменил Майдан

Еврорадио: Владимир, почему вы уехали в Украину?

Владимир Киреев: Много причин. Майдан, жестоко подавленные протесты, захват Россией Крыма, начало войны в Донецке и Луганске. Это всё в целом на меня повлияло.Разговаривал с людьми, которые уже воевали. Такая волна захватила!

Еврорадио: У вас есть родственники в Украине?

Владимир Киреев: Нет. Даже политикой украинской не интересовался. Но всё изменил Майдан. Когда жил в Беларуси, то телевизор почти не смотрел. Те программы, которые рассказывали об Украине, всё с ног на голову переворачивали. А украинские телеканалы показывали эту картину иначе. Понял, что по НТВ идёт пропаганда. Людей кормят ложью.

Брал кредит, чтобы собрать ребёнка в школу

Еврорадио: Чем вы занимались в Беларуси до отъезда?

Владимир Киреев: На тот момент переехал из Слуцка в Могилёв по работе. Я плотник четвёртого разряда. Работал также в фирме по установке высоковольтного оборудования.

Еврорадио: Сколько вы зарабатывали?

Владимир Киреев: Особенно не разогнаться было. Хватало на неделю, две, а потом приходилось брать займы. Брал кредит, чтобы собрать ребёнка в школу. Печальная ситуация была… Сына я воспитываю один. Мать сдала его в детский дом после рождения. Я забрал. Сегодня сын учится в седьмом классе в Украине. У него хорошая школа, с изучением иностранных языков.

Еврорадио: А в Беларуси политикой интересовались?

Владимир Киреев: В 2010-м году я был на Площади. Был уверен, что происходит подтасовка голосов. За Лукашенко не голосовал, а альтернативы среди кандидатов не видел. В оппозиции я сильно разочаровался. Даже в Статкевиче. По моему мнению, он не совсем честен: звал людей, а сам не приходил. Возможно, я не прав, но моё мнение.

Понимал, что не вернусь

Еврорадио: Белорусские власти неоднократно говорили о последствиях за участие в войне…

Владимир Киреев: Последствия меня не испугали. Я понимал, что не вернусь. Особенно не светился, но наши имена каким-то образом оказались в российском списках, хотя мы сами знали друг друга только по позывным. Коллеги по работе из Беларуси писали, что мной интересовались на родине «товарищи в штатском». Я понимал, что возвращаться пока не надо. А потом ещё и посадки белорусов начались.

Еврорадио: У родственников в Беларуси были проблемы?

Владимир Киреев: У меня нет родственников. Только брат, но мы много лет не общаемся.

Еврорадио: следите за событиями в Беларуси сегодня?

Владимир Киреев: Обязательно. Много молодых политиков, которые, кажется, всё правильно говорят. Дашкевич, например. Но как-то они мелко плавают.

Бывало, что просто в окопах жили

Еврорадио: До отъезда с военным делом сталкивались?

Владимир Киреев: Служил в советской армии в Польше с 1990 по 1992 год. У нас была широкая подготовка. Готовили ко всему. Тогда в армии я был водителем, а здесь я гранатомётчик-стрелок. Хотя изначально я попал в инженерную группу полка «Азов». Занимался ремонтом техники там.

Еврорадио: Как жили на фронте?

Владимир Киреев: Как получалось — в блиндажах, в домах. Бывало, что просто в окопах жили. Так же и с питанием. Сначала было плохо с едой. Потом уже какой-то сухпаёк появлялся. Готовили на плитках, на костре. Регулярного расписания не было.

Еврорадио: Помните свой первый бой?

Владимир Киреев: Конечно. Жуткий грохот, всё трясется, взрывная волна. Не знаешь, куда деваться. Со всех сторон свистит. У РПГ [ручной противотанковый гранатомёт. — Еврорадио] очень яркая вспышка, которая слепит. Со временем к этому привыкаешь, но первое впечатление — шок.

Во время боя помогают старшие. Обязательно в первый бой с опытными людьми идёшь. Это же позиционная война: позиции расположены хаотично. Противник мог быть в 50 метрах от тебя, а мог и сзади оказаться.

Мы уходили самые последние

Еврорадио: Вы убивали людей?

Владимир Киреев: Конечно. В ближнем бою — нет, а на позициях — да. Минимальное расстояние — двадцать метров от противника. А работали мы из миномётов.

Еврорадио: Что больше всего поразило на этой войне?

Владимир Киреев: Бои за Авдеевку, когда шла «артиллерийская дуэль». Это было что-то! Не знаю даже, с чем сравнить. Земля ходуном ходила. Но на войне чувства притупляются.

Еврорадио: Что сейчас происходит на фронте?

Владимир Киреев: Всё без изменений, но нет добровольцев. Всех вывели. Мы уходили самые последние. Нам предложили: или на контракт, или до свидания.

Белорусский паспорт закончился, без него не получишь украинский ВНЖ

Еврорадио: Обидно?

Владимир Киреев: Обида есть. Я здесь в непонятном статусе нахожусь, не могу на официальную работу устроиться. Домой тоже вернуться не могу. Даже банковскую карту нет возможности сделать. Хотя ещё в 2014 году Порошенко говорил, что каждый иностранный доброволец получит гражданство Украины.

Еврорадио: Чем вы занимаетесь сейчас?

Владимир Киреев: С начала 2017 года я живу в Киеве с сыном. Снимаем дачу. Условия, скажем так, спартанские. Гражданства Украины у меня нет. И вряд ли оно будет. Срок действия моего белорусского паспорта закончился, поэтому я и вид на жительство в Украине не могу получить.

По закону мы здесь никто

Еврорадио: Чем зарабатываете на жизнь?

Владимир Киреев: Подработками. В основном это работа на стройке. Платят немного. Но устроиться на постоянную работу трудно. Как хочешь, так и крутись. Помогают волонтёры: продуктами, одеждой. Всё зависит от людей, но по закону мы здесь никто.

Еврорадио: Если бы была возможность вернуть время назад, ещё раз поехали бы воевать за Украину?

Владимир Киреев: Ничего не менял бы. Поехал бы снова. Война заканчивается в двух случаях: победил или сдался. Люди на Донбассе настроены пророссийски, и у меня нет рецептов, что там сделать. Но в любом случае, мы не зря там были.