Сitydog.by поговорил с Маргаритой, которая прошлой весной на два месяца уехала в самую консервативную часть Турции, чтобы попробовать себя в роли волонтерки. И да, это было непросто.

«Английский знать не обязательно»

– Это программа от Erasmus+, которая кратко называется EVS – European Voluntary Service. В ее рамках можно поучаствовать в проектах в разных странах с абсолютно разной тематикой. Принимать участие могут парни и девушки от 18 до 30 лет. Всего такой возможностью ты можешь воспользоваться максимум на год. Это может быть сочетание краткосрочного (например, два месяца) и долгосрочного (десять месяцев) проекта или один продолжительный (до года).

Для того чтобы организовать такую активность, сотрудничают три организации: отправляющая, координирующая и принимающая. Турецкая сторона была и принимающей, и координирующей. А отправляющей – минская организация «Новые лица». В Беларуси организаций, которые могут отправлять волонтеров, совсем немного.

Можно пойти двумя путями: заниматься волонтерством в Беларуси и ждать, когда местная организация предложит тебе поездку, а можно все сделать самому. Существует база данных проектов и организаций, которые нуждаются в волонтерах. Ты сам выбираешь проект, который тебе интересен, и ищешь отправляющую организацию.

Чтобы податься на участие, нужно написать мотивационное письмо и резюме в формате Europass (инициатива ЕС по стандартизации информации о квалификации и профессиональном опыте работников на европейском пространстве. – Ред.). Следующий этап – скайп-собеседование.

Но проблема в том, что многие европейские организации не хотят заморачиваться с белорусами, с которыми есть много нюансов, в том числе виза. Им проще взять человека из Европейского союза.

Свой проект я нашла не в базе данных, а на странице во «ВКонтакте» отправляющей организации. Сейчас я студентка-заочница, поэтому точно знала, что в июне мне уже нужно быть на сессии. Проекты начала смотреть в марте, так что выбор был не такой большой.

К тому же я сомневалась, подойдет ли мне программа, жизнь в стране с другим менталитетом, занятие волонтерством не в свободное время, а на полную ставку.

Поэтому рассматривала только краткосрочные проекты. Но они встречаются гораздо реже, к тому же на них очень большой спрос. Организациям не хочется обучать волонтеров, которые приедут всего на два месяца, им проще отобрать одного человека, который будет работать весь год.

Английский поможет в работе и жизни, но это не является обязательным требованием к волонтерам. Местный язык знать тем более не обязательно. Главный критерий, на который обращают внимание, – это твоя мотивация.

«Шутили, что я еду к “мушу”»

Я подалась в середине марта, а через две недели уже улетела. Но обычно все делается гораздо дольше, на долгосрочный проект отбор проводят за полгода. В итоге я провела там два месяца, так что, если я захочу снова побыть волонтером, в запасе есть еще 10.

Оказалась я в городе Муш на востоке Турции. Из-за этого даже возникла шутка, что я еду к «мушу».

В целом к участию меня побудило желание быть волонтером. Проект никак не был связан со специальностью, которую я получаю. Помню, меня еще отговаривали друзья-айтишники: мол, представь, сколько ты за это время денег в Беларуси заработаешь. А это волонтерство – оно тебе надо?

Оказалось, что надо. Тематика проекта – помощь людям с онкологией, конкретно – раком легких. Называется он Let’s Move To The Health».

В университете, где проходил форум.

Мы организовывали большой научный форум в местном университете – Muş Alparslan University. Это международная конференция, на которую съехались ученые, доктора, пациенты, представители некоммерческих организаций со всей Турции и из других стран мира.

Так что основная цель приглашения волонтеров была именно в организации форума, а еще распространении информации об этой проблеме. Мы поддерживали флешмобы в соцсетях, сняли два рекламных ролика, проводили промоушн-акции, даже делали марш с плакатами на турецком.

В этот проект требовалось достаточно много волонтеров, но такое бывает нечасто. Это объяснялось как раз подготовкой к форуму – в остальное время 20 человек там не нужно, достаточно одного-двух. Кстати, в этом году волонтеров там снова ждут.

Волонтеры.

EVS подразумевает, что волонтеру выделяют жилье, деньги на питание или само питание и деньги на карманные расходы. Плюс оплачивают коммунальные услуги и транспорт, а также билеты, страховку и визу. По сути, решают все твои вопросы – только работай.

Есть условия, которые касаются EVS в целом, а есть те, которые относятся уже к конкретному проекту. Все это обязательно нужно внимательно изучить, потому что с некоторыми требованиями у меня возникли вопросы.

«Мужчины считают себя обязанными платить за женщин»

В Турцию виза не нужна, если едешь на отдых и меньше чем на 30 дней. Это был не наш случай – нас было трое из Беларуси. Мы пришли в посольство и сказали, что вылететь нужно через две недели, на что нам ответили, что так дела не делаются: нужен целый пакет документов, и вообще это долго и муторно.

Тогда мы решили лететь без визы, месяц тусовались просто так, а потом подошли в местный офис со своим координатором, и нам открыли визу на три месяца. Это специальная временная ID-карточка, но нам ее так и не выдали, потому что летом были внеплановые выборы и муниципалитету было не до нас. Но в целом в Турции все так делается – они не сильно парятся по поводу «упорядоченности».

Кстати, из-за отсутствия карточки при вылете из страны мне устроили дополнительный допрос. Но когда я сказала, что карточку очень долго делали и так и не успели выдать, ни разу не удивились и сразу же меня отпустили.

Что касается перелета, то ты сам ищешь бюджетный вариант. Это 100% эконом-класс. Я, например, летела с двумя пересадками тремя разными авиаперевозчиками.

Поселили нас в офигенное жилье – огромная квартира с евроремонтом в новом доме. Правда, был очень плохой интернет и первую неделю не работал газ, но нам с этим помогали.

Загвоздка была в другом: я единственная из всех волонтеров и работников организации была вегетарианкой. И очень часто в местах, куда мы ходили, не было вообще никакой вегетарианской еды. Поэтому приходилось изощряться или просить, чтобы со мной сходили в другое заведение просто за компанию.

Размер карманных денег зависит от страны, куда ты попадаешь. В Турции это было 3 евро в день, насколько я знаю, в Беларуси сумма ниже. На жизнь хватало, потому что турки очень гостеприимные ребята. Довольно часто они платили или любыми другими возможными способами проявляли гостеприимство. Я говорю сейчас о представителях организации, хотя пару раз покупки отдавали в подарок просто в магазине.

Курд, у которого мы были на завтраке в горах.

Кроме того, в Турции особое отношение к женщинам. Очень часто они не работают и не располагают деньгами, поэтому принято, чтобы за женщин платили мужчины.

Я выбила себе в организации велик и была единственным волонтером, который так передвигался. Обычно я очень активно катаюсь в реальной жизни, так что была готова даже его купить. В итоге мне отдал свой велик один из волонтеров, но в конце проекта его сперли местные дети. Хозяин велосипеда не стал их искать – мол, им нужнее.

Все условия оговариваются в волонтерском договоре, который должны прислать до поездки. Там указан размер карманных денег, описано жилье и так далее. В идеале должен быть и распорядок дня, но обычно такие подробности опускают.

«Турки берут не интенсивностью, а продолжительностью рабочего дня»

По правилам волонтер может работать до 35 часов в неделю. Мы приходили в офис к 10 и были там до часов 5-6, иногда освобождались раньше. Загрузка была не очень большой. В принципе, нас предоставили самим себе на большую часть времени.

В целом в Турции не слишком любят работать: берут не интенсивностью, а продолжительностью рабочего дня. Те же торговцы на улице из 12 рабочих часов часа три пьют чай.

Выходные стандартные плюс местные и локальные праздники. На Радуницу я себе выбила выходной (смеется). Но перед тем как я уезжала, мы работали 10 дней подряд – нам устроили хардкор.

По профессии я технический специалист, поэтому, недолго думая, мне решили доверить всю технику – видео- и фотокамеру. Мне помогло то, что я оканчивала курсы. Занималась я этим, пока не приехал профессиональный режиссер. Потом только фотографировала на самом форуме.

Кроме того, мы рассказывали про EVS в местной школе и университете. Но основной проблемой был язык, потому что практически никто не знает английского даже в университете.

К счастью, с нами были две девушки из Баку, и они очень неплохо могли объясняться, потому что азербайджанский схож с турецким. Спасительницы наши! Кстати, у нас всех дважды в неделю были уроки турецкого. А я сама предложила проводить уроки русского.

Тут волонтерка из Марокко проводила уроки французского.

«Сидишь в кафешке, а туда заходит человек с автоматом»

Согласно «Википедии», население города – 70 тысяч, местные говорят, что 90 тысяч. В любом случае это достаточно маленький, очень консервативный закрытый город, притом что в нем есть университет. Когда его только строили, жители Муша были категорически против того, что студенты нарушат покой и уклад их жизни.

Такое впечатление, что местные не видели иностранцев вообще. Меня постоянно фотографировали в магазинах, иногда снимали на видео. И все это в основном без спроса.

При достаточном приближении на спутниковой карте часть города закрашена – там находятся три военные базы: одна НАТО и две турецкие. Появились они после обострения конфликта с Сирией. По крайней мере, так говорят местные. Я эту информацию подтверждать не берусь. Но на всех выездах из города стоят блокпосты. Если поедешь в соседний город за 70 километров, по пути тебя проверят три раза.

Одна гора в городе – военная, ее нельзя снимать. У нас были с этим траблы, когда мы делали видео. К нам подошел человек в полном обмундировании и попросил все удалить. Мы это сделали, но мысль нас забрать у него все равно осталась. Нам просто повезло. В городе очень много полиции и военных, постой полчаса – и обязательно увидишь БТР.

Наш офис был в центре города рядом с правительственным зданием. И момент, когда приезжала важная персона, напоминал боевик: всех прохожих «разметают» в стороны, машина подъезжает прямо ко входу, из нее быстро выходят люди, со всех сторон окруженные охраной.

Девушка-белоруска, которая много раз была в Турции и уже волонтерила там, предупреждала, что может быть подобное, но такого масштаба я не ожидала.

Проблема еще и в том, что я убежденная пацифистка. Мне было супернекомфортно в течение всего моего пребывания там. И худшее – то, что ты не можешь к этому привыкнуть. Например, спокойно пьешь кофе в кафешке, а туда заходит человек с автоматом.

«Там такие законы: если женщина посидела с мужчиной в кафе, то они точно спят вместе»

Но проблема была не только в этом. После того как мы неделю побыли в Турции, вникли, нас гостеприимно пригласили на завтрак в горы. Там босс организации сообщил, что нам нельзя общаться с местными и покидать дом после девяти вечера. И еще целая куча запретов. А в соглашении об этом не было сказано ни слова!

Примерно месяц я всему этому следовала, а потом перестала. Доходило иногда до абсурда. Например, мы провели презентацию в университете, а вечером я зашла в магазин, где подрабатывает один из студентов. Естественно, он здоровается и спрашивает, как дела. Наутро об этом знают все в организации. Слухи распространяются мгновенно – местным нечем заняться.

Презентация в университете.

Осложнило ситуацию еще и то, что в первую неделю я сходила в кафешку и попила кофе с местным. Мне говорили, что это недопустимо, я их опозорила. Там такие законы, что если женщина посидела с мужчиной в кафе, то они точно спят вместе.

Общаться с мужчиной без посторонних нельзя. Даже местные и иностранные волонтеры работали отдельно. Но ведь это противоречит всей идее проекта, который должен быть основан на культурном обмене!

Кроме того, нам нельзя было заходить в дома местных, даже девушек, и приглашать кого-нибудь к себе в гости. Нельзя было выезжать из города одной, даже компанией – только с разрешения босса. А перед нашим отъездом он уже никого никуда не пускал.

«К концу я психанула: вообще-то, я не раб»

К концу я конкретно психанула: вообще-то, я не раб, и вы об этом не предупреждали! Но нам все объясняли заботой о нашей же безопасности, что в целом было обоснованно, но они явно перегибали палку.

Насколько я поняла, на самом деле в основе лежал страх потерять авторитет организации. Мол, если одна из волонтерок будет вести себя так, что покажется легкомысленной, создастся впечатление, что сама организация не очень серьезная.

А заняться помимо работы было нечем – в городе ничего не происходит. В свое свободное время можно было ходить либо по магазинам, либо по бесконечным кафешкам. Еще были горы, но туда не советовали ходить в одиночку. Так что из всех развлечений в свой законный выходной – ходить по главной улице и обязательно в компании.

Волонтеры и координатор.

Поэтому я отправлялась в соседние города (смеется). Кстати, нам организовывали и общие экскурсии, но хотелось увидеть больше. Поэтому я дважды останавливалась у каучсерфера – лучшего друга координатора, который меня прикрывал.

Каучсерфер оказался очень интересным собеседником – семейный врач. Он рассказал много о реальной жизни Турции, в отличие от розовых очков, которые надевала организация.

В итоге я посмотрела разные места в радиусе 150 километров от Муша: небольшой Татван и Ван, в котором живет 300 тысяч человек, оба расположены на берегу огромного озера Ван. А также миллионник Диярбакыр и Битлис.

Ван.

Что я могу сказать об этой части Турции? В больших городах все не так плохо, как в маленьких. А вот в маленькие я бы не рекомендовала соваться, если у вас нет знакомых среди местных, которые смогут выручить в любой сложной ситуации. Разница менталитетов слишком велика, и даже прочитав очень много до поездки, вы не поймете, что тут происходит и как себя нужно вести.

«Стоит ли ехать, несмотря на все трудности? Да, обязательно стоит!»

Само волонтерство – это тяжело. Сказывалась чувствительность темы. Вот ты знакомишься с обалденно красивой девушкой – как с картинки, а потом узнаешь, что у нее рак и от этого же совсем недавно умерла ее мама. Многие волонтеры так или иначе связаны с этой темой. У кого-то отец, мать, друг… Сам босс организации смог победить рак и после этого решил помогать другим.

Участие в таком проекте – это действительно неоценимый опыт. Из простого – очень вырос уровень английского, я даже во сне на нем разговаривала. Было здорово оказаться в такой разнонациональной компании, мы много обсуждали особенности разных культур. Общались очень тепло.

В целом за два месяца я научилась тому, на что в Беларуси ушло бы года полтора. Поэтому, когда у меня спрашивают, стоит ли ехать, несмотря на все трудности, я всегда отвечаю: да, обязательно стоит!