Был такой одноименный советский фильм — очень трогательный и немного наивный,  потому как пытался трактовать психологические сложности неожиданно взрослеющих 15-летних школьников, вдруг оказавшихся в пионерском лагере, где добрейшие воспитатели позволяли им чудить на полную катушку. В общем, это были 100 дней счастливого лета, только и всего…А дальше их ждала взрослая жизнь!

Примерно в таком же положении находится сейчас и президент Украины Владимир Зеленский – он очутился в политике, а «взрослая жизнь» для него начнется в ближайшую пятницу с первым заседанием переизбранной по его же инициативе  Верховной Рады. А до того были первые 100 дней его президентства, в которые он впрыгнул вместе со своей «квартальной» командой прямо из политического детства…

Следы этого полуневинного, розовощекого и в чем-то счастливого периода видны до сих пор. Они меньше заметны, когда Зеленский по своей предвыборной привычке многозначительно молчит, зато вылезают наружу из всех щелей, когда ему приходится говорить. Особенно произносить длинные тексты.

В минувшие выходные был именно такой случай – в Киеве отмечался День независимости. И что же мы увидели, вернее, услышали? Человек, сыгравший учителя истории Голобородько, ставшего потом президентом, и сам ставший президентом не в кино, а наяву, в своей государственной речи продемонстрировал, что история для него – чистый лист, куда он может вписывать все, что ему захочется, и в любой интерпретации. Точно школьник из кинокомедии, по воле сценариста вдруг поменявшийся местами с педагогом. И оказавшийся с мелом в руке у классной доски.

Только не упрекайте Зеленского в том, что он своими фантазиями нарушил какую-то преемственность. Такой «творческий подход» нового президента и его спичрайтеров полностью соответствует всему современному украинскому «историзму», суть которого когда-то точно изложил Станиславский, наущавший: «Вы должны поверить в предложенные обстоятельства!». И Украина вот уже 30 лет вынуждена верить в то, что ей предлагают с высоких трибун.

Только вот Станиславский свое учение создавал для актеров, а не для политиков, и уж тем более не для народов. Поэтому до сих пор всей Украине полностью поверить так и не удалось – в предложенные обстоятельства, предложенную историю и, тем более, будущность. Лишь последние пять лет, когда Украину буквально заставляли  поверить, причем, под страхом быть обвиненной в измене самой себе, украинский «историзм», точнее, фантазии по поводу всемирной истории, перестали вызывать публичный смех. Естественно, только на Украине.

Люди там научились себя сдерживать. Вот и я не буду подробно разбирать все исторические перлы (слово «жемчужина» здесь явно не подходит), которые щедро подарил миру 25 августа 2019 года пан Владимир Зеленский. Не буду также упоминать, что лично я, слушая его речь, все время глазом искал где-нибудь на экране местного Хаттабыча с волшебным «оселедцем», который, беззвучно шевеля губами и вырывая волосики, вкладывал свои «знания» в уста говорящего.

Диапазон их, а также их глубина поистине необъятны — от Богдана Хмельницкого, зачем-то «покорившего» Дюнкерк до космического гения Сергея Королева, посмертно и спустя 50 лет получившего гражданство УССР. Так что не удивляйтесь, когда лет через 20 на обратной стороне Луны вы вдруг обнаружите благополучно функционирующий украинский млын, то бишь мельницу, и доброго дядьку Сирко, дожидающегося вас с самогоном.

Повторяю, я не буду развивать эти аппетитные тезы, несмотря на то, что подарил их нам сам Зеленский, и знаете почему? А потому что речь мне его понравилась! Да-да, не удивляйтесь… Прежде всего, потому что впервые учение Станиславского по отношению к истории применил актер, и у него это получалось профессионально, — чуть слезу не выжал. Видно, что он верит в то, что говорит.

А во-вторых, если серьезно, — потому что его речь, несмотря на ее фантазийный полет, была нацелена на позитив. Пусть еще очень неопределенно, где-то даже лунатически, но Зеленский, в отличие от своих предшественников, явно старался говорить не о плохом, а о хорошем! А поскольку хорошего явно не хватало, ни в украинском прошлом, ни в настоящем, то он его «немножко» придумывал – и проще это было делать именно в прошлом.

Украинский слушатель истосковался по хорошему, вот Зеленский и стал для него добрым сказочником. Но не только – он проявил себя и как реалист. Заметьте, он впервые в современной украинской политической истории упомянул Богдана Хмельницкого – того самого, который воссоединил Украину с Россией!

Может, упоминание о Дюнкерке было отвлекающим маневром, чтобы начать «реабилитацию» этого великого украинца? А отсылка к Сергею Королеву! —  при всей ее неуклюжести, она все же путаным пунктиром, но выводит именно на связь с русскими людьми, с Россией, с советским прошлым! Для уроженца Кривого Рога, — а это совсем недалеко от Днепропетровска с его «Южмашем», — самоотлучение от космических амбиций, очевидно, было болезненным, и таким актерским приемом он все же попытался все «восстановить»…

Все восстановить не получится, но здравый смысл восстанавливать просто необходимо. И прежде всего, отказаться от воинственной риторики. Заметьте также, что Зеленский в своей речи не упомянул ни Мазепу, ни Петлюру, ни Бандеру, ни Шухевича – тоже весьма показательно.

Что же это показывает? А  то, что идеологически Зеленский тоже — чистый лист. Он лишь вился в предложенные ему и всем украинцам  «обстоятельства». Быть может, он в них даже немного поверил, но ведь это еще не идеология. И, будучи человеком здравомыслящим, — будем в это верить! – он понимает, что настало время совсем других предложений.

Если он сможет их сформулировать и направить на восстановление мирной жизни на Украине, вот тогда он повзрослеет политически. И тогда его 100 дней после детства прошли недаром…

Вадим Елфимов