Глубинные причины этого события связаны с деятельностью олигархического капитализма, в том виде, в каком он сформировался на Украине в постсоветский период. Рост социального неравенства, коррупция, двойные стандарты в сфере законодательства, сужение социальных возможностей для большей части общества стали визитной карточкой киевской власти независимо от того, какой именно партийной коалиции эта власть принадлежала. «Революция достоинства» стала реакцией на социальную несправедливость, царящую в украинском обществе.

Вместе с тем, эта революция не была спонтанной, вспыхнувшей внезапно. Она готовилась втайне от украинского общества. Её организационные центры находились и находятся до сих пор за пределами страны. Это обстоятельство позволяет считать «Революцию достоинства» – «оранжевой» революцией.

Главное отличие подлинно национальных революций от революций «оранжевых» в том, что первые действуют в интересах большинства общества своей страны, вторые –организованы и осуществлены в интересах других стран и связанных с этими странами политических и экономических центров. При этом внешние черты национальных и «оранжевых» революций могут совпадать, и, если оценивать только внешние события революционного процесса без анализа его глубинных целей, национальные и «оранжевые» революции де-факто не различимы.

Организаторы «Революции достоинства» использовали протестные настроения, накапливающиеся в украинском обществе, в своих собственных целях. Изначально эти цели были связаны с изменением геополитической карты Европы. Необходимо было разрушить формирующийся Евразийский союз, оторвать Украину от России, ослабить Россию, фактически возглавившую сопротивление новому неолиберальному порядку, идущему с Запада, и, тем самым, подавить всякое сопротивление грядущим переменам. В этой политической игре Украина оказалась разменной картой, не имеющей какого-либо самостоятельного значения. Организаторам революции было очевидно, что вне связей с Россией Украина будет, в итоге, уничтожена собственными противоречиями. Действительные последствия такой революции будут очень далеки от демократических ценностей, столь любимых западными политическими элитами, и те явления, против которых участники революции столь искренне протестовали, в постреволюционной действительности лишь усилятся. Но судьба Украины на Западе была интересна лишь очень малому количеству людей. По сути, Украина должна была – по замыслу организаторов революции – сделать своё дело и умереть. Сегодняшнее существование этого государства в полной мере зависит от успешного осуществления только одной функции – дестабилизации своего северо-восточного соседа. Победа Евромайдана означала, что украинская государственность вступила в фазу агонии. И агония будет продолжаться до тех пор, пока Украина сохранит хоть какую-то возможность вести агрессивную, антирусскую политику.

Любая революция опирается на социальную базу. Социальная база «оранжевых» революций – всегда двойственна; в ней присутствуют действительные и иллюзорные элементы. На первый взгляд, такие революции апеллируют к широким народным массам, ища у них поддержки и опоры. Но поддержка со стороны народных масс, в итоге, ничего не даёт им самим, кроме разочарования и стремительного ухудшения их социального положения.

Массы используются, но не допускаются к власти. То, что массы принимают решения в ходе постреволюционных процессов, является «прекрасной иллюзией». В действительности народ – не база, а инструмент, при помощи которого «оранжевая» революция добивается своих целей. И одной из главных проблем постреволюционного «оранжевого» порядка является вопрос о том, что с этим инструментом делать дальше и каковы те политические и экономические технологии, при помощи которых можно нейтрализовать энергию этого, уже ненужного инструмента. Действительной социальной базой «оранжевой» революции является та политическая группа, которая возьмёт на себя ответственность за выполнение программы, намеченной кураторами революции. Такая группа формируется из среды местной, туземной финансовой олигархии и связанного с ней государственного аппарата. Декларируя идею борьбы против олигархического режима, в действительности «оранжевая» революция на место одних олигархов приводит к власти других. Тем самым «оранжевая» революция уничтожает миф о том, что буржуазия государства, занимающего место полупериферии в структуре мировой капиталистической экономики, может действовать в национальных интересах. Сегодняшняя буржуазия не может быть национальной в принципе. Движение капиталов, контролируемых такой буржуазией, полностью зависит от экономических центров, находящихся на Западе, и это обстоятельство в полной мере предопределяет политические позиции и предпочтения их владельцев. Крупная буржуазия полупериферии – неизбежно космополитична. Она и не может быть иной, т.к. при любой попытке проводить национально ориентированную политику она потеряет собственные капиталы и исчезнет как социальная группа. И когда олигарх Порошенко, пришедший к власти на волне революционного процесса, насыщает собственную речь националистической риторикой, это не делает его подлинно национальным политиком. Риторика подобного рода оказывается ещё одним инструментом манипуляции общественным мнением.

Алексей Кочетков отрывок книги «Чёрное солнце Украины»