Сегодня украинская диаспора в Канаде для многих жителей Украины ассоциируется с националистическими и антисоветскими настроениями. Однако радикальные левые взгляды и советофильство были популярны среди этнических украинцев в межвоенный период и частично в годы Холодной войны.

Во времена своего расцвета у главной газеты украинских левых «Украинские рабочие вести» было около 10 тысяч подписчиков, а левые организации были почти в каждом населенном пункте, где трудились украинские рабочие. Зато главный националистический оппонент коммунистов, Украинское национальное объединение, которое сегодня доминирует в украинской диаспоре, в 1930-х годах могло похвастаться лишь несколькими разбросанными ячейками в городах канадских прерий. Поэтому в межвоенный период они значительно проигрывали левым организациям в представлении и защите интересов канадских украинцев.

Такие факты удивят современных украинцев, но они показывают поразительную разницу между судьбами трудовых мигрантов сегодня и сто лет назад. В первой половине ХХ века они почти сразу по прибытии в Канаду политически организовывались, чтобы защитить свои интересы, и активно приобщались к местной классовой борьбе. К сожалению, нечто подобное трудно представить сегодня, несмотря на новую волну трудовой миграции.

Первая половина ХХ века стала периодом расцвета украинских радикальных левых в Канаде. Новоприбывшие украинские трудовые мигранты в Канаде решили создать отдельное радикальное левое движение под влиянием нескольких факторов:

1) ксенофобия со стороны местного рабочего класса;

2) местные профсоюзы не защищали интересы неквалифицированных работников, к которым принадлежало много украинцев;

3) много новоприбывших также были активистами Русско-украинской радикальной партии в Галиции.

Уже в 1907 году украинские мигранты создают украинское отделение Канадской социалистической партии, а в 1918 году основывают рабочий дом в Виннипеге. В следующем году он становится основным координационным центром забастовщиков во время одного из крупнейших выступлений рабочих в истории Канады, Виннипегской всеобщей забастовки. В это время главной левой организацией украинцев становится общество «Украинский рабочий дом», которое с 1924 году меняет название на Общество «Украинский рабоче-фермерский дом» (ТУРФДом) . Его руководители Мэтью Попович и Джон Навизовский также принимали участие в создании Рабочей партии Канады, которая впоследствии стала называться Коммунистической партией Канады (КПК) и входила в Третий Интернационал. Таким образом, украинское рабочее движение было отдельной организационной силой, которая активно формировала общеканадское радикальное левое движение. 1920-1930-е годы стали золотым периодом подъема украинских левых в Канаде. Центральная роль принадлежала ТУРФДому.

Почти сразу была создана и Женская секция организации с изданием «Работница». В 1929 году у журнала было 6500 подписчиков, а Женская секция имела 52 отделения. Так же активно женщины участвовали в политической жизни в 1930-е годы. Но украинских мужчин можно было найти от верхушки КПК до низовых активистов. А вот женщины делали почти всегда невидимую работу: собирали деньги, готовили пищу и выполняли другие задачи, похожие на домашние хлопоты.

Женщины обычно были рабочими корреспондентами (рабкорами) «Работницы» без особых перспектив карьерного роста, потому что руководящие редакторские должности занимали исключительно мужчины. Но со временем они ставили отдельные женские вопросы, например тяжелые условия труда или произвол со стороны отдельных мужчин. Женщины, однако, никогда не говорили о таких проблемах в русле интересов украинских работниц, не организовались в украинское феминистическое движение, как это делали активистки канадского радикального левого движения. Такая ситуация сложилась потому что канадские украинки были этнически сегрегированны от общего женского движения и понимали свои интересы только в классовых категориях, сформулированных мужским руководством ТУРФДома, которое защищало свое привилегированное положение. Иначе говоря, перед активистками не стоял вопрос о борьбе с патриархальными нормами крестьянского общества, и женщины принимали домашний труд как естественную обязанность.

ТУРФДом имел разветвленную сеть образовательных учреждений, которые работали рядом с государственными школами. В них дети могли изучать украинские язык, историю и культуру. Обучение на родном языке стало особенно актуальным для национальных меньшинств Канады, когда в 1920-х годах преподавать в школах начали только на английском. Кроме языка, в украинских рабочих детских школах изучали основы марксизма-ленинизма и положение рабочего класса в Канаде и других странах. В этих заведениях могли получить образование девушки, и это открывало им лучшие карьерные перспективы, чем имели их матери. В то же время молодое поколение женщин могло продвигаться по карьерной лестнице только в случае исключительных успехов в учебе. Мария Скрипник — успешный пример выпускницы украинской рабочей школы. После Второй мировой войны ей удалось завершить обучение в Советском Союзе в Республиканской партийной школе в Киеве (1954-1956). Она была редактором в издании «Украинский канадец» (The Ukrainian Canadian), переводила украинские классические произведения на английский. Благодаря этим школам многие девушки получили работу, которая из-за нехватки образования не была доступна их матерям. Выпускницы попадали на лидерские позиции в отличие от девушек, которые не посещали эти школы.

Начало Второй мировой войны сильно ударило по ТУРФДому и КПК. Советский Союз подписал договор о ненападении с нацистской Германией, и канадские коммунисты выступили против вступления страны в войну и мобилизации в армию, поддерживая антивоенную позицию Третьего Интернационала. В ответ канадские власти начали преследовать просоветских активистов как нелояльных. КПК и ТУРФДом были объявлены вне закона, все их издания изымались, много заметных лидеров и активистов оказались в тюрьме. Но репрессии полностью обошли украинских активисток, которые начать управлять движением, пока мужчины были в тюрьме. Это отличалось от ситуации в остальных радикальных левых организациях Канады, где женщины были более заметными, и поэтому тоже оказывались в тюрьме. Так, женщинам подпольно удалось сохранить всю структуру ТУРФДома до июня 1941 года, когда нацисты напали на Советский Союз. После этого радикальные левые перестали быть ненадежными элементами общества и превратились в представителей одного из важных союзников в войне. Активисты начали выходить из тюрем, а женщины вернулись к обслуживающей роли.

После войны ТУРФДом сменил название на Общество объединенных украинских канадцев (ТОУК). Много его низовых активистов начали дистанцироваться от КПК через начало Холодной войны и опыт репрессий 1939-1941 годов. И прежде всего украинское радикальное левое движение столкнулось с идеологическим кризисом из-за своего советофильства. Первые серьезные расколы начались еще до войны, когда в 1934 году один из редакторов «Украинских рабочих вестей» при ТУРФДоме Даниил Лобай начал критиковать сталинскую политику на Украине. Он вышел из организации, а впоследствии появились украинские коммунисты-критики СССР, которых окрестили лобаистамы. В послевоенные годы советофильство ТОУК критиковали уже канадские новые левые, среди которых было и молодое поколение украинцев.

К идеологическому кризису добавились еще социально-экономические изменения в Канаде. Государство всеобщего благосостояния смягчило классовую борьбу, и последующие поколения видели меньше смысла вступать в старые украинские левые организации. В общем, движение не могло уже действовать в тех масштабах, что и раньше. Были и серьезные внутренние факторы упадка украинских левых. За руководящие должности держались старые лидеры, которые родились еще в Австро-Венгрии, а молодежь не видела никаких экономических стимулов оставаться в движении. Косность ТОУК лучше всего демонстрирует то, что даже перед распадом Советского Союза ее возглавлял Петр Кравчук, который родился еще в габсбургской Галичине. Фактически молодое поколение могли привлечь только привилегированные отношения с Советской Украиной. Например, Бетси Белецкая, которая в 1950-е годы была молодой активисткой в рабочем доме в Виннипеге, а затем работала в туристической фирме «Глоуб Тур» в Торонто, вспоминала, что путешествия в Советский Союз от ТОУК позволили ей увидеть мир. Однако молодых украинцев не интересовала карьера в Компартии Канады. Они пытались достичь социальной справедливости в других организациях, а для кого-то такие связи казались даже вредными для левого активизма в Канаде. Только представители старшего поколения, как Петр Кравчук, оставались членами партии и видели смысл в партийной политике.

Послевоенные изменения в украинской диаспоре также ударили по украинских левых. Волна миграции украинцев в Канаду после Второй мировой войны состояла почти исключительно из националистов, которые бежали от советской власти. При содействии канадского правительства и антисоветских настроений новоприбывших украинцев со временем правые организации стали более многочисленными, чем левые. Это привело к частым нападкам в прессе и периодическим физическим нападениям. Наиболее резонансный случай произошел на детском концерте ко Дню благодарения в рабочем доме в Торонто в 1950 году, когда после выступления взорвалась сцена. Местная полиция не нашла виновных и поддержала версию националистов о том, что коммунисты сами устроили взрыв, чтобы выдать из себя жертв. Трудно сказать, была ли канадская полиция заинтересована в расследовании во время одного из самых горячих периодов холодной войны. В конце концов, распад Советского Союза забрал у ТОУК привилегированные связи с украинской родиной, которые теперь окончательно отошли к националистам.

Николай Федотов