Одним из самых одиозных нормативных документов, принятых в этом году в белорусском государстве является Концепция информационной безопасности. Документ необычный во многих отношениях. Во-первых, способ принятия. Концепция была утверждена Постановлением Совета Безопасности, что является экзотикой для белорусской правовой системы. Когда люди силовики берутся решать вопросы, связанные с гражданскими свободами, от них обычно не ждешь позитива, а, если уж речь идет о генерале Засе, который считается одной из сильнейших прозападных фигур, в направленности этой концепции сомневаться не приходится.

Белорусское законодательство имеет богатый арсенал нормативных актов, регулирующих отношения в сфере информационной безопасности – это Уголовный кодекс, Кодекс об административных правонарушениях, Закон о СМИ. В конце концов, имеющаяся Концепция национальной безопасности тоже имеет положения, связанные с информационной сферой. Разработчики Концепции информационной безопасности говорят, что подобные документы – мировой тренд и в той же Европе. Это не совсем так. Европейцы, в основном обеспокоены кибербезопасностью, защитой от хакерских атак.

Белорусская же концепция – это, прежде всего, декларация государственной стратегии в области идеологии и посвящена, в первую очередь, противодействию нежелательной для властей информации, что особенно актуально в предвыборный период.

Именно в этом контексте следует рассматривать одно из ключевых понятий документа – информационный суверенитет, под которым понимается верховенство закона и государства в информационной сфере. Тут стоит заметить, что Беларуси информационное пространство и так довольно закрытое и зарегулированное. Так, возможность вещания в стране имеют лишь телеканалы из утвержденного Министерством информации списка. И в этот список не входит, например, крупнейший новостной канал «Россия 24», а другие большинство основных российских каналов вещают в адаптированном для Беларуси виде. Адаптация заключается в добавлении белорусского контента и изменении сетки так, что, например, популярные политические ток-шоу задвигаются на глубокую ночь. После вступления в силу прошлогодних поправок в Закон «О СМИ» теперь учредителем средства массовой информации в  Беларуси не может стать иностранный гражданин или юридическое лицо. К россиянам, несмотря на остающееся на бумаге равноправие граждан Союзного государства, это нововведение тоже относится. И теперь, когда «информационный суверенитет» стал принципом государственной политики, ситуация только ухудшится.

Еще одним проявлением «информационного суверенитета» является формирование и навязывание искусственной белорусской идентичности, во многом противостоящей русской. Это белорусизация, которую мы уже прекрасно наблюдаем на белорусских улицах и которая будет только нарастать и то, что в документе называется «белорусская национальная концепция исторического прошлого страны и белорусская национальная память». Что это такое – пока понять сложно, ее только пытаются сформировать.

И если потуги Марзалюка с его «белорусским миром» и суетой вокруг найденного в Бобруйске шлема еще выглядят смешно, то слова про «чужую» Великую Отечественную войну – это уже серьезно. От него уже пара шагов до оправдания коллаборантов, сотрудничавших с нацистами. Ведь, если война чужая – не все ли равно, какую из сторон в ней поддержать.

Если принцип «информационного суверенитета» еще встречается в мировой практике, то другой принцип, заложенный в Концепцию, «информационный нейтралитет», похоже, является белорусским ноу-хау. Что это такое – до конца непонятно. Если вкратце – мы обязуемся вести миролюбивую внешнюю информационную политику, не вести информационных войн. Понятно, что самостоятельно вести информационные войны Беларусь не в состоянии. Здешний официоз и внутри страны пока не выглядит конкурентоспособным. Но теперь на информационный нейтралитет можно ссылаться и объясняя свою слишком многовекторную позицию по отношению к Украине и странам Запада.

Но и это не все – теперь любую критику со стороны российских СМИ в Минске воспринимают как проявление той самой «информационной войны», регулярно устраивая по этому поводу истерики и пытаясь навязать «Этический кодекс журналиста и редактора СМИ Союзного государства», который призван заткнуть рот критикам Лукашенко даже внутри России. При этом оголтелая русофобия собственных националистов в интернете белорусских информационных пацифистов почему-то не смущает.

Да и активность иностранных СМИ, вроде «Белсата» или «Радио Свабода», ведущих откровенную и многолетнюю информационную войну против Беларуси воспринимается спокойно. У некоторых высокопоставленных чиновников даже вошло в моду давать им интервью.

В общем, Беларусь меняется. И, как минимум в информационной сфере мы теперь не союзник России и часть Союзного государства, а страна суверенная и нейтральная, все дальше дистанцирующаяся от России и закрывающаяся от российского информационного пространства. Концепция информационной безопасности вполне может стать для белорусов концепцией информационного отчуждения.

Сергей Иванцевич