6 января 2020 года на телеканале «Россия» стартовал показ украинского исторического сериала Феликса Герчикова и Макса Литвинова «Крепостная». Эта новинка 2019 года побила все рекорды популярности на Украине (лучший продукт за всю историю канала СТБ), а затем и в Польше; продан сериал также в Литву, Сербию, Черногорию, Хорватию, Боснию и Герцеговину, Северную Македонию, Словению и Казахстан. Российские зрители пока только присматриваются к судьбе умной, образованной и красивой крепостной девушки Кати Вербицкой, на которую положил глаз ее хозяин, помещик и ветеран Крымской войны Григорий Червинский, но можно не сомневаться – рано или поздно они «втянутся» в долгую запутанную историю и будут ждать продолжения с тем же нетерпением, что украинцы и поляки (пока вышли лишь 1-й и 2-й сезоны, 3-й и 4-й сейчас снимаются и выйдут в 2020-21 годах).

При этом не будем преувеличивать достоинств украинской продукции. При всей своей размашистости «Крепостная», во-первых, неизбежно выглядит аллюзией на приснопамятную бразильскую «Рабыню Изауру» (1976), причем до такой степени, что даже актера на роль Червинского, кажется, подбирали так, чтобы он был похож внешне на злодея Леонсио (а Катя Вербицкая в исполнении Катерины Ковальчук вызывает явные ассоциации с Изаурой – Люселией Сантус). Во-вторых, обращает на себя внимание исключительная, превосходящая все мыслимые рамки топорность исторической части сериала. Его герои вроде живут в Российской империи 1856 года, носят военные и чиновничьи мундиры, награды, где-то служат, но напрасно искать во всем этом хоть какое-то правдоподобие. Так, Георгий Червинский, именующий себя Георгиевским кавалером, никаких Георгиевских наград не носит, щеголяя вместо этого каким-то крестом на красной ленточке и медалью, подозрительно напоминающей советские награды 1940-х за оборону городов. Дворяне в фильме выглядят кто в лес, кто по дрова – кто носит бакенбарды по моде 1820-х, кто – по моде 1870-х, кто вообще зарос густопсовой бородищей, как при Александре III. А слуга сообщает о том, что новорожденного назвали в честь недавно скончавшегося государя Николая Александровича (!) Подобные вещи непростительны даже для школьника, работающего над рефератом, что уж говорить об авторах сценария (их у «Крепостной» аж девять), замахивающихся на историческое кино. В-третьих, сильно хромает речь персонажей: в попытках стилизовать их язык под 1850-е сценаристы иной раз допускают пресмешные ляпы, которые доставят немало удовольствия зрителю-филологу.

Но суть, понятное дело, совсем не в этом. «Крепостная» — не эпическое полотно из жизни дворян и крестьян 1850-х, не реалистическая попытка осмыслить происходившие на закате эры крепостничества события, а просто грандиозная сказка в старинных декорациях. Сказка про любовь, со всеми необходимыми составляющими: жестокими хозяевами и смышлеными слугами, идеальными принцами и прожженными мерзавцами, убийствами и свадьбами… Из «свежих находок» можно отметить линию с наркоманией Червинского, сектой скопцов, пытающихся завладеть его имением, и киевской эмансипэ Ольгой Роздевич. И неудивительно, что массовый зритель принял «Крепостную» на ура. Рецепт «Изауры» вечен, и коллизия «рабыня/крепостная девушка в поисках счастья и борьбе за свободу» будет обречена на успех невзыскательной аудитории всегда.

А самое интересное – это месседжи, скрытые в теле сериала. Несмотря на его украиноцентричность, она в фильме вовсе на зашкаливает. Да, действие крутится между поместьем Червинских (его снимали в красивейшей усадьбе Тарновских Качановка, где в свое время гостил Гоголь, а Глинка писал оперу «Руслан и Людмила»), Нежином и Киевом (иногда герои поминают Варшаву, Петербург, Иркутск и другие места), да, герои – малороссы (в том числе и дворяне), да, время от времени малороссийские крестьяне «спивают» и танцуют гопака, но все это вызывает скорее ностальгические ассоциации с «украинским колоритом» времен старого доброго советского кино – примерно на уровне «За двумя зайцами». Сериал снят на русском языке – на нем говорят все главные персонажи. В той или иной степени они время от времени вставляют в речь украинские слова или выражения, но опять-таки, складывается ощущение, что это делается исключительно ради национального колорита. А некоторые герои говорят так просто на образцовом русском, без всяких поклонов в сторону украинства. На чистом украинском же в фильме не говорит вообще никто, даже селяне. Более того – в фильме нет и антирусского посыла. Нигде не звучит мысль о том, что виной ужасного положения украинских крепостных крестьян являются некие русские сатрапы. Довольно часто поминается Крымская война (ее участниками являются герои), но опять-таки – вполне нейтрально. Правда, один из отрицательных персонажей носит фамилию Решетников, но он на фоне главного злодея, малороссийского помещика Червинского, — просто невинный младенец, а под конец так и вовсе вызывает сочувствие.

Нельзя назвать этот фильм и неким памфлетом на русскую старину. Да, все ружья из антикрепостнического арсенала здесь развешаны по стенам и палят со страшной силой уже с первой серии, но это – не более чем издержки жанра сказки про Изауру. Кроме того, наряду с неизбежными любителями лично пороть крепостных, продажными полицейскими и завсегдатаями публичных домов присутствуют в сериале и прекраснодушные дворянские персонажи, и благородный купец-миллионщик, выбившийся из низов, и мудрый, всепонимающий князь-старик в должности вице-губернатора Киева. Крепостные крестьяне тоже не одной розовой краской писаны – есть среди них и хорошие, и не очень, есть скверные персонажи, которые, пройдя через цепь испытаний, очистятся и предстанут перед зрителем в новом обличье. Словом, сценаристы потщились дать по возможности широкую панораму, хотя и были сильно ограничены условностями жанра.

Отдельно стоит отметить церковную линию сериала. Важность для героев Православной веры мы видим неоднократно, главная героиня Катя Вербицкая – глубоко и искренне верующий человек, советы священника для нее очень важны, одна из героинь даже уходит после самоубийства супруга в монастырь. А образ Киево-Печерской лавры занимает в «Крепостной» очень важное место и по количеству экранного времени, и по смысловой нагрузке.

Конечно, скорее всего, все вышеперечисленные ходы были тщательно просчитаны и учтены создателями сериала еще на уровне идеи: ведь цель любого коммерческого продукта – его успешная продажа на как можно большее количество рынков. И с этой задачей создатели «Крепостной» отлично справились – теперь историю малороссийской девушки с удовольствием смотрят и в России. Но показателен сам факт создания на Украине исторического сериала, в контент которого не заложено никакого антироссийского посыла.

 

Вячеслав Бондаренко