Важнейшей особенностью русской истории является её многовековая связь с историей Запада. Две мировые цивилизации граничат друг с другом, и это соседство предопределило весь ход мировой истории минувшего тысячелетия.

Это соседство положило предел естественному расширению России и Запада в определённых направлениях. Мощь России воздвигла стену для Запада в его продвижении на восток и, аналогичным образом, западная мощь положила предел экспансии Русской цивилизации на территорию Европы. Следствием этих ограничений стала интенсификация движения в противоположные стороны. Естественной сферой роста Запада стала Атлантика. Запад превратил, пусть и не в полной степени, Атлантический океан в своё внутреннее море, сделав из него аналог Римского Средиземноморья времён поздней античности. Оттолкнувшись от своих восточных границ, Европа устремилась всё дальше на запад, вышла за свои естественные географические пределы и обрела подлинно мировой статус и значение. Колыбель Западной цивилизации – Западная Европа – в настоящий момент является всего лишь одним из локальных пространств Западной цивилизации, и, как показывают события последних десятилетий, роль этого региона в жизни западных обществ не является безусловно доминирующей и определяющей. Судьба Запада решается в иных пространствах: там, где раньше располагалась исключительно периферия, сегодня существуют подлинные цивилизационные центры, для которых «европейское прошлое» — лишь строчка в исторической биографии, а сама Европа – набор инструментов и сфера осуществления новых цивилизационных проектов, стремительно теряющая черты исторической субъектности. И, кто знает, не окажется ли через несколько десятилетий Австралия более важным политическим субъектом, чем «Соединённые Штаты Европы», гордящиеся – подобно позднеантичным Афинам – собственным культурным наследием и, в то же время, не способные интерпретировать и использовать это наследие в контексте новых культурных и геополитических вызовов?

История Западной цивилизации подобна кораблю, однажды покинувшему порт, где он был построен, и ушедшему в бесконечно долгое плавание. Те, кто остались на берегу, живут ожиданием возвращения этого судна, но вопрос о том, хочет ли сама команда подобного возвращения, остаётся открытым.

Русская цивилизация, отталкиваясь от своих западных границ, направила свою экспансию в восточном направлении. Посредством выхода к Тихому океану она обрела масштабы целого континента, многократно превосходящего по своим размерам всю Западную Европу. В итоге, возникло особое социально-культурное пространство, в значительной степени свободное от внешних влияний и обладающее возможностью развиваться в соответствии с собственными, внутренними представлениями о том, как именно может существовать жизнь в его пределах.

Современное положение Русской цивилизации двойственно. С одной стороны, она смогла сохранить собственную целостность, даже не смотря на то, что ряд её регионов, в том числе те, которые ни при каких обстоятельствах не могут считаться периферийными и второстепенными, сегодня пребывают в состоянии полуавтономного существования, а один из важнейших её регионов – Украина – стремительно идёт по пути самоуничтожения. В отличие от Западной цивилизации, построенной по сетевому принципу, Русская цивилизация обладает чётко выраженным центром, и этот центр смог сохраниться. Наличие такого центра делает Русскую цивилизацию жизнеспособной.

Главная проблема Русской цивилизации сегодня связана с её самопониманием. В современной России присутствует кризис идентичности, и связан он отнюдь не с антитезой русского и российского, на что неустанно обращают внимание различные информационные источники. То, что подлинные истоки этой цивилизации являются именно русскими, было очевидно для подавляющего большинства российского общества даже во времена Великой Русской революции с её интернационалистским пафосом и борьбой с «великодержавным шовинизмом», инспирированным той частью революционной элиты, которая пополнялась за счёт всевозможных национальных окраин и маргинальных этнических групп. Тем более, очевидны русские истоки и основы России как цивилизационного пространства сегодня, когда тотальный информационный террор 1920-30-х годов оказывается невозможным. Русские были, есть и будут цивилизационной основой России. И если по каким-то причинам, например, демографическим, они утратят эту роль, Русская цивилизация просто перестанет существовать.

Кризис самопонимания как элемент духовной жизни Русской цивилизации возник отнюдь не сегодня, и даже не в ХХ веке. Этот кризис связан с неспособностью политической элиты России осознать реальные масштабы страны. Начиная с Петровских времён, русская политическая элита соотносит Россию с Европой, отчасти подражая последней, а отчасти стараясь превзойти её. И если во времена Петра I и Екатерины II отождествление Европы с Западом является безусловно правомерным, то в XIX веке ситуация меняется. Европа уже не есть Запад как целостность, а лишь отдельный фрагмент его, один из частных регионов, теряющий к тому же роль цивилизационного лидера. Но даже в ХХ веке именно Европа продолжает оставаться главным культурным ориентиром для российской политической элиты. Эта элита по-прежнему воспринимает свою страну в качестве европейского государства, забыв о том, что большая часть России располагается за Уралом, а территории большинства европейских стран в лучшем для них случае совпадают по размеру с какой-нибудь российской областью.

Подобный, сегодня уже безнадёжно провинциальный, европоцентризм не позволяет России осознать её действительную мощь и масштабы. Русское политическое мышление часто мыслит исключительно государственными категориями, забывая о категориях цивилизационных. И такое ослепление блокирует и осознание истоков собственной цивилизации, и понимание её подлинных целей. И от этого унаследованного от прошлого состояния страна избавляется крайне медленно. Причина – во всё той же сегодняшней политической элите, которая всё в большей степени становится препятствием для дальнейшего развития страны. Отдельные группы этой элиты продолжают навязывать обществу представление о том, что Россия – часть чего-то более глобального и общего, в то время как подлинное самосознание страны должно опираться на идею самодостаточности России в современном мире.

 

Сегодня Русская и Западная цивилизация пребывают в состоянии внутренних кризисов, истоки которых в России и на Западе различны.

Кризис внутри Запада связан с борьбой разных региональных центров за лидерство, что раскалывает единую политическую волю Запада и привносит в жизнь этой цивилизации элементы нестабильности и дурной непредсказуемости. Сегодня нет оснований считать, что этот кризис близок к завершению и, более того, что он может быть завершён в принципе.

На фоне борьбы за политическое и экономическое лидерство в тени оказывается кризис значительно более глубинный, связанный с фундаментальными онтологическими смыслами, определяющими жизнь общества и индивидуума. «Кризис смыслополагания» – тема, ставшая предельно актуальной для западной мысли в ХХ веке. Но актуализация данной темы не означает, в данном случае, что само явление возникло в это же время. ХХ век лишь обострил и усилил те элементы западной культуры, которые присутствовали в ней изначально.

Фундаментальный кризис мировоззрения, связанный с отсутствием универсальных смыслов жизни, присутствовал в западной культуре изначально, с момента её возникновения. Истоки Запада – в греческой античности. Первые греческие полисы и были той корневой Европой, из которой выросла впоследствии Западная цивилизация. Важнейшей особенностью античной культуры было отсутствие тех базовых принципов, на основе которых индивидуальный субъект формирует модель собственной жизни и наделяет её объективным смыслом. Античная культура в момент перехода от сельской общины к городу разрушала свою прежнюю, архаическую картину жизни, но не смогла при этом создать новую. В центре античной полисной картины мира, там, где должны находиться основные мировоззренческие смыслы, присутствовало то неясное, «белое пятно», который каждый из индивидуумов должен был прояснить («прорисовать») самостоятельно. Ситуация, при которой культура вверяет главную часть своих представлений о мире индивидуальному субъекту, т.е. отдаёт на произвол случайности, свидетельствует о глубинном кризисе этой культуры.

Запад вполне обоснованно выводит собственные истоки именно из античной культуры. Но при этом, как правило, античное культурное наследие ограничивается сферой искусства, науки и, отчасти, материальных технологий. Вне всего этого оказывается духовная ситуация античности, так же переданная по наследству Западу. Суть этой ситуации – в изначальном духовном одиночестве субъекта, в его потерянности в существующем культурном пространстве. Не знающий для чего он живёт и что ждёт его впереди, субъект такой культуры судорожно пытается либо подменить объективные, общекультурные жизненные ориентиры произведениями собственного воображения, либо уклониться от постановки «последних вопросов», подменив их материальными ценностями и интересами. Именно такой субъект и такая структура картины мира – главные дары Античности последующим векам западной истории.

Ситуация ценностной дезориентации в Западном Средневековье заявляла о себе с каждым очередным «возрождением» античности, а с началом Нового времени она стала устойчивым элементом духовной ситуации Запада. ХХ век лишь радикализирует её, заставляя проявляться интенсивнее и масштабнее. Этот кризис в дальнейшем будет лишь углубляться, превращая Запад в главную угрозу для существования мирового сообщества в целом. Роль этой цивилизации в мировой истории сегодня во многом парадоксальна: будучи частью мирового целого, она ведёт борьбу с этим целым. История, когда часть стремится целое сделать подобным себе, имеет аналогии с процессами биологического типа. Так действуют вирусы в организме, вызывая болезнь последнего; так же действуют раковые клетки, заставляющие организм мутировать, принимать нежизнеспособные формы.

Внешняя, политическая история западной жизни, представляющая собой множество предельно интенсивных, но, в то же время бессмысленных исторических событий, единственной целью которых зачастую оказывается банальная борьба за власть в западном мире, является отражением более глобального духовного кризиса. Этот кризис и является естественной формой западного мироощущения. Соответственно, он не может быть преодолён в принципе. Западная цивилизация – это тот больной, которого нельзя вылечить.

На фоне западного кризиса кризис Русской цивилизации выглядит, на первый взгляд, не столь глобальным и фатальным. Для культур традиционного типа, к которым в значительной степени относится и русский тип мировоззрения, вопрос об основных мировоззренческих ориентирах не является вопросом в точном смысле этого слова, т.к. традиционные культуры изначально знают ответы на него. Главные проблемы таких культур имеют не гносеологический, а мобилизационный характер: энергия общества должна быть направлена на осуществление тех целей и ценностей, что присутствуют в его представлениях о мире.

Проблемы Русской цивилизации на этом фоне усугубляются «фактором забвения» – комплексом ложных представлений, навязанных русской культуре извне. При этом необходимо учитывать, что возвращение к собственным духовным первоосновам должно быть осуществлено в принципиально новом контексте, не имеющем каких-либо аналогов в прошлом. Русская цивилизация стоит перед вызовом, ответ на который потребует предельно творческих решений, что в ситуации современного интеллектуального упадка страны, эпицентром которого является молодое поколение, оказывается достаточно проблематичным.

Важнейшим техническим препятствием на пути преодоления кризиса оказывается структурный элемент, который изначально – в реалиях русской жизни – призван с проявлениями кризиса бороться. Речь идёт о Русском государстве, которое до сих пор не является вполне русским. Значительная часть современного государственного аппарата России занимает антинациональные, а порой – и открыто русофобские позиции. Именно эта часть российской политической элиты несёт основную ответственность за «русское беспамятство», навязывая обществу ложные ценности и выстраивая на этом собственное благополучие.

Главная сложность преодоления кризиса, в котором сегодня оказался Русский мир, связана не с содержательными аспектами политических, социальных и культурных стратегий, а с инструментально-структурными аспектами русской жизни. Преодоление кризиса в обязательном порядке предполагает радикальное преобразование всей государственной машины. И, вследствие этого, неизбежно возникает вопрос о способах такого преобразования.

Сергей Иванников