В Сети появился интересный документ, вызывающий неоднозначные впечатления. Западные геостратеги (среди которых немецкий фонд Фридриха Эберта, американские Корпорация Карнеги в Нью-Йорке и корпорация RAND), а также эксперты из постсоветского региона (в том числе и руководитель небезызвестного «Минского диалога» Евгений Прейгерман) в объемном 175-страничном докладе предложили пересмотреть региональный порядок в постсоветской Европе и Евразии.

«Серединные государства» и «третий путь»

Площадкой для эксперимента по преобразованию международной архитектуры безопасности стали шесть государств: Азербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Молдова и Украина. Их предложено называть «серединными странами», намекая как на географическое, так и геополитическое расположение между крупными игроками мировой шахматной доски.

Как справедливо заметили авторы доклада, возникшее между Россией и Западом напряжение, затронувшее и «серединные государства», привело к тому, что весь регион стал менее безопасным и процветающим.

Решение проблемы и способ снижения конфронтации аналитики видят в том, чтобы страны «промежуточной Европы» (так они были названы в более ранней версии доклада, изданной еще в 2018 г. в Вене) одинаково дистанцировались и от России, и от США, и от Евросоюза, превратившись в нейтральные территории, не присоединившиеся ни к каким союзам и блокам. В докладе это называется «третий путь».

Вот только дорога к этому «третьему пути» извилиста и туманна: «серединные страны» фактически разделены на три различные группы. Беларусь и Армения — члены военно-оборонительного союза ОДКБ и экономического интеграционного объединения ЕАЭС. Наша страна к тому же находится в Союзном государстве с Россией, пусть и временно немного потерявшем динамичность, но все же имеющем 25-летнюю историю, обширную договорно-правовую базу и реальные формы взаимодействия во всех сферах (от военно-технического и экономического до гуманитарного сотрудничества).

Украина и Грузия четко заявили о своей европоцентристской ориентации и стремлении в ЕС и НАТО. Сами авторы доклада отмечают явную нереалистичность таких перспектив, однако пока никаких указаний на то, что эти государства изменят свои политические планы, нет.

А вот Азербайджан и Молдова уже претендуют на некий нейтралитет. Если официальный Кишинев все же географически тяготеет к Европе (но без претензий на членство в НАТО и с явным желанием продолжать выгодную торговлю с Россией), то в Баку четко обозначили свой внеблоковый статус как в военном, так и в экономическом плане.

Возможно ли сегодня создать одинаковые условия политического существования для столь разных по своим ориентациям стран? И как это осуществить?

По мнению аналитиков западных «фабрик мысли», крупные державы (Россия, США и Евросоюз) должны создать постоянно действующую систему международных консультаций, в рамках которых решалась бы судьба «серединных государств».

Последним милостиво разрешается принимать участие в тех переговорах, где затрагивались бы их интересы.

Однако решающее слово оставалось бы за великими державами, которым пришлось бы отказаться от взаимного недоверия и принять некие общие правила игры. Ликвидации или изменения уже существующих европейских и евразийских институтов безопасности, таких, как ОДКБ и НАТО, при этом не предполагается.

Утопия или провокация?

При внимательном и вдумчивом изучении этих аналитических конструкций прежде всего в глаза бросается их утопичность и абсолютно непонимание (или сознательное игнорирование) исторического контекста.

Авторы сами заявляют, что НАТО стремится к расширению на Восток, а политика России направлена на противодействие этим процессам и укрепление ОДКБ. Как примирить два враждующих военных союза, — в докладе ни слова. Такое же молчание и по поводу нормализации торгово-экономических отношений Европы с Евразийским союзом, который она отказывается признавать в качестве единого блока.

Запад в целом не хочет признавать исторически обусловленного желания России играть роль ведущей региональной державы на постсоветском пространстве. Он предлагает ей юридически признать произошедшее 30 лет назад поражение в Холодной войне и отказаться от какого-либо влияния в регионе, строить отношения с соседями с чистого листа. Разумеется, это нереально.

Таким же нереальным кажется и провокационное желание видеть Республику Беларусь в качестве нейтрального государства. Однако западные аналитики с упоением фантазируют о неких «резких переменах» в нашей стране, которые произойдут под влиянием внутриполитического или международного контекста (интересно, о чем это они?). А уж после таких перемен они даже рискнули предположить выход Беларуси из ОДКБ и намекают на «суверенное право на интеграционную переориентацию в будущем».

Возможно, стратегов из немецких и американских фондов сбило с толку неоднократно озвученное белорусским руководством желание создать новую систему коллективной безопасности в Европе («Хельсинки-II»)? Так ведь в этих предложениях не было и намека на разрушение уже существующих союзов. Наоборот, наша страна призывала сохранить и укрепить Договоры о нераспространении ядерного вооружения и средств его доставки.

К сожалению, великие державы (по статусу, но не по поступкам) допустили ликвидацию ДРСМД, а теперь под угрозой и Договор СНВ-III. В этой атмосфере и на фоне подготовки масштабных натовских учений на наших границах выход из ОДКБ и из-под российского «ядерного зонтика» подобен самоубийству. Даже углеводородные разногласия между союзниками не стоят разрушения единственной реальной гарантии белорусского суверенитета.

Появление новой утопии в форме «аналитического доклада» преследует старую цель: превратить нашу страну в очередной кирпичик «санитарного кордона» и нового «железного занавеса» на границе между Западом и Россией.

Вот только разделительной стеной Беларусь быть не хочет, нам больше импонирует роль моста, объединяющего культуры и цивилизации. Не нейтралитет, а активное взаимодействие в рамках Большой Евразии (от Лиссабона до Владивостока) в максимальном количестве интеграционных политических и экономических союзов и объединений — вот истинный белорусский путь, соответствующий нашей многовекторной политике.
Алексей Беляев