О какой все-таки помощи Беларусь просила Россию? Почему белорусов с билетами до Москвы не пускали на рейсы российских авиакомпаний? И нужно ли оставить границу между Беларусью и Россией после окончания пандемии? Об этом и многом другом в интервью TUT.BY рассказал посол России в Беларуси Дмитрий Мезенцев.

«Хочу, чтобы мы и наши коллеги не множили напряжение, которое никому не нужно»

— Дмитрий Федорович, вы наверняка читали интервью Владимира Макея.

— Я его посмотрел, не могу сказать, что прочитал внимательно.

— Но вам не могли не рассказать, что в нем министр озвучил немало претензий официального Минска к Москве. Давайте пройдемся по ним и начнем с помощи России Беларуси в борьбе с пандемией. Всем известен факт, что Россия передала нам 10 тысяч тестов. Но пресс-секретарь Путина Песков заявил, что Беларусь просила еще о какой-то помощи. В МИД и правительстве Беларуси недоумевают о какой. Вы можете прояснить ситуацию?

— Прежде чем ответить конкретно, обозначу свою позицию по этому тезису. В дома россиян, белорусов, жителей европейских стран, азиатских, в Америку пришла большая беда, мы ее не ждали. И эта беда для нас — испытание и экзамен. Экзамен на технологическое реагирование, на санэпиднормы, на дезинфекцию, на способность построить новые больницы и обеспечить безопасность миллионов людей. И в то же время это нравственное испытание нашей человеческой надежности, открытости, порядочности, готовности протянуть руку помощи соседу, другу, брату.

И мне кажется, что ни Россия, ни Беларусь как государства, ни мы как представители братских народов, не имеем права с линейкой, калькулятором считать, кто чуть больше к кому сделал шагов навстречу, на сколько сантиметров стал ближе друг к другу, сколько килограммов гуманитарной помощи довезено или не довезено. Если мы только встанем на этот путь, мы точно станем слабее. И мы точно вызовем вопросы, а порой и усмешки тех многих и многих, кто за нами наблюдает. У нас не все друзья и не все, даже в наших странах, с горением в сердцах занимаются упрочением союзнических отношений, не все готовы во что бы то ни стало добиться успеха Союзного государства. Эти люди представляют разные структуры, политические партии и так далее, и это совершенно естественно.

Но убежден, что в главном у руководства наших стран, у руководства внешнеполитических ведомств, регионов позиции одинаковые в том, что друг без друга мы не можем, друг без друга мы слабее.

Я, работая в Беларуси, хочу, чтобы мы и наши [белорусские] коллеги эти экзамены истории сдавали, не множили напряжение, которое никому не нужно, и которое нас никогда не сделает сильнее.

Это было превью. Если конкретно отвечать на ваш вопрос, то санитарные службы наших государств находятся в очень плотном профессиональном диалоге. В ответ на обращение руководителя Государственной санитарной службы Беларуси руководители координационного Совета при правительстве России по борьбе с коронавирусом Татьяна Голикова и Анна Попова приняли решение об оперативном ответе и поставке диагностического материала для проведения 10 тысяч тест-систем. Они были доставлены из Москвы на белорусском, что тоже символично, рефрижераторе, и мы их передали в Центр гигиены, эпидемиологии и охраны здоровья. Много это или мало? В запросе было обозначено 10 тысяч. Было бы обозначено больше, мы наверняка также быстро ответили бы на запрос, как говорится, цифра в цифру.

— Так все же о какой помощи говорил Песков? Чем, помимо тестов, Россия помогла Беларуси? Вы знаете?

— Да, еще были доставлены 140 наборов тест-систем для выявления коронавируса на 14 тысяч исследований. Также позавчера, это важный эпизод, но не хочу из него делать сверхсобытие или эпохальный этап, замгубернатора Гродненской области принял от России 50 тысяч респираторов «Лепесток» высокой степени защиты, которые будут направлены на обеспечение защитой медперсонала в Гродненской области. В том числе эти респираторы будут использоваться больничным персоналом, задействованным для обеспечения безопасности многонационального коллектива на площадке строительства АЭС. Часть респираторов — 7 тысяч — мы передали в больницы Островца, Сморгони, Ошмян.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Запрос о помощи с респираторами исходил от белорусской стороны?

— Это так важно?

— Конечно.

— Да, это был формализованный запрос белорусской стороны.

После интервью в посольстве России в Беларуси рассказали TUT.BY, что российская сторона прорабатывает поставку других материалов, которые белорусская сторона запросила нотой от 1 апреля. В их числе концентраторы кислорода и расходные материалы, респираторы 3-го класса защиты, защитная одежда и защитные очки, аппараты ИВЛ. Также в рамках ПРООН Россия перераспределяет средства своего взноса, предусмотренные на проект «Содействие развитию Беларуси при вступлении ВТО»: оттуда 10 тысяч долларов пойдут на приобретение для Минска экспресс-тестов и респираторов.

«Черной кошки в темной комнате нет. Россиян, приехавших на БелАЭС, в Москве проверяли»

— Как получилось, что на БелАЭС приехали 15 россиян с подозрением на коронавирус? Их не проверяли в Москве?

— Одна из российских медиагрупп говорит: мы из новостей делаем известия, а можно из известий делать новость. Россиян проверили. И я хотел бы, чтобы мы вместе ушли, как сказал министр Лавров, от следования социальным рефлексам, от желания найти черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет. Россиян, безусловно, проверили, потому что Госкорпорация «Росатом» — публичная и очень ответственная компания, которая является генеральным подрядчиком на возведении БелАЭС. Значит, все то, что происходит на стройке, «Росатом» делит с белорусской стороной поровну.

Но обеспечение безопасности лежит, конечно, на подрядчике. Именно поэтому завершающий этап монтажных работ на первом энергоблоке потребовал привлечения к работам высококвалифицированных дополнительных специалистов. Эти люди [15 человек] были проверены в Москве, прошли 14-дневный карантин и только после этого они были доставлены в Островец. Более того, в Островце у них взяли три теста, и два из них у всех 15 человек оказались отрицательными. Но даже после выхода из больницы они будут еще находиться на карантине.

Схема как повод для взаимных укоров, как кому-то, наверное, хотелось бы, может, и красивая, но давайте от этого уйдем.

— А что не так с российскими тест-системами? Даже московские врачи говорят, что они не столь эффективны, а Россия передает их Беларуси.

— Я не врач и могу сказать такое, от чего любой профессиональный врач придет в удивление. Насколько я понимаю, разные тест-системы решают разные задачи: по определению носительства, по определению антител. Что касается тест-систем, которые были доставлены в Беларусь, то, зная, сколь придирчиво относится главный санитарный врач России Анна Попова к своему делу, я убежден, и об этом сказала Наталья Жукова (замминистра — главный государственный санитарный врач Беларуси. — Прим.TUT.BY), принимая эти тесты, что россияне поставили диагностический материал «как себе». И ни у кого, и нигде не должно быть в этом никаких сомнений.

«Россия и Беларусь не выйдут из пандемии разведенными, как пары из карантина»

— После закрытия границ с эвакуацией белорусов через Москву возникли серьезные проблемы. Сначала белорусов не пускали через Внуково на рейсы до Минска, снимали с самолетов российских авиалиний тех, у кого были билеты до Москвы, Макей говорит и о том, что разделяли семьи: супруга-россиянина сажали на борт, супругу-белоруску — нет. Почему так получилось?

— 8 декабря 1999 года Александром Лукашенко и президентом России был подписан Союзный договор.

— Вот мы и нашли корень всех проблем.

— Это удивительный документ, потому что он предопределил на годы тот формат интеграции, которая призвана по определению сделать нас сильнее, конкурентоспособнее и ближе друг к другу. И когда президент Беларуси принимал семерых губернаторов России (в ноябре 2019 года. — Прим. TUT.BY) во Дворце Независимости, он говорил: наша Калининградская область, наша Архангельская область, наш Татарстан, наша Чечня. И это ни у кого не вызывает удивления, это совершенно естественно и обосновано. Потому что в рамках Союзного государства у белорусов граница не только за Брестом и Гродно, граница — это Приморье, Хабаровск, это граница с Америкой у пролива Витуса Беринга. Это наше единое Союзное государство. Другое дело, как мы распорядились сами и как мы хотим перепрыгнуть пропасть в два прыжка и до какой степени готовы следовать духу и букве Союзного договора.

Вот эта ситуация [с эвакуацией белорусов] проявила, что прописанный статус белорусского пассажира как гражданина Союзного государства Беларуси и России недостаточный.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Только представьте: в Москве ежедневно находится по разным подсчетам от 20 до 23 миллионов человек на относительно небольшой территории. И Москва — один из мощнейших европейских транспортных узлов. И вот после жесточайших рекомендаций ВОЗ, объявивших пандемию коронавируса 11 марта, какое решение должно принимать правительство Российской Федерации? Сделать все, чтобы уменьшить число контактов миллионов людей друг с другом и свести их к минимуму. Это и было сделано. Временно был ограничен переезд через границу, которой у нас де-факто нет. Когда сказали, что закрыли границу — это ведь очень условно. Это по сути были меры по ограничению контактов в рамках жестких рекомендаций ВОЗ, а не чьей-то политической воли, это ответ на профессиональную позицию и требования санитарных врачей, а не желание кого-то обидеть, кого-то не пустить, перед кем-то закрыть дверь.

Мы разбирались, мы помогали гражданам Беларуси выбираться из депортационной зоны аэропорта Пхукет, когда власти Вьетнама не впустили в страну, сославшись на карантин, самолет с туристами из России и Беларуси. Я многократно звонил моему доброму товарищу, послу России в Таиланде, и мы решили этот вопрос.

Но я слышу определенную интонацию вашего вопроса. Постановкой вопроса вы предопределяете мой ответ. Интонация такая: мы сейчас ищем подтверждение недостаточно братского или невнимательного отношения к гражданам Беларуси. Я допускаю, что в режиме стресса, форс-мажорных обстоятельств одно из известных турагентств вело себя не вполне адекватно, и в какой-то степени в считаные часы российским авиаперевозчикам нужно было наработать новый опыт. Но также скажу, что буквально в считаные дни нормативная база, которая определяла ограничения на въезд-выезд из Российской Федерации, была изменена. И по прямому поручению премьера Мишустина вице-премьер Оверчук издал распоряжение, которое обязывало Росавиацию брать на борт вывозных рейсов, и там важна формулировка, «белорусских пассажиров — граждан Союзного государства Беларуси и России».

И вот я вам скажу (это мое личное мнение, я ни с кем не советовался, мне никто не поручал этого говорить): если бы мы к этому рубежу подошли, имея большую правовую обоснованность статуса гражданина Союзного государства, ничего подобного мы бы сейчас не испытывали.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Пандемия стала серьезным экзаменом для «братских» отношений. У вас нет ощущения, что Беларусь и Россия, как пары из самоизоляции, выйдут разведенными?

— Во-первых, я абсолютно убежден, что этого не случится. Во-вторых, я убежден в том, что потери от этого для каждой из сторон будут несоизмеримы по отношению даже к каким-то гипотетическим теоретическим и вряд ли реализуемым «плюсам», на которые кто-то может рассчитывать, пытаясь погреть руки на каких-то наших спорах, недоговоренностях и обидах.

— Но за последние дни Минск и Москва через госСМИ обменялись большим количеством претензий: сначала репортажи сняли российские госСМИ, затем белорусские телеканалы им ответили. Риторика довольно жесткая.

— А зачем отвечать? Кто мудрее, тот молчит. Это напоминает фильм «Золушка», где мачеха считала: принц посмотрел на нас, записывай, два раза, улыбнулся — один раз. Если мы герои сказки, мы пойдем по этому пути, а если мы серьезные взрослые люди, то мы должны найти в себе мужество прекратить обижаться по тем поводам, которые того не стоят. А если поводы серьезные, то надо проговаривать друг с другом, умея донести свои вопросы, и порой даже удивление, до своего партнера так, чтобы, его не обидев, выйти на упрочнение отношений.

— То есть, по-вашему, на отношениях Беларуси и России этот глобальный кризис не скажется?

— Беларусь и Россия как очень ответственные социально ориентированные государства, подтвердившие свою государственность, не имеют права ослабить систему связи прежде всего, потому что ответственность государства перед гражданами столь высока, что это диктует обязательность упрочения отношений как стратегической программы.

«Желаем, чтобы все, что порекомендовал ВОЗ Беларуси, было реализовано»

— В Москве в связи с коронавирусом введен режим ЧС, приняты серьезные меры: въезды в город закрыты, для выхода из дома необходимо получать пропуск. По сравнению с Минском это разительный контраст. Вы живете сейчас в Минске, вы считаете меры, которые приняты в Беларуси по борьбе с COVID-19, достаточными?

— Меры любого государства — это всегда результат анализа обстановки на месте. Анализа своих возможностей, финансово-экономического ресурса, потенциала системы здравоохранения и санитарной службы, понимая, сколь дисциплинированы люди и сколь они готовы прислушиваться к советам и требованиям властей. Те меры, которые приняты в Беларуси (и они становятся более жесткими), призваны по замыслу белорусского руководства обеспечить адекватный уровень здоровья и безопасности людей. Мне как неврачу сложно оценить то, что предлагается белорусским руководством в рамках борьбы с пандемией. Но любое государство стремится защитить своих граждан, и у меня нет сомнений в том, что белорусское руководство самым внимательным образом отслеживает обстановку.

Более чем 20-миллионная Москва вынуждена сегодня вводить пропускной режим ради людей не чтобы их обидеть, а ради их безопасности, это, безусловно, обосновано. Тот формат, который мы видим сегодня в Беларуси, дай Бог, чтобы он тоже был успешным. Но при этом мы также понимаем, что все без исключения государства обязаны слышать требования и рекомендации ВОЗ.

Мы посмотрели итоги, которые миссия ВОЗ представила по четырем дням работы в Минске, и желаем, чтобы все, что она порекомендовала [Беларуси], было реализовано.

Но также важно, чтобы все эти меры поддерживало общество. Знаете, некоторые граждане наших стран уже после объявления гендиректором ВОЗ пандемии пошли покупать путевки в Европу или страны Азии. Ну послушайте, хочется рассмеяться, хотя какой уж тут смех, когда беда на пороге. Это вопиющий пример безответственности по отношению к себе и своим близким. Давайте пожелаем, чтобы таких случаев не было. Тем более что этот год особый — год 75-летия Победы, и мы бы хотели, чтобы все мероприятия 9 Мая состоялись по заранее запланированному графику. Ждем взвешенного решения руководства России.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Песков заявил, что ветеранов на парад из-за коронавируса звать нецелесообразно. А целесообразно ли вообще тратить деньги на парад в такое непростое время, когда деньги очевидно нужны в другом месте? Да и при отсутствии ветеранов сбор такого количества военных в одном месте — массовое мероприятие, от которых ВОЗ советует отказаться.

— Во-первых, я восхищен тем, как обновилась Площадь Победы в Минске. Да, мы вынуждены были ориентировать руководителей ветеранских организаций, что в этом году надо воздержаться от посещения парада, будет телетрансляция. Ведь парад — праздник души, если ты не был в какой-то определенной точке в этот день, это не значит, что ты не был на параде.

Но мы не можем сейчас быть гадалками и колдунами и предугадать тенденцию распространения коронавируса.

— Но я и не прошу вас гадать, я спрашиваю ваше мнение.

— Я убежден в том, что риск любых общественных мероприятий должен быть максимально учтен организаторами. Думаю, так и будет с парадом.

— Отменить полностью парад — не вариант вообще?

— Я не знаю. Я последние 15 лет имел честь быть на Красной площади и помню парады, когда отец брал меня мальчишкой на Дворцовую площадь в Ленинграде. Парад — это потрясающее событие и повод для гордости за свою страну и своих союзников. Убежден, что в любом формате празднования подтвердят единство оценок подвига советского народа, советского солдата и партизан, защищавших белорусскую землю.

«Надо помнить цифры, которые характеризуют объем поддержки, оказанной экономике Беларуси Россией»

— Давайте перейдем от высокого к более приземленному. По какой цене Беларусь закупает нефть в апреле? 4 доллара за баррель, как заявлял белорусский премьер?

— По цене не знаю. По итогам обращения президента Беларуси к регулятору и нефтяным компаниям изъята премия [из цены на нефть]. Это значимый показатель, а мы не умеем об этом сказать, а порой не хотим. Но если хозяйствующий субъект в пользу поддержки особых отношений, в пользу сохранения своих стратегических интересов на том или ином рынке той или иной страны отказывается от сиюминутной прибыли, значит, он выстраивает отношения в долгую. Это еще одно подтверждение стратегического характера наших отношений.

Не хочу называть вам те цифры, которые характеризуют объем той поддержки, де-факто финансовой поддержки, которая была оказана экономике Беларуси Россией. Это не в укор, ни в коем случае, и не в претензию, это просто факты, которые надо помнить и учитывать.

На протяжении многих и многих лет Россия, поддерживая уникальный союзнический характер двусторонних отношений, отвечает на запросы белорусской стороны положительно, давая уникальную цену на нефть и даже до последнего времени на газ, который (и вы сейчас меня об этом спросите, конечно же) должен продаваться по цене в рамках заключенных и подписанных контрактов. Но это не исключает возможности садиться за стол переговоров и договариваться.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Обязательно спрошу. Позавчера Александр Лукашенко, комментируя выпады российских телеканалов в адрес Беларуси, заявил: если в России действительно хотят как-то помочь Беларуси, то могли бы снизить до мировой цену на поставляемый природный газ. Есть ли возможность пересмотреть контракт и покупать, пока это выгодно Минску, газ по мировым ценам?

— Мы должны трактовать условия рыночных отношений не так, как это выгодно одной из сторон, а так, как требует мировая практика. А заключенные контракты должны исполняться.

— То есть нет.

— Нет, не так. Подписан контракт на прежнюю цену, Россия сохранила прежний уровень цены на газ. Если брать краткосрочные контракты, то, наверное, по ним цена на газ меньше. Если брать долгосрочные перспективы, то мы видим, как нефть растет на наших глазах, а цена газа связана с ценой на нефть. Если брать глобальные перспективы, то сиюминутный выигрыш сегодня может заставить участника рынка потерять завтра. И в этом плане стабильность и ориентированность на многолетнее сотрудничество всегда выгоднее, чем сиюминутная премия.

Но это мое мнение, я не представляю нефтяной или газовый сектор, диалог возможен. Он должен быть очень аргументированным, лишенным каких-то эмоций и политической конъюнктуры.

«Можно закрыться в маленьком уютном доме и не видеть мир вокруг, а можно укреплять союзы с братьями»

— Белорусским чиновникам Минздрав рекомендовал по возможности перейти на дистанционный способ работы. А у вас в посольстве какие меры безопасности предприняты? Вы смогли уйти на удаленную работу?

— Посольство России в Беларуси работает в штатном режиме, в том числе консульский отдел. В посольстве принят ряд мер: все сотрудники соблюдают строгие правила личной гигиены, установлены санитайзеры и приборы по бактерицидной очистке воздуха, санэпидслужба Минска приходит к нам раз в неделю и проводит дезинфекцию. Мы считаем, что этих мер достаточно для того, чтобы обеспечить безопасность здоровья людей. Мы незначительно уменьшили время пребывания людей на работе, переведя их на дистанционную работу. При этом консульский отдел посольства работает в прежнем режиме. Единственное, что мы сделали: в консульском отделе ввели электронную запись, чтобы не собиралась очередь и люди приходили строго к своему времени. Людей стало приходить меньше, но вопросов все еще много: это и гражданство, и выдача документов взамен утраченных, смена фамилии и другие. Поэтому мы работаем, но с соблюдением всех необходимых мер предосторожности.

— Последний вопрос. После пандемии границу между Россией и Беларусью нужно оставить?

— Мы подошли к пандемии с недостаточно проработанной базой всех положений Союзного договора в пользу людей. Когда-то казалось, что это не приоритет, когда-то приходила опасность, что есть какая-то угроза уменьшения степени своей собственной свободы. Но ушедший год показал, что ужесточение экономической жизни и глобальной мировой конъюнктуры заставляет объединяться. Например, если вести речь о договоренностях о выходе на единый рынок нефти и газа: почему мы, идя к этому так сложно и так последовательно, должны вдруг это отринуть? Только потому что кто-то кого-то не услышал или кто-то из представителей хозяйствующих, нефтяных или каких угодно компаний что-то не так сказал? Мы на это не имеем права.

— Вот вы сами говорите, что мы уже 20 лет так сложно ходим вокруг договора о Союзном государстве. Так, может, он уже и не нужен и стоит построить границы и жить отдельно, а не гостевым браком?

— Пусть народы определят, как они хотят жить. Можно закрыться в маленьком уютном доме и не видеть мир вокруг, а можно укреплять союзы с братьями, коллегами, партнерами во благо собственного интереса и во благо того, чтобы мир становился безопаснее. Но если вы подталкиваете меня к ответу, что лучше выстроить границу, которой нет с 1999 года, значит, те политики, пример которых у вас перед глазами, мировые лидеры, не убедили вас в том, что объединение усилий лучше, чем оптимизация в своем маленьком доме, квартире, усадьбе и так далее. А меня они убедили. Объединение и союз всегда лучше индивидуальной судьбы с книжкой в руках на диване при плотно закрытой двери собственного дома.

TUT.by