Великая Отечественная война запомнилась жителям Москвы бесконечными воздушными тревогами. Посылая бомбардировать столицу СССР всё новые и новые самолёты, Гитлер рассчитывал морально сломить дух горожан. Однако войска противовоздушной обороны дали врагу такой отпор, какого он не встречал даже в Лондоне.

«Воробьиные ночи» Москвы

Впервые москвичи пережили воздушную тревогу 1 июля 1941 года, длилась она 50 минут. Хотя бомбардировок не было, налёт вражеской авиации привёл к потерям среди населения. Согласно донесению начальника МПВО Москвы, комбрига Сергея Фролова, в ту роковую ночь имели место 6 смертельных случаев. Например, одна пожилая женщина «умерла от разрыва сердца» на станции метро, а в Киевском районе некий гражданин Фёдоров разбился, упав с балкона 6 этажа.

Первый массированный налёт фашисты предприняли 22-23 июля. Уже вечером 21 июля наблюдатели сообщили на командный пункт ПВО, что на столицу движутся целые тучи бомбардировщиков с четырёх сторон. Как стало впоследствии известно, генерал-фельдмаршал Альберт Кессельринг послал тогда на Москву 220 самолётов 2-го воздушного флота Люфтваффе. Противостояли «стервятникам Геринга» главным образом силы 1-го и 6-го корпуса ПВО, а также истребители. За двое суток немцы потеряли, по разным данным, от 27 до 37 бомбардировщиков.

После этого налёта тактика врага изменилась. «Асы» Люфтваффе стали прорываться к Москве мелкими группами, а порой и одиночными самолётами, летящими друг за другом. Чтобы сбить один немецкий самолёт, советские зенитные батареи тратили в среднем по 20 тысяч снарядов. Ожесточённые бои в воздухе производили большое впечатление на жителей столицы. Писатель Михаил Пришвин, к примеру, сравнивал небесные всполохи от выстрелов с «воробьиной ночью» – традиционным временем разгула нечистой силы по славянским представлениям.

«Небо в тучах и «зарницы» играют: это значит, над Москвой воздушный бой», – писал Пришвин в дневнике 15 августа 1941 года.

Всего фашисты предприняли 141 авианалёт с участием 9 тысяч самолётов. К Москве, однако, прорывались лишь немногие лётчики. По состоянию на 22 декабря 1941 года было зафиксировано 229 случаев прорыва, 952 вражеских самолёта при этом удалось сбить. Некоторые из них привозили в город для поднятия боевого духа населения. К примеру, немецкий бомбардировщик Ю-88 30 июля был выставлен на площади Свердлова (Театральной).

Разрушения и жертвы

Как следует из докладов НКВД, только в период до 24 ноября на Москву была сброшена 1521 фугасная авиабомба. Жители спасались в метро и в подвалах домов, переоборудованных под бомбоубежища. Однако подвальные перекрытия часто обрушивались. К примеру, под развалинами известного «разорванного дома» на улице Моховой в августе погибло 40 человек. С 1 июля по 24 ноября от авианалётов погибли 1327 человек, после этой даты – ещё около тысячи.

Серьёзную опасность представляли зажигательные бомбы, которых немцы сбросили, по разным источникам, от 60 до 100 тысяч (преимущественно в 1941 году). Из 10 тысяч пожаров большинство не причинило вреда, так как было вовремя потушено. Однако в районах, где имелись деревянные строения, выгорели целые улицы. К примеру, в Ленинградском районе во время налётов 21-23 июля сгорели бараки на Ленинградском и Хорошевском шоссе и улице Беговой, из-за чего без жилья остались 6 тысяч человек. Крупный пожар тогда случился и на Белорусском вокзале.

Всего за годы войны в Москве бомбардировками были разрушены или пострадали 5584 жилых дома, 253 школы, 90 госпиталей, десятки промышленных объектов. Бомбы падали на Большой театр, Политехнический музей, МГУ и другие здания.

В конце концов, немцам стало понятно, что если они не хотят почти безрезультатно потерять воздушный флот, бомбардировки нужно прекратить.

«Налёты на Москву вызывали у меня большую озабоченность», — вспоминал Кессельринг, — «Сбитые экипажи приходилось окончательно вычёркивать из списков личного состава. Эффективность действий русских зенитчиков и осветителей, использовавших прожекторы, производила впечатление даже на тех наших пилотов, кому довелось летать над Англией».

Как следует из мемуаров генерал-фельдмаршала, немцы рассматривали бомбардировки как способ устрашения населения накануне взятия столицы. Когда исход Битвы за Москву определился не в пользу Вермахта, воздушные атаки потеряли смысл. Тем не менее гитлеровцы продолжали совершать активные налёты до лета 1942 года. После этого бомбардировки Москвы стали лишь эпизодическими, последняя из них имела место в июне 1943 года.

russian7.ru