В бурлившей ещё вчера массовыми протестами Белоруссии наступило политическое затишье. Власть и общество переосмысливают происходящее: президент встречается в СИЗО с задержанными ранее политиками и бизнесменами, а оппозиция, продолжая кричать про «перемены», отказывается от идеи немедленной отставки (!) оказавшегося «крепким орешком» Александра Лукашенко.

По мнению руководителя Центра белорусских исследований Института Европы РАН Николая Межевича, в соседней стране наблюдается классическая «перегруппировка сил, просчёт возможностей и анализ степени поддержки, которую в случае чего может оказать Россия».

— Николай Маратович, страсти в Белоруссии поутихли, однако интересно, что будет дальше. Например, координационный совет белорусской оппозиции уже не требует немедленной отставки Лукашенко. Что изменилось?

— Ну, что изменилось? Прежде всего, политический режим. В слово «режим» я не вкладываю ничего обидного. В России свой политический режим, в США или Гондурасе — свой. Политический режим же Республики Белоруссия, независимо от того, хороший он или плохой, оказался устойчивым. Поэтому ультимативные требования оппозиции, когда она, условно говоря, 10 августа, указывала Лукашенко: «Ты, пожалуйста, быстренько — минут за 15, собери чемодан, а мы решим — оставить тебе жизнь или нет», во-первых, показали неубедительность оппозиции, а во-вторых, продемонстрировали её невежливость. После этого Лукашенко понял, что иметь дело с этими людьми достаточно трудно. И власть начала защищаться. Делала она это как умела: больше методом принуждения, чем методом убеждения. Но как бы то ни было, сегодня мы видим некую паузу — равновесие с устойчивым перевесом власти и президента.

Николай Межевич. Иллюстрация: ee.sputniknews.ru

— Встреча белорусского президента с задержанными и находящимися в СИЗО КГБ, это, на ваш взгляд, сильный ход?

— На мой взгляд — очень сильный! Правда, мнение моих коллег политологов разделилось, одни говорят, что Лукашенко всё правильно сделал, другие критикуют его, считая, что действующий президент не должен был встречаться «в тюрьме с зэками». Но коллеги-юристы подтвердят, что между тюрьмой и изолятором огромная разница: в следственном изоляторе нет зэков, потому что идёт разбирательство, и нет никакого решения по их делам. И вот Лукашенко, который в основном справился с уличной активностью, приехал в СИЗО, частично к лидерам оппозиции, частично просто к людям, которые так или иначе связаны с этой оппозицией. Этим он показал обществу, что может использовать силу, но может действовать и совершенно по-другому. Причём понятно, что человек, который находится в СИЗО, не может приехать к президенту, а президент может приехать куда угодно, даже если это следственный изолятор. Такая вот жизнь…

— Мы можем говорить, что Запад просто взял и слил представителей белорусской оппозиции, что «минский майдан» практически никому в Европе не интересен?

— Ну что вы!.. Мы, конечно же, не можем так говорить. Это некорректно и невежливо по отношению к Западу (смеётся). Запад не «слил» Белоруссию, Запад находится в некоторой растерянности, потому что его кавалерийская атака не удалась и Лукашенко устоял. Оказалось, что те методы, которые годились для наскока, уже не работают. Поэтому сейчас идёт перегруппировка сил, идёт просчёт возможностей, анализ глубины и степени поддержки, которую может в случае чего оказать белорусам Россия. Всем стало понятно, что главный человек в Минске — «крепкий орешек», которого очень непросто взять и расколоть.

— Варшава и Вильнюс будут что-то предпринимать, чтобы добить режим Лукашенко?

— И Польша, и Литва — это застрельщики массовых протестов в Белоруссии, и в силу ряда причин, естественно, заинтересованы в дестабилизации там ситуации.

— Кстати, та же Украина как-то очень слабо влияет на Белоруссию?

— На Украине столько своих безумных проблем, что у них просто нет никакой возможности залезать ещё и в белорусский конфликт.

— Что изменится в Белоруссии в связи с введением ряда западных санкций по отношению к этой стране?

— Дело в том, что тот или иной санкционный режим в отношении Минска работает уже четверть века. За это время почти все к нему привыкли. Поэтому, правильнее будет сказать, что принципиально ничего не изменится. Например, одна из санкций — запрет министру внутренних дел республики на поездку в Европу. Ну и что? Он что, турист или менеджер туристической фирмы? Он прекрасно обойдётся и без этой поездки. Если он захочет отдохнуть не море, его с огромным удовольствием примут в Крыму. А если он захочет отдохнуть на Тихом океане, его примут китайские товарищи.

— На ваш взгляд, Москва может успокоиться по поводу негативного сценария в Белоруссии, который может повлиять и на Россию?

— Я думаю, что нужно подождать. Давайте вернёмся к этому вопросу через некоторое время.

Егор Зубцов

eadaily